Чтение онлайн

На экране возник боевой катер в разрезе. Модель, повинуясь перу Друза, повернулась, исчезли переборки, часть надстроек, и перед сидящими возник хищный силуэт неведомого устройства.

– Как вы видите, это классический спиральный хроноконтур. Вернее, три контура, упакованные друг в друга.

– Может быть, вы ошибаетесь… и это ваши фантазии? – спросил Торкват.

– Я дважды проверил. У нас установлена специальная программа.

– Друз не ошибается, – сказал Сулла. – Это классический тройной хроноконтур. – Предки Суллы занимались физикой и химией, так что он неплохо разбирался в теориях, созданных до его рождения, а модель хроноконтура была разработана полвека назад.

– Хроноконтур – неверное название, – напомнил префект Норика. – Это ведь не мифическая машина времени, а всего лишь устройство для пробивки каналов в гиперпространство. Нам пришлось отказаться от проекта из-за непредсказуемости процесса. В момент запуска системы она имеет обыкновение соединяться намертво с ближайшими материальными объектами и утаскивать их с собой в гипер, превращая в атомную пыль. Одно время мы планировали с помощью этих устройств клепать новые нуль-порталы. Но потом отказались от этой мысли. Каналы можно пробивать только вдали от планет и даже – астероидов. Согласитесь, пользы от них в таком случае не много. Еще никому не удалось создать стабильную временную спираль.

– Никому из лацийских ученых, – уточнил Катилина. Как истинный инженер-практик, он считал ученых-теоретиков своими главными врагами и в основном – дармоедами. – Мы не можем ручаться за других.

То, что теоретики практически все были плебеями, работавшими в симбиозе с электронными монстрами Норика, в то время как многие патриции были прекрасными конструкторами и технологами, лишь усиливало глухую вражду.

– Это утверждение можно проверить? – обратился консул к префекту Норика.

– Системы сканирования разработаны одной из наших научных инсул. Не думаю, что тут наличествует ошибка, – ответил префект. – Но я прикажу…

– Надеюсь, никто из твоих ребят не полезет на заминированный катер? – перебил его Друз.

– Они не безумцы, – отвечал префект.

– То есть, если этот ваш катер… это устройство включилось, то в момент срабатывания оно утащит с собой и всю станцию? – спросил консул.

– Скорее всего, и Лаций заодно, – помрачнел Друз. – Три синхронизированных контура усилят эффект на порядок.

– Устройство включилось? – повернулся к зятю Корвин.

– Думаю, что да.

– С чего вы взяли? – вспылил Торкват.

– Мне подсказала моя патрицианская интуиция.

– Вы патриций только благодаря браку с нашей обожаемой Валерией, – хмыкнул Торкват. – По происхождению вы плебей, совершенный муж.

– Значит, мне подсказала моя плебейская интуиция, – огрызнулся Друз. – Корпус катера разогревается. Думаю, система включилась, как только мы пристыковали катер к станции.

– Так давайте отрежем его вместе с консолью и пошлем в Тартар, – предложил Торкват.

Друз хотел ответить, но его опередил префект Норика:

– Ничего не выйдет! Теперь эти два объекта – единое целое. Чем дальше мы ушлем катер, тем больше материи он утянет с собой. Это парадокс гипера.

– Ничего не понимаю… – пожал плечами Торкват.

– Ну, некоторые не понимают даже парадокса времени и пространства Минковского, – съязвил Друз.

– Прекратите пикировку! – повысила голос Лери.

– Скорее всего, мы даже не сможем никуда отослать катер, – проговорил Друз задумчиво, похоже было, что он рассуждает вслух. – Это все равно что попытаться оторвать у себя голыми руками кусок кожи на руке. Вам удастся немного оттянуть ее, и только. Но при этом кожа останется частью вашего тела…

– А как же анимал? Он же сумел удрать с места взрыва.

– Его должно было разорвать пополам.

– Посол Неронии примерно так и описал его повреждения, – напомнила Валерия.

– Если пристыковать к станции штук пять анималов, – продолжал фантазировать Друз, не обращая ни на кого внимания, так что сидящему вдали Торквату казалось, что префект фабрума бормочет что-то вроде «бу-бу-бу», – и они бы вместе совершили мысленный перенос… Для анималов это гарантированная смерть. И у нас нет пяти анималов. У нас нет ни одного.

Воцарилось молчание. Судя по всему, поле боя осталось за префектом боевой станции, но нельзя сказать, чтобы он был этому рад.

– Есть еще один интересный фактик, который нам стоит учесть, – подал голос Сулла. – Видите ли… там недалеко от пустынного сектора есть одна звездочка под названием Тефия и при ней планетка Крайняя Фула. На этой планетке довольно-таки давно была основана колония. Предки наши чуть-чуть не рассчитали, ездить в это поместье оказалось дороговато, возить оттуда титан – планета богата титаном – себе дороже. Вот колония и захирела. Не повезло моему прадеду получить эту планету под опеку.

– Твой род – патрон Крайней Фулы, – уточнил консул.

– Был до недавнего времени. Но лет десять назад эти ребята вообразили, что я им уделяю мало внимания, а клиентские пожертвования слишком велики. И они мило так сообщили: «Мы не желаем больше быть вашими клиентами, Луций Корнелий Сулла».

– Это их право, – подал реплику сенатор Флакк.

– Твоя история имеет отношение к нашему вопросу? – вспылил сенатор Флакк.

– Еще какое! – хмыкнул Сулла. – Мне продолжать? – повернулся он к консулу.

Тот кивнул.

– Итак, у моих клиентов было право послать меня подальше, что они и сделали. Но не стали от этого счастливее. Представьте, спустя каких-то семь лет на их планете произошла катастрофа. Нечто неизвестного происхождения так рвануло, что от одного из двух поселков не осталось и следа.

– Что за взрыв? – оживился Друз.

– Точно не знаю – ведь и мои бывшие клиенты не выяснили, что там у них приключилось. Но двенадцать тысяч поселенцев отправились в гости к Танату в один день. Ну и еще несколько тысяч в течение месяца.