Чтение онлайн

– Так "Русалка" – это один из ваших проектов? – спросила Марджи. – И ты ничего не слышала о девочке с китом?

Келлар отставила баночку с корицей и напряженно посмотрела на нее. И Марджи поняла, что угадала. Если честно, она до конца не знала, кто такой Чарли, которого пришлось стаскивать в воду катером. Но по лицу Линды сообразила, что пробный бросок сбил все кегли.

– Извини, – Келлар уже справилась с первой растерянностью и продумала, как себя вести дальше. – Мне самой неприятно, что пришлось тебе солгать. Но я была связана подпиской о неразглашении. Надеюсь, ты понимаешь, что такое конфиденциальная информация?

– Я имею допуск к секретным файлам на работе, – напомнила ей Марджи.

– Конечно. Я помню. – Линда покусал губу, размышляя. Она слишком хорошо знала подругу, раз она что-то уже узнала, то будет и дальше копать. Поэтому будет лучше, если она сама ей все расскажет, а то кто знает, чего она еще наслушается от этих детишек – вон как подозрительно смотрит. А заодно это позволит и доверие вернуть. Келлар изобразила на лице борьбу между дружбой и долгом, а потом с видом "ну раз уж ты все равно знаешь" принялась рассказывать: – Да, "русалка" – это, по большому счету, не проект, а реальный человек… Или не совсем человек. Та девочка – инопланетянка. И не надо строить такую скептическую физиономию. В русалку ты с легкостью поверила, а на русалку-инопланетянку уже веры не хватает? – язвительно заметила женщина. Марджи признала ее правоту и быстренько согнала неверие с лица, пока подруга не обиделась и не передумала рассказывать. – Я знаю, как это звучит, – продолжала Линда, – мне и самой иногда не верится, но это правда. Честно говоря, я не очень в курсе всей той истории. Я тогда была в Канберре, выбивала тендер на строительство ОРКА-Сити, поэтому знаю только в общих чертах. Джозеф случайно натолкнулся на нее, и стал просто одержим. Шутка ли, некто может говорить с китами! Ты только представь, как бы это помогло нам в наших исследованиях! Но, увы, девочка ускользнула от нас и вернулась на свою планету, проект пришлось закрыть. Лишь совсем недавно Джозеф из каких-то своих источников узнал, что "русалка" вернулась. А может, никуда и не улетала. Но проект не стали возобновлять – других проблем хватает.

За соседний столик принесли заказ, и в воздухе одуряюще запахло ванилью. Похоже, на кухне немного перестарались со специей. Линда мужественно держалась, пока рассказывала о русалке, но в конце концов не выдержала:

– Слушай, давай пересядем, а то, чувствую, скоро из носа потечет.

– От Моаны пока ничего? – задумчиво поинтересовалась Марджи, когда девушки пересели за другой столик.

– Ничего, черт возьми. Даже не звонит, требуя дополнительной платы. Когда я сама ей позвонила, она буркнула только, что ее прежний источник информации в клинике "накрылся небом в клеточку", и сейчас она ищет другие подходы к архивам доктора и сама с нами свяжется, когда что-то нароет. Думаю: то ли мы ее так напугали, что она действительно носом землю роет, то ли уже добыла данные о "Крокер", но выжидает время, чтобы поднять цену. Алчная баба, ей все равно, какими средствами добывать деньги – лишь бы побольше! Еще немного, и я поищу другой способ надавить на доктора...

– Только не обращайся к этому хмырю, который говорит слащавым голосом и заваривает экзотический чай, – поспешно сказала Марджи.

– Я вижу, что мистера Ли ты невзлюбила прочно и надолго. Он что, пытался за тобой ухаживать, и ты обиделась за то, что он видит в тебе женщину, а не солдата? – хоть подруги и отсели подальше от любителей ванили и с наветренной стороны, Линде все равно казалось, что она насквозь пропиталась этим запахом, в носу все еще щекотало, а в горле першило. Поэтому она и высказалась так резко.

