Чтение онлайн

Клочок бумаги с адресом жег карман, но я все же решил дождаться утра, прежде чем отправиться на встречу с магом. Все-таки меня ждет знакомство с человеком, обладающим определенным набором способностей. Например, где-то я читал, что маги могут превращать людей в лягушек, хотя, возможно, это всего лишь детская сказка. В любом случае, стоит подстраховаться и соблюсти правила приличия.

Поэтому я направился назад в гостиницу. Ночь прошла спокойно. Мне опять ничего не снилось, и спал я крепко. Странное дело, стоило хоть чуть-чуть продвинуться в поисках Амаранты, как кошмары чудесным образом заканчивались, но, когда я терпел неудачу, они были тут как тут. Внутреннее чутье подсказывало, что это не простое совпадение, а значит, я иду в верном направлении.

Утром снова позвонил брат. Он остался доволен тем, что мне удалось достать адрес ведьмы, да и рассказ о клубе его впечатлил. Все было бы прекрасно, если бы не одно «но»: отец до сих пор не желал говорить со мной. Я подозревал, что Димка делится с ним информацией (конечно, предварительно подвергнув ее цензуре), но мне так хотелось услышать папин голос и слова поддержки, что я еле сдерживался, чтобы не позвонить ему. Будь я уверен, что он возьмет трубку, уже давно бы сделал это.

Примерно в одиннадцать утра я снова был в такси. К сожалению, номера телефона на бумажке не оказалось, и ехать пришлось на свой страх и риск, в надежде, что удастся застать мага на месте.

Такси остановилось у самого обычного девятиэтажного дома в одном из спальных районов Москвы. Обстановка настолько не соответствовала моим представлениям о магии, что я усомнился в правильности адреса. Но раз уж я был на месте, то проверить стоило, и, решившись, я нажал кнопку домофона. Приятный женский голос спросил о цели моего визита. Я что-то промямлил в ответ, осознавая, как глупо может прозвучать признание, что я ищу мага. К моему глубочайшему удивлению, вместо того чтобы вызвать людей в белых халатах, женщина меня впустила.

Лифт не работал, и я был вынужден подниматься на седьмой этаж пешком. Правда, скучать не приходилось — стены подъезда были равномерно покрыты различными надписями, начиная от банальной ругани и заканчивая пронзительными стихами Пушкина на пролете между вторым и третьим этажами.

Дверь в квартиру номер семьдесят четыре оказалась открыта. Слегка толкнув ее, прошел внутрь.

— Здесь есть кто-нибудь?

— Проходите в комнату, я сейчас подойду, — отозвался женский голос.

Не знаю, что я ожидал увидеть в квартире колдуньи, но окружающее оказалось таким же обыденным, как и вся панельная девятиэтажка. Все здесь было настолько простым и непрезентабельным, что я опять усомнился в правильности адреса. Мне всегда казалось, что маги с их-то талантами должны жить, по меньшей мере, в огромных особняках, а не ютиться в обычной малогабаритной квартире.

Обстановка комнаты была родом из прошлого века. Знакомый с детства гарнитур «Надежда» и стенка того же периода занимали почти все пространство тесной комнатки. Усевшись в одно из кресел, я принялся ждать хозяйку. Надо сказать, она тоже меня изумила. И хотя уже по голосу можно было догадаться, что ей не больше тридцати, я все-таки не ожидал увидеть такую молодую и симпатичную женщину. У нее были длинные русые волосы, забранные в обычный хвост, и большие карие глаза. Невысокая и стройная, в своем ситцевом халатике, она производила впечатление обычной домохозяйки.

— Только что поставила пирожки в духовку, не забыть бы, — вытирая руки о вафельное полотенце, подтвердила мою догадку женщина. Все в ней настолько не вязалось с образом ведьмы, что я уже был готов извиниться и покинуть квартиру, когда она спросила: — Кто тебе дал мой адрес?

Она села напротив, правой рукой поправила выбившуюся из хвоста прядь волос, и стала заметна татуировка на внутренней стороне ее запястья в виде круга со странными иероглифами внутри. Я мгновенно напрягся. Такие знаки отличия имели только темные маги. Неожиданно возникло нехорошее подозрение, что милейший Михаил Анатольевич отправил меня к одному из них.

— Разумовский, — честно признался я, так как чувствовал — это по его вине я попал в столь неприятную ситуацию.

— Вот оно что, — протянула женщина, не выглядя при этом удивленной или раздосадованной. — Катя.

— Влад, — я посчитал, что не представиться будет невежливо. На некоторое время в комнате повисло напряженное молчание. — Я, пожалуй, пойду, — пробормотал я, вставая с кресла. Казалось очевидным, что мне нечего здесь делать: я рассчитывал на встречу с белым магом, а не с ведьмой и теперь думал лишь о том, чтобы поскорее убраться отсюда. Желательно целым и невредимым.

— Ты что, испугался? — с насмешкой в голосе спрос ила черная ведьма по имени Катя.

Я замер, не зная, что ответить. Конечно, она была права, я действительно испугался, но как-то неловко признаваться в этом незнакомой женщине.

Ведьма вздохнула:

— Иди, если хочешь. Но только имей в виду: кроме меня, тебе никто не поможет, — она тоже поднялась и направилась прочь из комнаты.

— Подождите, — окликнул я, — что вы хотите за ваши услуги?

Это был крайне важный вопрос, ведь я определенно не желал расставаться, к примеру, с некоторыми частями самого себя.

Ведьма насмешливо посмотрела на меня и, как будто прочитав мои мысли, ответила:

— Мне твоя душа ни к чему. Хотя заплатить, конечно, придется.

— Сколько? — Переход на товарно-денежные отношения прибавил мне смелости.

— Деньги меня тоже не интересуют.

— Что же тогда?

— Как-нибудь договоримся, — Катя беспечно махнула рукой и вышла в коридор.

Какое-то время она отсутствовала, и я получил возможность все хорошенько обдумать. Сомнений в том, что Разумовский здорово меня подставил, не было. Он направил меня к самой что ни на есть черной ведьме, а я усвоил еще в детстве, что общение с черными магами ни к чему хорошему не приводит. Но, с другой стороны, мне любой ценой надо было найти Эмми. Возможно, стоит рискнуть, если речь не идет о моей бессмертной душе? Конечно, можно уйти прямо сейчас, меня, в конце концов, никто не держит, но как потом искать Амаранту? А здесь у меня был неплохой шанс получить ответы. Когда хозяйка квартиры вернулась в комнату, я уже был готов если не на все, то, по крайней мере, на очень многое.