Чтение онлайн

— Но ты чувствуешь себя одинокой, разве нет?

Она с вызовом посмотрела на меня.

И, в конце концов, призналась:

— Иногда.

— Это печально.

— Вовсе нет. Это мой выбор.

— Скорее ты с этим смирилась, скажем так.

Она помрачнела.

— Что ты хочешь мне объяснить? — сказала она подозрительно, даже как-то враждебно.

— Может быть, вокруг тебя есть мужчины, которые стоят того, чтобы ты открыла им свое сердце.

Она растерялась на мгновение, потом взяла себя в руки.

— Я пока не готова затевать что бы то ни было с кем бы то ни было, — отрезала она. — И моя жизнь мне подходит. Я в мужчине не нуждаюсь. Я хочу открыть не сердце, а разум. Сейчас у меня появилось желание, достаточно новое для меня, я хочу встречать новых людей, выходить в мир. Может, потому, что я вижу, как Серена уходит с каждым днем все дальше, мне самой хочется жить как-то более насыщенно.

Она выдала свою тираду непререкаемым тоном, словно хотела расставить все точки над «и».

— Понимаю, — сказал я. Сердце мое сжалось, и я сосредоточенно занялся содержимым тарелки, чтобы как-то собраться с силами.

— И еще мне нужен друг, — добавила она. — Я хотела бы, чтобы ты был этим другом, Иона, — сказала она ласково, взяв меня за руку.

В ее глазах было столько нежности. Я бросил взгляд на наши соединенные руки, почувствовал тепло ее пальцев.

Она не чувствовала ко мне ничего, кроме дружеской привязанности. И в данный момент еще жалости. Что я сделал, что все пошло не так? Какой бестактный поступок совершил, что она сразу задумалась о чисто дружеских отношениях? Я судорожно вздохнул и почувствовал, как глухой гнев поднимается во мне.

Лучше бы она не брала меня за руку, не лишала бы этот жест его символической нежности.

Лучше бы нам не становиться друзьями, лучше бы она так не отдаляла меня от моих мечтаний.

Лучше б ненавидела меня, а не унижала своим нежным сочувствием.

В этот момент я предпочел бы никогда не заговаривать с ней, чем вот так чувствовать, что умираю, когда она держит меня за руку.

Женщина в зеркале была хороша собой. Ее волосы были искусно уложены в художественном беспорядке, и эта прическа очень подходила ко всему облику. Небольшие мазки румян оттеняли тонкий очерк скул и нежность черт. Коричневые тени придавали глазам неведомое доселе томление. Бледно-розовая помада превращала губы в лепестки цветов.

— Ну как?! — воскликнула Эльза, вне себя от восторга.

— Великолепно.

— Ты великолепна, — уточнила Эльза.

— А ты талантище.

— Знаю, знаю, а когда-нибудь об этом узнает весь мир, — вздохнула она. — Я стану самой знаменитой косметичкой в Париже, буду работать исключительно со звездами, и обо мне будут писать в газетах, что я совершила революцию в технике макияжа. Вот, слушай, — возбужденно сказала она, хватая журнал «Мари Клер»: — Эльза Дестре начинала в маленьком занюханном косметическом салоне в довольно-таки вонючем районе парижского предместья. Ее талант быстро заметили, и знаменитый французский салон красоты предложил ей головокружительный контракт. Все звезды мечтали попасть к ней, и она стала баснословно богатой. Одной из лучших ее работ по праву считается преображение ее подруги Лиор для похода на свидание весенним вечером. Эльза теперь живет с Брэдом Питтом вдали от Парижа, в южной провинции Франции.

— Почему с Брэдом Питтом?

— А почему нет? Если уж речь идет о мечте, ты же не хотела бы, чтобы я представила себя с мистером Бином, а?

— Но это как-то слишком! — воскликнула я.

— Слишком — что? — поинтересовалась Эльза.

— Слишком все.

— Слишком красиво?

— Это не я, — пожала я плечами, не в силах отвести взгляд от своего отражения. — В этом платье, с этим макияжем… Это не я.

— Нет, это как раз ты! Кстати, должна тебе признаться, результат получился безупречным, потому что безупречна модель. На себе я что только не пробую, но такого результата не получается, уверяю тебя!

— По сути дела, я вижу в зеркале прежнюю Лиор, — пробурчала я. — Ту, что стремилась соблазнять и пленять. Не такую, какова я сейчас. И не ту, что он встретил в начале.

— Бывшая, теперешняя… Хватит бредить, прошу тебя. Мы просто сейчас вместе выявили другую грань твоей красоты.

— Но я же выгляжу вызывающе! — возразила я. — Это ведь всего-навсего встреча.

— Чисто дружеская, да?

— Да… Ну… Не знаю.

Я почувствовала, что слезы наворачиваются на глаза, мне вдруг стало так обидно, что я позволила Эльзе захороводить меня в своем карнавальном порыве и по-своему подготовить к свиданию.

Я ведь и не сопротивлялась, меня охватил какой-то неясный восторг сродни опьянению. И теперь я готова была все смыть и снять, чтобы остаться наедине с собой, с той, которую я знала, с той, что вечно печалится.

— Ах нет, прекрати сейчас же, ты что, готова пустить псу под хвост всю мою работу?

Эльза, исполненная решимости не отдать меня на растерзание внутренним голосам, оттащила меня от зеркала, вызвала такси, забросала торопливыми фразами, сунула в руки куртку и проводила до выхода из подъезда, чтобы убедиться, что я села в ожидающую меня машину.

Она сказала шоферу адрес, на ухо попросила его ни в коем случае не выпускать меня, если я скажу ему, что передумала, и крепко чмокнула меня в щеку.

— Доверься мне, — сказала она убежденно. — Прошу тебя.

Я смирилась. Я пойду на это свидание, взгляну правде в глаза, может быть, покажусь смешной.

В конце концов, что я теряю? И почему я должна бояться его взгляда?

Он уже ждал меня и явно нервничал. Одет он был так же, как и в прошлый раз, и я засмущалась еще больше. Заметив меня, он на секунду застыл, и тут же его брови удивленно взлетели вверх. Ласково поздоровался, глядя на меня с плохо скрываемым восхищением.

Я неловко объяснила ему, что Эльзу внезапно охватил порыв энтузиазма, и она насильно занялась мной.

Ты лжешь, Лиор. Ты была не против. Ты была счастлива видеть, как превращаешься в красивую женщину, с радостью поддавшуюся головокружению новой встречи. И теперь у тебя совершенно кретинский вид.

Я заказала столик в индийском ресторане. Я обещала сама всем заняться — само собой, чтобы создать впечатление, что владею ситуацией. Обстановка была доброжелательная, свет приглушенный, столики достаточно далеко друг от друга, чтобы сохранить ощущение некой интимности. Такие ресторанчики располагают к откровениям, жаркому шепоту, к нежным признаниям.