Чтение онлайн

Макс бросил на него взгляд, оторвавшись от тарелки, вздохнул, покачал головой и продолжил разминать еду вилкой.

Если Дариуш и обиделся, то никак это не показал.

– Это такой же бизнес, как и любой другой, – сказал он.

– Не совсем, – ответил Руди.

Макс снова посмотрел на него. На этот раз чуть нахмурился, прежде чем вернуться к стейку.

Дариуш тоже нахмурился, но морщинки на лбу были почти незаметны и уже через миг разгладились.

– Ну, готовим мы меньше, это правда, – сказал он и рассмеялся. Макс улыбнулся и покачал головой.

Руди откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Wesoly Ptak был вполне заурядным явлением; он встречал подобные организации и в Таллине, и в Риге, и в Вильнюсе, и все они были одинаковые, но Дариуш мало походил на их представителя. Он казался заурядным – худой мужчина средних лет с дешевой прической и морщинками от смеха вокруг глаз. Если и был вооружен, то невзрачный и дешевый деловой костюм это великолепно скрывал.

– Стоит волноваться из-за венгров? – спросил Руди.

Дариуш оторвался от еды, с удивлением подняв брови:

– Волноваться? Зачем вам волноваться?

Руди пожал плечами, наблюдая, как Макс трудится над стейком. Руди ненавидел стейк по-татарски. Клиент готовил блюдо сам и при этом занимал место надолго. Особенно поляки, которые рассматривали это блюдо как повод для общения. Они сидели над ним целую вечность, пробуя снова и снова, добавляя крошки специй. Когда он откроет свой ресторан, стейка по-татарски в меню не будет.

Дариуш дотронулся до руки Руди. Тот заметил его обкусанные ногти.

– Волноваться не надо, – сказал Дариуш.

– Ладно, – сказал Руди.

– Такое случается все время.

– Со мной – нет.

Дариуш улыбнулся:

– Думай о нас как о государствах. Поляки и венгры – криминальные правители Европы.

– И болгары, – добродушно вставил Макс. Дариуш пожал плечами.

– Да, стоит включить и болгар. Мы обязаны все время посещать друг друга, проведывать, держать руку на пульсе, – объяснил он. – Это вопрос дипломатии.

– То есть то, что случилось в ту ночь, – дипломатический инцидент? – спросил Руди.

– Это было бы дипломатическим инцидентом, если бы не возобладал здравый смысл, – Дариуш кивнул на Макса.

– Ты не пьешь, – заметил Макс. Он посмотрел через весь ресторан на Михаля, который отреагировал как метрдотель-телепат и принес на стол чистую рюмку для Руди, после чего удалился за стойку. Макс наполнил рюмку водкой и сказал:

– Они просто хотели хорошо провести вечер, но не могли, потому что их все боятся.

– И я могу это понять, – сказал Дариуш. Он попробовал стейк, поморщился, взял бутылек с табаско и стряхнул на мясо пару капель. – Банда пьяных венгров, вооруженных до зубов, вваливается в рестораны и бары. Что еще остается думать?

– Верно, – согласился Макс.

– Если бы кто-то отреагировал слишком бурно, виноваты были бы только они сами, – продолжал Дариуш. Он снова попробовал стейк, и в этот раз мясо пришлось ему по вкусу. Он даже поднял вилку ко рту и с довольным видом начал жевать.

– А это никому не нужно, – сказал Макс. Видимо, его стейк тоже оказался удовлетворительным. Он приступил к еде.

– Вот именно, – сказал Дариуш. – Из-за такого пустяка может начаться война, – он посмотрел на Руди и наклонил голову набок. – Ты из Таллина, да?

– Я родился в Таэваское, – ответил Руди. – Но жил в Таллине.

– Никогда там не был, – Дариуш посмотрел на свою рюмку, но она была пуста. – Как там?

Руди наблюдал, как Макс наполняет рюмку Дариуша.

– Нормально.

– Для эстонца ты очень хорошо говоришь по-польски.

Руди поднял свою и осушил одним глотком.

– Спасибо.

Дариуш отложил вилку и разразился смехом. Он потянулся через стол и хлопнул Макса по плечу.

– Я же говорил! – сказал он. – Я же говорил?

Макс улыбнулся, кивнул и продолжал есть. Руди открыл «Выборову» и налил себе еще. Михаль рассказал ему, что Wesoly Ptak взял название из песни Евгениуша – одного из представителей богатой польской традиции социально-политического стихосложения, из числа тех, которые ненадолго приобретали известность, прежде чем спиться или получить пулю от ревнивого мужа или разгневанного любовника. Птица поет в клетке, и хозяева думают, что она счастлива, объяснял ему Михаль, но птица все равно сидит в клетке. Этот экскурс в историю поставил Руди в тупик.

– Мы обсуждали геополитику, – сказал ему Дариуш. – Интересуешься геополитикой?

– Я повар, – ответил Руди. – Не политик.

– Но у тебя же должно быть свое мнение. У всех есть мнение.

Руди покачал головой.

Дариуш с недоверием посмотрел на него. Поднял рюмку и сделал глоток.

– На прошлой неделе я видел по новостям, что в этом году в одной только Европе появилось двенадцать новых народов и суверенных государств.

– А через год большинства из них уже не будет, – сказал Руди.

– Вот видишь? – Дариуш с триумфом показал на него. – У тебя есть мнение! Я так и знал!

Руди вздохнул.

– Я знаю только то, что вижу по новостям.

– Европа напоминает мне ледник, – проговорил Макс, – от которого откалываются айсберги. – Он набил рот стейком по-татарски и жевал с довольным видом.

Руди и Дариуш долго смотрели на него. Затем Дариуш снова перевел взгляд на Руди.

– Неплохая аналогия, – сказал он. – Европа раскалывается на всё более и более маленькие государства.