Чтение онлайн

Волны энергии сталкера отличались от волн других типов талантов. Их цветовая палитра была более широкой, более насыщенной и менее прозрачной. Они вибрировали на разных частотах, усиливая древние охотничьи инстинкты и чувства, которые человечеством были давно утеряны. Именно поэтому эксперты считали сталкеров более примитивными в восприятии мира и окружающей среды.

Психическая энергия Рафа проявлялась агрессивно и мощно, но была чистой даже при такой интенсивности. Она была лишена грязных примесей зла и развивающегося безумия, которое пронизывало талант Кэлвина Хайда.

Орхидея с восторгом наблюдала, как энергия течет сквозь ее подсознание. Просто восхитительно было держать фокус на высшем уровне собственной силы. «Именно для этого я была рождена», — подумала она. Это было сродни переходу на бег после спокойной ходьбы на протяжении всей жизни.

Орхидея понимала, что не одна смакует ощущения, и чувствовала восторженное удовольствие Рафа. Ей пришла в голову мысль, что ему нечасто выпадал шанс фокусироваться в этом диапазоне на длительное время, если вообще выпадал.

— Пять кругов ада, — восхищенно сказал он. — Это прекрасно. Это невероятно.

Она улыбнулась про себя. Желание порисоваться побороло здравый смысл. В конце концов, она была ледяным концентратором, которому редко удавалось использовать в полную силу свои уникальные способности.

«Думаешь, это прекрасно? — усмехнулась она про себя. — Тогда смотри».

Орхидея изучила нюансы таланта Рафа, отмечая ритмы волн, едва уловимые различия в оттенках, структуру переливающейся энергии, и с помощью точного контроля за собственной психической энергией кое-где отрегулировала фокус. Немного изменить тут, чуть добавить резкости там…

Она принялась работать над бесчисленными гранями сверкающего кристалла, и, когда закончила, метафизическая конструкция сияла, как бриллиант чистой воды, полыхая огнем внутреннего солнца.

Она услышала, как Раф застонал. Он протяжно и судорожно втянул воздух и затаил дыхание, увидев свой талант в полной силе, сфокусированный с невероятной ясностью и точностью. Она зачарованно подумала, что такой естественный звук он мог бы издать в момент наивысшего сексуального удовольствия. Низ ее живота затопил ответный чувственный жар.

Это было просто смешно. Орхидея сделала несколько метадзен-синергетических дыхательных упражнений, чтобы восстановить самообладание

— Выглядит так, словно вы построили этот кристалл специально для меня, — прошептал Раф.

— Так и есть.

— Фокус просто идеальный.

— Я же говорила, я — ледяной концентратор.

— Получается, это все правда… Никогда не думал… — он внезапно замолчал.

Орхидея сделала еще пару дыхательных упражнений и обратилась к старой метадзен-синергетической мантре. «Баланс и гармония», — тихо пела она про себя. Баланс и гармония — это ключ ко всему. Последнее, чего ей хотелось, — выставить себя полной дурой перед самым эксклюзивным клиентом Клементины.

Она не чувствовала ничего, даже отдаленно напоминавшего физическое притяжение, когда три года назад фокусировала для Кэлвина Хайда. Тогда она испытала только крайнее отвращение. Почему же, когда она держит фокус для Рафа, на нее неожиданно накатывает сексуальное желание?

Даже теперь, в кризисной ситуации, Орхидея ощущала страстное влечение, настоятельную потребность в чем-то необъяснимо большем. После первого сеанса парапсихического контакта она уверила себя, что странные побочные эффекты исчезнут, когда она попривыкнет к работе с его редким талантом. Однако дальнейшая совместная работа определенно не приводила к безразличию или даже к привычному нейтральному эмоциональному состоянию, которое характеризовало обычный контакт.

— Мне не хотелось бы провести оставшуюся часть ночи здесь, — оживленно заговорила она. — Есть какие-нибудь идеи относительно того, где криптоталант расположил вторую дверь?

— Я же сталкер, помните? У меня талант искать.

— Даже в темноте?

— Особенно в темноте. Как вы думаете, почему я предпочитаю работать ночью?

— Ну? Вы нашли шов в том месте, где предполагали? — нетерпеливо спросила Орхидея.

— Да, — Раф провел кончиками пальцев по стене. Усиленное фокусом осязание подсказало ему, что это было больше, чем просто место стыковки двух листов стали. Он чувствовал слабый контур двери. — Она здесь. Там, где я и думал.

— Вы шутите? — В ее словах слышалось недоверчивое облегчение. — Вы действительно ее нашли?

Ему стало очевидно, что Орхидея была не слишком уверена в его способности обнаружить место расположения запасного выхода.

— Приятно знать, что все это время вы в меня верили.

— Ну… я не имела в виду, что сомневаюсь в ваших способностях, просто…

— Проехали.

— Я обидела вас?

— Как-нибудь справлюсь.

— Рада слышать, — сказала она. — Но вы должны признать, что у меня были причины беспокоиться. В этой темноте я даже собственную руку перед носом не вижу. Шансы на обнаружение потайной двери были довольно призрачными.

— Нет, шансы, что я определю ее местонахождение, были чертовски высокими. Все, что может скрыть криптоталант, я должен уметь найти.

В галерее было темно, как в саркофаге, но Рафу с его обостренными кристаллом чувствами для работы не нужен был свет. «Я могу обойтись и без освещения, — размышлял он. — Однако сейчас мне больше всего нужен холодный душ». Орхидея стояла слишком близко. Присущий лишь ей одной невероятно женственный запах сильно отвлекал его и, словно пьянящий наркотик, возбуждал и без того усиленные чувства. Он ощущал жар ее тела, хотя она его не касалась. Черт, он ощущал жар собственного тела, сгорая от сумасшедшего желания, которое накрывало Рафа с головой всякий раз, когда Орхидея ему фокусировала.

«Примитивный». Это слово обожгло его. «Я в порядке, — убеждал он себя. — Я не животное».

Он сделал несколько метадзен-синергетических дыхательных упражнений, чтобы успокоиться, после чего отодвинул от стены книжный шкаф. На то, чтобы найти характерный шов в панели из нержавеющей стали, много времени не потребовалось. Теперь ему оставалось только определить расположение пускового механизма, который открыл бы запасной выход.

В нормальных условиях это было бы проще простого, а с Орхидеей, дышащей ему в затылок, стало настоящим испытанием. Он беспокоился, что несколько минут назад спроецировал слишком большой энергетический поток. Теперь Орхидея знала, что он талант далеко не шестого класса. Он не хотел, чтобы она так скоро об этом узнала, поскольку их отношения были очень неровными. Кажется, ее не слишком волновало, что его талант превосходил все допустимые уровни, но это было почти неважно.