Шрифт:
Katja Brandis
SEAWALKERS. WILDE WELLEN
Cover and illustrations by Claudia Carls
Посвящается Басти и Фло
Что будет, если позвать на вечеринку тысячу друзей из соцсетей? Можете себе представить. Нечто подобное произошло у нас в школе «Голубой риф»: наш оборотень-питон Элла пригласила всех своих друзей и родных из болот Эверглейдса к нам в школу. Вчера, вечером воскресенья, здесь объявились целые полчища рептилий. Только этого мне не хватало!.. У меня своих проблем выше крыши: в облике тигровой акулы меня боятся одноклассники, родители знать меня не желают, а девочка-дельфин на меня обиделась.
Питон в пончике
Разбудить человека можно разными способами – противными и приятными. Все приятные способы растолкать своего друга и соседа по комнате Джаспера я уже перепробовал: щекотал ему брюхо, совал под нос свежую булочку, громко пел его любимую песню. Но теперь настал черёд противных способов – ведь я не хотел, чтобы он получил выговор за опоздание. Я присел на корточки, разглядывая коричневого броненосца, мирно спящего под кроватью, и заорал во всю глотку:
– НАВОДНЕНИЕ! БЕЖИМ ОТСЮДА СКОРЕЕ!
– Наводнение?! – Джаспер вытаращил глаза-кнопки, подпрыгнул, ударился о нижнюю часть кровати и, пища, шмыгнул между моих ног к приоткрытой двери.
Я ошарашенно смотрел ему вслед. Надо же, сработало!
– Это всего лишь учебная тревога, – успокоил я его. – Мы идём завтракать – ты с нами?
Хорошо, что мою учебную тревогу никто больше не слышал: все остальные ученики давно были в столовой. Хотя нет, не все: через пальмовую рощицу проползал питон. Наверное, это один из новых учеников во втором обличье.
Джасперу было не до него – он сел передо мной на задние лапы, встревоженно глядя мне в лицо:
– Так наводнения точно не будет?
– По крайней мере, я ничего такого не слышал, – заверил я друга.
– Акулы такие гадкие! Я страшно перепугался! Хочешь пощупать мой пульс? Всё никак не успокоится!
– Нет, спасибо, – отказался я. – Хочешь завтра проспать?
– Ладно, не придирайся. – Джаспер-броненосец стряхнул с панциря комки земли, взял передними лапами плавки и посеменил в душевую. Вернулся он в облике невысокого круглолицего лохматого мальчика с доверчивыми карими глазами. Нащупав на прикроватной тумбочке очки, он нацепил их на нос. – Идём, Тьяго. Я проголодался!
Я, разумеется, тоже: тигровые акулы и в человеческом обличье весьма прожорливы. Но куда важнее мне было, с кем я, скорее всего, сейчас встречусь в столовой. У меня всякий раз странно колотилось сердце, когда я вспоминал, каким взглядом смерила меня Шари после моего дурацкого замечания на вечеринке по случаю дней рождения Холли и Финни. И как я только мог ляпнуть нашему оборотню-дельфину Ною такую глупость! Эти слова до сих пор звучали у меня в ушах. «Ты что, тоже в неё влюблён?» – «Глупости, с чего ты взял?» Я произнёс это таким пренебрежительным тоном, будто эта мысль абсурдна, будто Шари недостаточно хороша для меня. Я слишком поздно заметил, что она всё слышала. Теперь я тем более не мог ей признаться, что она для меня и правда гораздо больше, чем лучшая подруга. Вдруг эта чудесная девочка-дельфин знать меня больше не желает?
Шари пока нигде не было видно… В столовой стоял невообразимый шум. До меня донеслись чьи-то вопли, звон и грохот. Растерянно переглянувшись, мы с Джаспером попытались рассмотреть сквозь стеклянную боковую дверь, что там происходит.
– Вот же дождевой червяк! – вырвалось у Джаспера.
Осторожно протиснувшись внутрь, мы по колено в воде пошлёпали к буфету. Ни малейшего шанса подобраться к еде – для этого пришлось бы балансировать по спинам шести аллигаторов, которые перессорились из-за ветчины и сырной нарезки и разодрали то и другое на мелкие кусочки. По продуктам для завтрака, извиваясь, ползла девочка-питон.
– М-м-м, выглядит аппетитно, с чего бы начать? – услышал я её мысли, когда она широко разинула пасть, чтобы проглотить кусок масла. – Хотите сладкого, ребята? – Ловким движением она опрокинула банку с ананасовым вареньем, и её содержимое закапало в открытую пасть одного из аллигаторов.
Мелкий оборотень-змея застрял в кольце пончика с корицей и, вопя «Помогите, вытащите меня отсюда!», пытался освободиться и одновременно откусить от пончика. В результате остальные пончики покатились во все стороны.
Упитанная буро-серая рептилия, опираясь передними лапами о буфет, пастью ловила сыплющиеся сверху пончики.
– Спасибо, Тино, здесь так круто! – воскликнула девочка-аллигатор Полли, и буфет закачался под её весом.
Наш повар и завхоз Джошуа превратил руки в щупальца и героически пытался отстоять хотя бы несколько булочек и блюд с нарезкой. Кроме того, он держал вне досягаемости банку с шоколадной пастой, за которой тянулся один из новеньких в человеческом обличье – темноволосый спортивный мальчик по имени Кегор, пытающийся макнуть туда булочку целиком. Джошуа в отчаянии посмотрел на меня. Надо скорее ему помочь.
– Эй ты, у людей так не принято, – сказал я Кегору и оттащил его в сторону, а Джаспер тем временем пытался освободить застрявшего в пончике малыша-питона Тино.
– Мы не люди, а морские оборотни! – Мальчик сердито зыркнул на меня, пытаясь вырвать руку. Не успел я опомниться, как мы уже боролись. Мой противник оказался чертовски силён – сразу видно, что ещё недавно он жил диким хищником в болотах. Потеряв равновесие, мы с громким всплеском плюхнулись в воду, где плавали хлопья, куски сыра и дынные дольки, и продолжили драться. Рядом с нами опрокинулся графин с апельсиновым соком, и нас накрыло большое жёлтое облако. Вкуснятина.
Во время борьбы Кегор превратился в аллигатора и извивался изо всех сил. Пытаясь его удержать, я ударился головой об одну из лодок, в которых можно есть. С перепугу я нахлебался воды и начал задыхаться. Мне нужно дышать, причём под водой! Мы уже тренировались частично превращаться, но всего два раза, и получалось у меня пока не очень. Не важно – сейчас просто обязано получиться. Я представил, как у меня в человеческом обличье отрастают акульи жабры… открыл под водой рот – и… хлебнул противной смеси солоноватой воды и апельсинового сока. Жабр нет и в помине. Чёрт!