– Ну, можешь думать и так, – не отреагировала на ее слова Марджи, – а если ты умная, то и сама понимаешь: он только хочет казаться законопослушным бизнесменом, и перед ним слишком открываться не стоит. Узнав такую пикантную тайну о тебе и Хеллегране, он вцепится в вас мертвой хваткой и попытается втянуть в одну из своих махинаций с драгоценными камнями, или придумает, как использовать историю с частной клиникой, чтобы подобраться к твоему отцу. Не стоит давать ему в руки такое оружие. Одно дело – выпить с ним молочного улуна и послушать изысканные восточные комплименты, и совсем другое – делать его поверенным своих тайн, которые ты скрывала даже от родителей...

– От отца, – поправила Келлар, – мама знала. Она заметила, что у меня меняется фигура, и вызвала на откровенный разговор. Я сказала ей, что это был Эдди Спрингфильд.

– Тот самый, который через пару месяцев после лыжного курорта разбился на байк-шоу? – уточнила Марджи. Она не знала подробностей той давней истории. Когда, шестнадцать лет назад она забрала подругу из клиники, Линда была в таком состоянии, что расспрашивать ее о чем-то и бередить душевную рану девушка просто не решилась. А позже было уже неловко ворошить прошлое. Но раз уж Линда сама об этом заговорила… – Насколько я знаю, у вас с ним дальше дансинга и поцелуев дело не заходило.

– Верно. Но опровергнуть мои слова Эдди уже не мог. Да и думаю, будь он жив, то не отказался бы прикрыть меня. По-моему, он действительно меня любил, – вздохнула Линда.

– Мне тоже так казалось. Ни перед кем больше он не выделывал таких головокружительных трюков на байке, как перед тобой... И сорвался с моста, репетируя очередной каскадерский прием, призванный поразить твое воображение.

– Ты сегодня какая-то злая, Мэй. Что с тобой? Ты никогда не была язвой.

– Надо же когда-то начинать. Так миссис Дэррил знала?

– Да, и согласилась помочь мне, прикрыть на первое время от отца. Это она забронировала мне место в клинике, арендовала коттедж за городом и подыскала хорошую няню, которая присматривала бы за ребенком.

– Тогда почему тебе пришлось самой ехать в клинику? – спросила Марджи.

– Отец уезжал на саммит в Токио, – Келлар повертела в руках ложечку и посмотрела за перила. – Мама всегда сопровождает его в поездках, и в тот раз не могла отказаться. Иначе пришлось бы объяснять, почему. Она надеялась, что успеет вернуться, но все случилось на неделю раньше ожидаемого.

– И когда же вы собирались признаться отцу? Или не собирались?

– Собирались, конечно. Мама уговаривала, чтобы мы пораньше ему рассказали, подготовили, но я настояла, чтобы сделать это уже после родов. Думала, увидит внучку и сразу растает.

– Ты и ему бы назвала имя Эдди?

– Да. Это было бы лучше для всех.

– Ну да, ну да, – пробурчала Марджи, отвернувшись.

***

– Так что у тебя? – сменила тему Келлар, поняв, что Марджи сегодня в ударе и в разговоре о дочери закидает ее шпильками. А после напряженной рабочей недели не хотелось тратить выходной на пикировки.

– Я подслушала один любопытный разговор на ОРКА, – сказала Марджи. – Кадета Бейтса и той самой русалки. И ты представляешь, они говорили о нападении на УБРИ и о том, что утащили оттуда какие-то детали, – с милой улыбкой сообщила она, внимательно следя за реакцией Линды.

"Вот черт! – ругнулась про себя Келлар. – Она и об этом знает. Говорила я Джозефу, надо было ей рассказать еще, когда эти детишки увели у нас из-под носа вторую капсулу, не пришлось бы теперь выкручиваться. Ну что ж, не зря папа учил меня, что даже неприятную ситуацию надо уметь использовать себе на пользу."