Он не хотел

Способность к самообладанию – главное отличие между человеком и зверем.

Герберт Спенсер

Основано на реальных событиях.

На улице было темно и холодно. На севере темнеет очень рано, было около восьми вечера. Стоял суровый северный январь, вступившего в силу года змеи. У подъезда старого двухэтажного дома стояли две девочки одиннадцати лет. Они обсуждали модный тогда телесериал «Дикий ангел» и главную героиню этого сериала, которая была и популярной певицей – Наталья Орейро. Дневники и тетради тогда расходились целыми тиражами с её изображением, покупали их в основном конечно девочки.

– Может тебя проводить хоть чуть – чуть? – спросила Ася, девочка в серой дублёнке, с волнистым пшеничного цвета волосом и голубыми чудесным, и чистыми глазами. Она жила в этом доме, ещё совсем недавно их семья переехала с большой земли. Девочка попала в продвинутый класс, но она была застенчивая и многим это не нравилось. Но с учёбой у неё всё было отлично, как и у её собеседницы, на этом фоне они подружились.

– Да не надо, спасибо, я дойду. Мне тут чуть-чуть пройти. Я к бабушке, – ответила вторая девочка, Самара, в фиолетовой тёплой куртке с капюшоном с меховой каймой. Училась она очень хорошо, бывало четверть заканчивала с одними пятёрками, бывали и четвёрки. Она очень любила учиться, читать книги и познавать всё новое. – Ну ладно, до завтра. Пока.

– Пока, – Ася обняла её, та ответила взаимностью. Никто из них не знал, что они больше не увидятся, что это их последняя беседа, что через несколько минут, Самара встретит человека, который обо всём этом знал и он уже шёл ей на встречу.

Около десяти часов вечера в квартире Самары раздался телефонный звонок, трубку подняла мама. В трубке говорил голос бабушки.

– Привет, вы решили не отправлять ко мне Самару?

– Что? – удивилась мама и что-то внутри дрогнуло. – Она должна была уже прийти. Она сказала, что зайдёт к подружке и потом к тебе.

– Может они засиделись, такое бывает, – спокойно сказала бабушка.

– Может. Ладно, я сейчас позвоню родителям Аси.

Бабушка почуяла неладное. Старики всегда переживают больше остальных. В этот раз что-то подсказывало Вере Александрове, что случилась беда и интуиция её не подвела. Через десять минут перезвонила дочь и сказала, что Самары нет у подруги и что она уже давно ушла. Пошла по дороге мимо старого клуба.

Старый клуб, громадное здание цвета слегка разбавленного молоком какао, с колоннами белого цвета на фасаде, архитектурными элементами, некогда было популярным и обитаемым. Там проходили дискотеки, крутили кино, был свой музыкальный оркестр, который заказывали на похороны и свадьбы. Перед клубом стоял памятник посвящённый второй мировой войне, хотя эти земли освоили намного позже, но идеология советского союза забралась в каждый уголок страны, даже в такой глухой, как этот посёлок.

Муджа, посёлок городского типа, некогда процветающий и полный жизненной силы, теперь был на половину пуст. Отток населения начался в девяностых. К слову там было всё, хорошая и большая школа, дом культуры, большая ферма, огромная станция.

Клуб несколько лет пустовал, стоял закрытый и мрачный, окна первого этажа заколочены, двери хорошо закрыты. Наверняка за заколоченными окнами бродили призраки и вспоминали былые времена, когда клуб был живой, как и они.

Именно мимо него шла девочка, которая не верила в призраков, когда из-за угла вышел тот, который не хотел. Он вежливо поздоровался, стал расспрашивать, куда она держит путь. У него было чутье, он знал, что она скромница, что она любит читать, именно это и сыграло роковую роль. Он предложил ей пойти с ним по пути, к нему домой, и он даст ей много интересных книг. Девочка согласилась. Ведь она его видела раньше, она знала его, родители знали его, поэтому она ничего не подозревала. Он не хотел этого, но другая его сторона хотела. Они шли по улице, он облизывал губы, предвкушая момент наслаждения. Смотрел по сторонам, чтобы никто не видел их, и их никто не видел. Улица Школьная была почти вся заброшена, дома стояли мёртвые, смотря чёрными глазницами пустых окон на двоих прохожих, которые мирно шли мимо. Эхо от скрипа обуви по укатанному снегу, раздавалось в промерзшей пустоте домов, и по мере отдаления прохожих, стихало. Эти дома, были единственными свидетелями, которые видели пустыми глазницами окон двоих прохожих в тот вечер, но они будут молчать.

