Чтение онлайн

— Точно, а то выйдет как в том анекдоте: «Что хрипишь, не поймал, что ли?» — отозвался Богдан, в точности выполняя указания.

Как я и надеялся, мне удалось без всяких помех подойти к топору и поднять его. Мы вернулись на насиженные места.

Топорик, как и выпивка, оказался далеко не простым. Неплохая сталь, отделан, как сувенирный, узоры и по лезвию, и по древку. Кстати, рукоять — тоже из металла, железная, чуть изогнутая трубка. К обуху неизвестно зачем резко расширяется. Видимо, мой старый-новый знакомец отличался любовью к эксклюзивным вещам.

Я покрутил эту «игрушку» в руках и хотел положить на землю, чтобы отправить обратно хозяину. Однако Богдан махал рукой:

— Оставь себе! Я же на Земле не вернул тебе топор? Не люблю быть в долгу.

— Спасибо — мажорская штучка! — поблагодарил я.

Богдан порылся по карманам, словно собирая мелочь. Добытое сложил в маленькую кожаную сумочку и бросил ее мне:

— Лови пульницу, там припас!

— Какой?

— Топор с секретом. Стреляет!

Я снова повертел подарок в руках и обнаружил идеально ровное отверстие там, куда обычно вбивают клин. До меня дошло — странная изогнутая форма топорища для того, чтобы удобно было перехватить ладонью под самое лезвие. Пистолет?

С помощью советов Богдана я быстро освоился с новым оружием. Прицелился в дальний валун, нажал на спуск — бабахнуло, железяка брыкнулась в руках, а от поверхности мишени брызнула каменная крошка.

— Хорошая штука! — восхитился я. — Только, боюсь, порох в орочьих степях я тоже не достану.

— А он и не нужен, — успокоил меня Богдан. — Там работает гамион… это камень такой. Магия, в общем. Сейчас в нем — полный заряд, которого хватит еще на четыре «бабаха». Камень заряжается автоматически при контакте с твоей аурой. У сильного мага — быстрее, у слабого — дольше. Ты — маг?

— Не знаю, — я пожал плечами.

— Ну, не страшно! Обычный человек тоже крохами Силы владеет. А теперь достань шомпол. Ага, вот так. Возьми из сумки пулю и вставь ее в ствол. Забей ее шомполом до упора — она там раздастся при выстреле и пойдет по нарезам.

Я, как дрессированная обезьяна, сделал то, что сказал Богдан.

— Теперь можешь бахнуть, но лучше побереги заряды. Пули додумаешься, как отливать?

— Угум.

— А что ты там про встречу говорил?

— А то, что мы тут сидим, как два умных пуделя, твою «амброзию» пьем, а это скорее всего так и было спланировано. Значит, Арагорну от нас еще что-то нужно, кроме наведения порядка в тех мирах, куда мы попали, — сформулировал я то, что вертелось у меня в голове.

— Думаешь? — не сразу поверил Богдан.

— Угу.

Я рассказал ему о парне в маскировочном плаще, с которым встречался здесь же, у костра. О том, что он в своем мире не особо напрягается, а вот тут, в тумане, ему пришлось выложиться по полной программе. Он еще с тремя попаданцами был вынужден воровать какую-то артефактную дверь в каком-то сошедшем с ума замке, потом устраивать из этой двери телепорт. В общем, тут, в невоплощенной реальности, тоже можно влипнуть в приключение.

— А не соврал тебе этот, в плаще который? — засомневался Богдан, выслушав мой рассказ. — Или, может, ему самому это все привиделось?

— Не думаю. Я все-таки по жизни психиатр был, явную ложь или галлюцинации различить могу.

— Вот бы своими глазами посмотреть!

Словно по заказу Богдана, огонь в костре вдруг задрожал, забился, взмыл до туманного полога, накрывавшего уютную стоянку, потом между языками пламени появилось пульсирующее отверстие. Оно расширялось, росло, и вот уже понятно, что это — то ли зеркало, то ли окно в другую реальность. Отражаются в нем те же окружающие костер валуны, на них сидят четверо и о чем-то разговаривают. О чем — непонятно, аудиосопровождения нет.

Зато видок у них… Определенно, все только что побывали в серьезной переделке.

Чудо с посохом и в покрытом перьями плаще, которое я видел как-то тут у костра, похоже, кто-то перепутал с курицей и собирался сварить. Причем живьем, сначала, как это и делают с курами, опалив и ощипав. Физиономия шамана — а это определенно шаман — в грязи, с плаща осыпалась половина перьев, оставшиеся полусгорели или испачканы. Второго из разговаривающих, точнее, вторую, я тоже вроде бы разок мельком видел. Высокая девушка в чешуйчатом панцире выглядит тоже так, словно только что вырвалась из боя. Доспехи посечены, на лице — свежий шрам.

Еще два парня тоже хороши — дальше некуда. Уже знакомый мне Рейнджер Виктор — рослый здоровяк. На этот раз — без плаща, но в камуфляже, только не солдатском, а в чем-то вроде того, что носили в «Ведьмаке» духобабы. Второй — в черном обтягивающем костюме, за спиной — притороченная по-японски катана. У обоих вид потрепанный, на лицах — грязь.

Да, все, кроме шамана, вооружены. У девицы на поясе — шипастая булава. У здоровяка — глефа. Все-таки эта палка — глефа, лишь теперь до меня дошло. У того, что похож на ниндзя, кроме катаны, — несколько пар ножен на поясе. Наверняка там что-то не очень длинное, но достаточно неприятное в ближнем бою. Или — метательное.

Разговор, как мне показалось, не очень ладился. Парни печально смотрели в разные стороны, девушка обращалась то к одному, то к другому, те отвечали словно из вежливости. Наконец шаман очнулся от оцепенения, сказал что-то, показывая на свою сумку, остальные закивали. «Нинзюк» с катаной махнул рукой куда-то в туман. Все поднялись и скрылись за его завесой.

— Ты видел? — воскликнул Богдан. — Значит, этот твой в плаще не врал.

— Почему мой? — удивился я. — Не мой, а такой же Арагорнов, как мы с тобой.