Чтение онлайн

Когда та приблизилась к Акрополю, наперерез вышли два турецких корабля. «Ла Фортуна» пошла прямо на них, замедлилась, позволяя туркам приблизиться. Лонго ждал, что вот-вот потоком хлынут на нее вражеские моряки, завяжется сеча. Но вскоре «Ла Фортуна» тронулась дальше. Маскировка сработала. Уильям вернулся.

Лонго оказался у причала задолго до прибытия корабля. Тристо прибежал тоже, на морских стенах собралась толпа, приветствовавшая «Ла Фортуну» радостными криками. Не успели еще и причальный конец завести, как Уильям уже спрыгнул на пирс.

Тристо шагнул к нему, облапил по-медвежьи.

— Добро пожаловать назад, щенок ты дерзкий! Я знал, знал: у тебя получится!

— Если сдавишь чуть сильнее, то у него, пожалуй, и не получится, — с улыбкой заметил Лонго.

Сам обнял юношу, приветствуя.

— Мы по тебе скучали. Ну, какие новости?

— Сперва о хорошем. Тристо, ты будешь отцом. Мария понесла.

— Отцом? — Тристо скорчил удивленную гримасу, затем ухмыльнулся, хлопнул Уильяма по спине. — Папочкой! Хоть бы маленький засранец был от меня!

Лонго расхохотался:

— Поздравляю! — Затем, обращаясь к Уильяму, он спросил: — Что же насчет плохого?

— Флатанель погиб. Когда уходили, пришлось сразиться с турецким кораблем, перекрывшим выход в Дарданеллы.

Уильям глянул на толпу и добавил:

— Другие новости еще хуже. Лучше поговорить наедине.

— Я отведу тебя к императору, — кивнул Лонго.

Они оседлали коней и отправились к дворцу под ликование толпы. Когда вошли в большой зал, то увидели, что император их ждет.

— Слава богу, ты вернулся! — воскликнул Константин, когда Лонго и Уильям приблизились. — Какие новости? Флот на подходе?

— Ваше величество, простите, но помощь с Запада не придет, — ответил Уильям. — Венецианцы сидят на Крите, но отказываются выступать, пока не получат официальное распоряжение из Венеции. А оно, боюсь, будет идти еще долгие месяцы.

— Но ведь Папа объявил Крестовый поход! Кто-то же да откликнулся.

— Прошу простить, ваше величество, но мы не нашли кораблей, готовых отправиться с нами.

— А мои братья, Дмитрий и Фома?

Уильям покачал головой.

— Дмитрий отказался меня принять. Фома предложил зерно. Я загрузил, сколько смог.

— Ты хорошо справился, — похвалил Константин, стараясь не выказать уныния. — Теперь я должен вернуться к переговорам с визирем. Помолимся о мире.

Суббота, 26 мая, — воскресенье, 27 мая 1453 г.

Константинополь

56-й и 57-й дни осады

Уильям проснулся от дикого вопля. Он встал, побрел к окну — на цыпочках, чтобы не разбудить Тристо, с которым делил комнату. Выглянул и в сером свете раннего утра увидел бежавшего по улице и громко вопившего мужчину. Люди высыпали из домов, галдя. Кто-то громко молился, кто-то рыдал. Женщины падали в обморок.

— Тристо! — заорал Уильям.

Тот фыркнул во сне, перекатился с боку на бок. Уильям подскочил, встряхнул его.

— Да посмотри же!

Тристо нехотя поднялся, выглянул в окно, и в эту секунду зазвонили все городские колокола. Толпа внизу загомонила с удвоенной силой.

— Колокола… не иначе это штурм, — заключил Уильям.

— Так скорее на стены! — буркнул Тристо.

Они сбежали по лестнице, выскочили на улицу. Тристо увидел одного из людей Лонго, остановил.

— Ты куда собрался? Ты же должен быть на посту!

— Пост? Какой пост?

— Не притворяйся идиотом! — завопил Тристо, стараясь перекричать шум толпы. — Турки атакуют, давай назад, на стены!

— Никакие турки нас не атакуют! — крикнул тот. — Осаде конец!

— Что значит — конец? — вмешался Уильям. — В чем дело?

— А вы не слышали? Император договорился с великим визирем! Все кончилось! Мы победили!

С тем он и побежал дальше.

Тристо с Уильямом переглянулись, затем обнялись — Тристо аж оторвал Уильяма от земли.

— Господь с нами! — проревел он, ликуя.

А опустив товарища наземь, добавил:

— Отпразднуем же! Ох, и напьюсь я сегодня!

Уильям и Тристо нашли Лонго на стене стоявшим рядом с императором и Далматом. Те взирали на павильон, воздвигнутый на полпути между городскими стенами и позициями султанского войска.

— Это правда? — спросил Уильям. — Мир заключен?

— Вчера вечером великий визирь и Сфрандзи договорились о перемирии, — ответил Лонго. — Сегодня утром Халиль вернулся и попросил устроить встречу между императором и султаном. Каждого будет сопровождать лишь один безоружный телохранитель. Вот все, что мне известно.

— А почему колокола?

— Слухи часто опережают истину, — ответил Константин. — И, боюсь, им верят легче и охотнее.

— Смотрите, вот он! — Лонго указал на равнину — там, в сопровождении одного лишь Улу, к павильону ехал султан.

— Седлайте мне коня, — приказал Константин.

— Ваше величество, я умоляю вас остаться, — настойчиво попросил Далмат. — Это ловушка.

— Ловушка или нет, но я должен идти. Посмотрите, сколько их! — Константин указал на турецкий лагерь, протянувшийся до самого горизонта. — Мы не можем держаться вечно. Нам нужен мир.