Чтение онлайн

Русские переводчики европейских языков, не знакомые с японским языком, транскрибировали это слово по-русски — джиу-джицу, что совершенно не соответствует ни чтению иероглифов, ни действительному названию самой системы. Слово «дзюу-до» имеет первым иероглифом тот же иероглиф, что и в «дзюу-дзюцу», второй же иероглиф (до) имеет значение «путь», «дорога». В сочетании эти два иероглифа образуют понятие «путь к гибкости, путь к эластичности, путь к мягкости» (в смысле гибкости и эластичности). Под словом «путь» или «дорога» подразумевается процесс учебы, который должен привести человека к гибкости и укреплению его психофизических качеств.

Принципы дзюу-до

Смысл первого иероглифа «дзюу» (гибкий, эластичный, мягкий) считается принципиальной основой системы дзюу- до. По принципу системы дзюу-до бросать противника следует не силой, а ловкостью, построенной на быстроте, гибкости, эластичности и на знании техники. Для этого нужно вначале поддаться силе противника, то есть отступить назад, расслабляя свои мышцы, а в момент применения броска, наоборот, сосредоточить на приеме всю свою силу, резкость и быстроту.

История развития дзюу-до в России до и после Октябрьской революции

Дзюу-до как спорт до 1914 года в России не культивировался. Дзюу-дзюцу стала известна в России из книг американского офицера Ганкока только как система самозащиты. Некоторые из ее приемов изучались в Петербургской полицейской школе начиная с 1902 года.

В 1914 году впервые в России мною был создан любительский кружок изучения спортивной дзюу-до во Владивостоке. В кружке занималось около 50 человек, преимущественно учащаяся молодежь. Сюда приходили тренироваться и японцы, проживавшие во Владивостоке. Кружок существовал до 1920 года.

В 1925 году во Владивостоке мною были проведены трехмесячные курсы среди советских инструкторов физкультуры.

В 1928 году под моим руководством дзюу-до изучалась в Новосибирске в «Динамо», в Школе милиции и в Штабе Сибирского военного округа.

В 1930–1933 годах работа по дзюу-до развертывается мною в Москве в ЦДКА, ГЦИФК, ЦВШ p.-к. милиции и в некоторых воинских частях РККА.

От составителя:

«Данная рукопись (на 3 ученических тетрадях, каждая по 12 листов) хранится в архиве А. А. Харлампиева. На обложке первой тетради рукой Анатолия Аркадьевича сделана пометка: “История писана в 1936—37 гг. В.С.О.”».

Первыми проводниками Дзюу-Дзюцу в Европе и Америке, бесспорно, явились европейцы, которым удалось побывать в Японии при посольствах, консульствах, торговых представительствах или в качестве корреспондентов, инструкторов, преподавателей и т. д.

Они знакомили Старый и Новый Свет с новым видом борьбы главным образом теоретически — докладами, статьями, книгами и брошюрами и меньше всего — практически.

Мы склонны думать, что уже в 1542 г. представители Португалии, Испании и Голландии в своих докладах о системе боевой подготовки японского воина не забывали упомянуть и о приемах рукопашного боя.

В 1674 г. в Амстердаме (Голландия) была издана книга по рукопашному бою Николая Петтера, в которой автор излагал главным образом приемы самозащиты и нападения во время боя невооруженных и невооруженного против вооруженного. Описанные в книге приемы были абсолютно схожи с теми приемами, которые культивировались в Японии в эпоху феодализма, и особенно в период феодалов Токугава. Оставляя в стороне вопрос о заимствовании, мы должны сказать, что европейским инструкторам военного дела, снабжавшим и обучавшим самураев больших и малых феодалов владению огнестрельным оружием в конце XV века, если и не удавалось изучить японские приемы рукопашного боя, то, во всяком случае, они имели возможность зарисовать и описать их, что не делали японцы.

Что же касается XVIII и XIX вв. (особенно после 1868 г.), то каждый проживавший в Японии европеец имел возможность свободно изучать не только различные системы «Дзюу- Дзюцу», но и вообще все виды древнего военного искусства.

Мы уже говорили о том, что Европа и Америка стали знакомиться с Дзюу-Дзюцу либо по книгам о Японии, либо по специальной литературе.

К сожалению, большинство писателей редко обладали практическими знаниями в области Дзюу-Дзюцу; но зато они всегда картинно насыщали описания о Дзюу-Дзюцу, делая ее одной из тайн восточной сущности.

Вся заграничная литература о Дзюу-Дзюцу — журнальные и газетные статьи, брошюры, книги, а также отдельные главы в книгах о Японии всегда освещали Дзюу-Дзюцу как систему самозащиты или как один из видов борьбы, имеющей ценное практическое значение, а само название «Дзюу-Дзюцу» переводилось в большинстве случаев таинственными или грозными словами: «ломка мускулов», «раздробление мускулов», «чародейство», «магия», «магия мышечного преодолевания», «дробление костей» и т. д. Лишь некоторые авторы давали такие названия, как «искусство слабейшего» или «нежное или мягкое искусство», что в некоторой мере приближалось к переводу слова «Дзюу-Дзюцу», но оно не было настолько рекламным, чтобы сразу заинтриговать обывателя.

Вообще все было направлено к тому, чтобы создать выгодную конъюнктуру для успешной распродажи издаваемой литературы по «Дзюу-Дзюцу», хромкой по форме и пустой по содержанию.

К таким европейским авторам Дзюу-Дзюцу до империалистической войны принадлежат Бартон Райт, Эркин Бельц, Мартин Фохт, Лафкадио Херн, Ирвин Ганкок, Э. Гаррисон, К. Арманд, Г. Скиннер, Л. Зетцер, Репье, Пешар, А. Лонгхюрст, А. Черпиллод, Э. Андре и целый ряд других авторов.

Из японских авторов, издававших свои труды о Дзюу- Дзюцу на европейских языках, следует отметить М. Цуцуми и К. Хигаси, Н. Моринага, К. Миура, К. Сайте, К. Кояма и А. Минами, X. Такудзи, Д. Сюнеко, С. Уэноси, С. Аримо, Иокояма и Осима, X. Фукуда, А. Накамура и др. Указанные японцы все без исключения были мастерами Дзюу-Дзюцу и вели работу по пропаганде Дзюу-Дзюцу.

С появлением японских мастеров Дзюу-Дзюцу в Европе и Америке, выступавших в качестве демонстраторов в варьете, цирках, мюзик-холлах и на эстрадах, интерес как к самим японцам, так и к их Дзюу-Дзюцу был колоссальным. Пока японцы демонстрировали приемы Дзюу-Дзюцу друг с другом и иногда принимали вызов любителей, которые неизменно проигрывали, так как совершенно не знали приемов Дзюу-Дзюцу, ловкие предприниматели и капиталисты таких демонстраторов распускали слухи о неуязвимости японских дзюудистов, о сплошных их победах и т. д., старались создать больше шума вокруг Дзюу-Дзюцу, ее знатоков, и тем самым окутать ее мраком таинственности и таким образом создать впечатление о силе, могуществе и непобедимости самой Японии.