Шрифт:
БЕЛКЕ НЕ СПАЛОСЬ. Она слонялась от двери к шкафу, обходила стол с одной стороны, задумчиво останавливалась перед шкафом - открывать или нет, - не открывала, обходила стол с другой стороны и начинала все сначала.
"Вот так вот и буду бродить до самого утра", - думала она. Ей не хотелось ни спать, ни даже прилечь.
Внезапно снаружи, из темноты, до нее донеслись голоса. Белка прижалась ухом к стене.
Слышно было довольно отчетливо. Говорили о ней.
– Вот тут живет Белка.
– Да ну?
– Ага.
– А что она вообще за личность?
– Белка-то?
– Ну да.
– Ну... что тебе сказать... как бы это выразиться... Она очень ешкиндрын.
"Чего? " - чуть было не завопила Белка, но вовремя остановилась.
– Ёшкиндрын?
– переспросил один голос.
– Угу, - подтвердил другой.
– Ой, как интересно. И что, она всегда такая?
– Да почти.
– А когда она не такая?
– Тогда она пумпурум.
– Да ну, правда, что ли?
– Чесслово!
– Ух ты...
Белка пожалела, что ухо у нее не может пролезть сквозь стену. Ей так хотелось разобрать, какая же это она такая почти всегда и какая - когда она не такая.
– Да брось ты, - сказал один голос.
– Правду тебе говорю, - сказал другой.
– И вот тут вот она и живет?
– Ну.
Наступило молчание.
– Да уж, - сказал один голос, - нечего сказать.
– Во дела...
– сказал другой.
Белка чуть было не лишилась чувств. Из глаз ее брызнули слезы. Ну чего они так мямлят? И кто они, вообще говоря, такие? Что они там делают, глухой ночью?
Голоса тем временем замерли вдали. "Едррн", услышала она. И "шишшк". И больше ничего.
Белка бросилась навзничь на постель и уставилась в потолок. Довольно долго она раздумывала над тем, какая же это она такая. "В любом случае, - думала Белка, - в настоящий момент я совершенно безотрадна. Если бы я сейчас говорила сама с собой, я бы сказала: лично мне Белка кажется совершенно безотрадной. Да, ответила бы я, мне тоже".
И тут Белка подскочила. "Ну конечно! " - сказала она самой себе, спрыгнула на пол, подбежала к шкафу и выдвинула ящик, из которого извлекла письмецо, написанное маленькими корявыми буковками - как-то раз, давным-давно, его подсунули ей под дверь.
Дорогая Белка,
Мне кажется, Вы - совершенно необыкновенная.
Ну просто совершенно необыкновенная.
Письмо было без подписи, - на последних словах листок обрывался.
Белка долго ломала голову над тем, кто бы мог его послать. Но этого ей узнать так и не довелось.
Она распахнула окно. В буковых ветвях висела низкая луна, и в ее свете Белка принялась читать письмо вслух, громко-громко.
В лесу было тихо. Мерцали редкие звезды.
"Может, они меня еще и услышат", - подумала она, - и скажут друг другу: "Да, и впрямь, она всегда такая, такая необыкновенная.. "
Потом она закрыла окно и вернулась в постель.
ДОРОГАЯ БЕЛКА,
Недавно из письменных источников я узнала, что Вам не спится.
Мне известно, что это чрезвычайно неприятное явление.
Лично я всегда раззавписываю себя в сон.
Возможно, Вы также должны последовать моему примеру, мой далекий друг по переписке. (Надеюсь, что могу Вас так называть? Если нет, то приношу Вам свои извинения за сию эпистолярную вольность. К слову сказать, я страдаю разнообразными письменными недугами и скверными привычками. Но об этом, если позволите, я напишу позже и в деталях. )
В целом мне хотелось бы написать следующее: ах да, я пишу однако поздновато я однако что-то писать я пишу однако без удержу как пишу я там его пишу и пишу я имею написать и пишу и пишу так тихонько всегда однако пишу и пишу шовершенно шшшшшооооооооо всем ссссссссссс
На этом обрывалось письмо, которое Белка получила как-то вечером. Белка распечатала его и честно принялась читать, но, даже не дойдя до конца, уснула, уронив голову на столик.
Поднялся ветер, завыл, засвистел, выхватил письмо и выдул его за дверь.
Однако ветер нередко сует нос не в свое дело, поэтому на полдороге к небесам он сунул его в письмо.
И тут же умолк. В лесу воцарилась тишина. Письмо покружилось в воздухе и упало в реку, а там попалось на глаза Карпу.
Как только Карп уснул, течение погнало письмо к морю. Там его прочли Дельфин, Кит и Кашалот, а потом и прочие рыбы и птицы, присевшие на воду, и звери, которые там случайно оказались - так, гуляли себе потихоньку.
И вот на самых дальних берегах океана, летним вечером уснули все, кто прочел письмо Птицы - Секретаря.
РАССВЕЛО. СВЕРЧОК В СИДЕЛ В ТРАВЕ, НА ОПУШКЕ ЛЕСА.
Он только что проснулся и протирал глаза. На траве лежала роса, в кустах Паук ткал маленькую блестящую паутину.
Сверчок взглянул на горизонт, где как раз всходило что-то красное. "Это солнце там, что ли?
– подумал он.
– Или другое что? "
Он с беспокойством взглянул на пылающее Нечто, становившееся все больше и больше. Сверчок нахмурился и отправился в лес, где ему навстречу попался Жук.
– Привет, Жук, - сказал Сверчок.
– Привет, Сверчок, - сказал Жук.
– Ты не знаешь, что это там такое?
– спросил Сверчок, указывая на горизонт.
– Да солнце, что же еще, - сказал Жук.
– Солнце...
– сказал Сверчок.
– В самом деле? Точно?
Жук пожал плечами.
– Неа, точно, солнце это, - сказал он наконец.
– Хотя, вообще-то...
Сверчок так и подскочил.
– Сомневаешься! Сомневаешься!
– завопил он.
– Вот и я засомневался! Оба мы с тобой теперь сомневаемся! Значит, это уж точно что-то другое!