Чуть за полночь, в отделении милиции открылись двери, впуская внутрь холодный воздух, образовывая клубы пара, из которых появились, словно призраки в фильме ужасов, мужчина и женщина. Выражения их лиц несли неясный смысл, но опытный оперативник, что дежурил в эту ночь, догадался, что что-то произошло.

– Наша дочь пропала, – сказала женщина, лет тридцати пяти, с приятной внешностью.

– Да вы успокойтесь, заходите в дежурку, садитесь. Всё по порядку, с самого начала, – сказал дежурный. – Можете ко мне обращаться на ты, просто Игорь.

– Я Марина. Наша дочь, Самара, пошла к подруге, ещё по свету, потом она должна была пойти к бабушке, моей матери. Но вечером позвонила мама и сказала, что Самары нет. Я позвонила матери подруги Самары. Сама Ася подошла к телефону, сказала, что та давно уже ушла.

– Ясно, – ответил Игорь. – А не могла она ещё к кому-то зайти?

– Да у неё не так много друзей. Я даже не знаю, к кому она ещё могла пойти. Да такого никогда не было, чтобы она опаздывала или задерживалась. Всегда вовремя дома. Я не знаю, что делать.

– Постарайтесь пока успокоится. Понимаете, какое дело, по закону, розыскные работы начинаются после заявления, а его можно подавать после трёх суток.

– И что же нам теперь делать? А вдруг её похитили!? – заплакала мать и перед глазами стали всплывать картины, одна ужасней другой. – Или ещё что хуже.

– Я понимаю ваше беспокойство Марина, но я ничего не могу пока сказать. Я постараюсь разрешить эту проблему завтра утром. А пока идите домой, успокойтесь, повспоминайте ещё какие-то детали. Хорошо?

–Да, – ответила всхлипывая мать, а потом обратилась к мужу. – Ты что молчишь, Витя?

– Да ты и так всё сказала, – только и ответил тот. Он был взволнован не меньше супруги, но держался, точнее старался держаться хладнокровным. – Что от нас требуется?

– У вас есть фото девочки?

– Конечно, – ответил отец. – Дома. Я завтра утром смогу занести.

– Хорошо.

Они пошли домой, выйдя из тепла в мороз. Игорь вышел на улицу и прикурил сигарету марки «LM», затянулся и стал думать о девочке. Куда могла запропаститься девочка одиннадцати лет? Конечно он знал много случаев, когда дети сбегали из дома и в более раннем возрасте, но тут другой случай. Девочка хорошо училась, семья не малообеспеченная, родители не пьяницы, тут что-то другое. А так же известны случаи похищения детей цыганами, как раз на днях, один челночный табор выехал на арендованном в городе автобусе из посёлка. Игорь сам лично его видел, когда они на служебной машине возвращались с города, куда доставили обвиняемого.

– Неужели снова, – сказал в слух оперативник и выбросил окурок в урну. После чего зашёл в комнату дежурного. Часы тянулись словно дни. Минутная стрелка монотонно и медленно вращалась вокруг оси, превращаясь в часы.

В посёлке Муджа все тихо и безмятежно спали, никто ни о чем не знал и не подозревал. Только в квартире, на третьем этаже, на Школьной улице горел свет, там на кухне сидела и плакала мама Самары, глядя на фото дочери. Муж лёг на кровать и отвернулся к стене, пытаясь немного поспать и набраться сил перед завтрашним днём, тяжёлым и непредсказуемым. Он понимал, что завтра об этом узнает весь посёлок, две тысячи человек населения, от которых ничего не скроешь. Все будут задавать вопросы, утешать, лезть со своими советами, хлопать по плечу и смотреть исподтишка. Он готовился ко всему этому.