Олимпиец. Том V
Шрифт:
И что самое главное… Зевс ничем не рискует. Вообще. А я прекрасно знал, как Владыка богов обожает решать проблемы чужими руками. Артемида тому прямое подтверждение.
— У тебя до конца дня, — наконец прервал молчание Зевс.
— Отец, прошу…
— Брат!
— Адриан Гордиан Лекс, — голос Зевса легко перекрыл недовольные возгласы Аполлона с Деметрой. — Я объявляю тебя Лордом Командующим Империи Эллинов!
Вспышка света ударила по глазам. Я почувствовал, как тело становится легче, энергичнее, подвижнее. Почувствовал, как по «Черной Комнате» в моей душе, где на каменных стульях хранились Аспекты Кроноса, Ахилла и Аида, пробежала молния.
Медленно, словно из воздуха, на мою голову опустился новый венок. Ярко желтый, чем-то похожий на венок Афины, но легче, сильнее.
Символ Зевса.
— Докажи свою верность Олимпу, сын Аида, — Возникший рядом Владыка богов ухватил меня за подбородок и приподнял голову. — Докажи, что я в тебе не ошибся.
Я просто кивнул. Не в моих правилах кланяться перед богами, даже если они разбрасываются подарками. Но стоило мне направиться обратно к порталу, который перенес нас на Олимп, меня остановили новый слова Зевса. Вот только в этот раз слова Повелителя Богов предназначались другому.
— Артемида, дочь моя. Подойди ко мне.
— Не вмешивайся, ясно? — прошипела мне Артемида и, встав прямо у нависающего над ним бога, тихо произнесла. — Да, отец?
— У меня печальная новость… — Зевс старался говорить открыто и честно, но в словах бога то и дело проскальзывала фальшь. — С огромным трудом и печалью, я вынужден лишить тебя Олимпийского трона. Теперь ты смертная дева, и клятвы богов больше над тобой не властны. Строй свою жизнь, как ты считаешь нужным.
Тут Зевс позволил себе неприятную, слегка сальную усмешку и ласково погладил девушку по щеке.
— Не волнуйся, дочь. Ты не забыта. Даже в изгнании, я буду тебе навещать.
Артемида брезгливо вздрогнула, только чтобы под шепотки оставшихся Олимпийцев — и пурпурные от ярости щеки Геры — взглянуть Зевсу в глаза.
— Изгнании, отец? И ты считаешь, что я просто заберу лук и стрелы и уйду? Так что ли?
По храму прокатились удивленные шепотки. Олимпийцы ожидали, что девушка примет наказание и уйдет, опустив голову, но… За время на Земле Артемида изменилась. Стала резче, храбрее, активнее даже. И после мерзкого намека отца, у девушки сдало терпение. Она не станет уходить без драки.
— А, я поняла! — Артемида с ненавистью ткнула пальцем в голый торс отца. — Раз, я не столь сильна, как раньше, я должна просто испариться в эфире? Верно?
В глазах Зевса мелькнуло раздражение, но он все еще пытался сохранить образ честного и справедливого правителя.
— Смелые слова, дочь, но они не меняют правды. Ты недостойна титула бога.
— Недостойна? Недостойна?! — С каждым словом Артемида заводилась еще больше. — Знаешь, что?! Мне надоело молчать! Пока вы пировали на Олимпе, я тренировалась. Тренировалась! Ты хотя бы слышал об этом слове, отец?! Мои стрелы разили чудовищ, от которых у тебя бы волосы стали дыбом! И ты говоришь, что я недостойна?
Воздух вокруг Артемиды и Зевса заискрился, небо затянули тяжелые багровые тучи, а где-то вдалеке послышались отголоски грома. Разговоры в храме смолкли, каждый смотрел на столкновение между отцом и дочерью и тихо ожидал развязки.
— Ты забываешься, смертная! — пророкотал Владыка Богов, словно гора, нависнув над девушкой. — Тебе напомнить, что бывает с теми, кто посмел мне угрожать?!
— Я не угроза Олимпу, отец, — Артемида твердо встретила его взгляд. — Но и я не трус. Ты хочешь, чтобы я ушла? Будь, по-твоему. У меня дела поважнее, чем сидеть на бесполезном Совете. И кто знает, может когда-нибудь я вернусь, умнее и сильнее, чем раньше. Тогда и увидим, кто действительно достоин трона Олимпа.
Артемида резко развернулась, только с каменным лицом шагнуть в портал. Я последовал за ней, но все же задержался на выходе.
— Ты бы поторопился, племянник, — зло скривился Зевс, провожая нехорошим взглядом дочь. — Время идет. Или ты ждешь чего?
— Нет, дядя. Просто восхищаюсь. Редко какой бог полностью оправдывает мои ожидания. Но не ты, дядя. Ты именно таков, как о тебе говорят. Еще увидимся.
— Он ведь в бешенстве, так? Насколько все плохо? — Как только я выступил из портала, Артемида ухватила меня за руку. Судя по виду, девушка была на взводе, еще секунда, и она сорвется мерить шагами комнату. — Он хочет тебя убить? Или только меня? Бездна, зря я на него наорала!
Я рассмеялся и чмокнул девушку в лоб.
— Ты умница. И все сделала правильно. А твой отец давно нарывался.
— Да, но… — Артемида улыбнулась, мгновенно успокаиваясь. — Никаких «Но». Ты прав.
Я приосанился.
— Конечно, прав. Я всегда прав, забыла.
— Замолкни, а?
— Архонт Лекс, — спокойный голос голубоглазого мужчины прервал готовую рассмеяться Артемиду. — Что сказали боги?
Я с сожалением отстранился от девушки и, по мысленному приказу, активировал новый Символ. Сперва ничего не произошло, а затем… По комнате пробежал ветерок. Две электрические лампы на потолке мигнули и погасли, только чтобы по моему щелку загореться ярче прежнего.
Брови мужчины взметнулись вверх.
— Благословление Зевса, Архонт Лекс?
— Лорд Командующий Лекс, — поправил я. — До конца этого дня контроль переходит в мои руки. Готовь людей. Мы отправляемся в Тартар.
— КАКАЯ ЧУШЬ! — взорвался стоящий рядом офицер гвардейцев. Тот самый, что закинул меня в тюрьму. — Посмотрите на его глаза и руку! Он же даже не человек! Боги никогда бы…
— Позволь богам говорить за себя, капитан. — Все тот же спокойный голос заставил офицера затихнуть. Мужчина вздрогнул и под взглядом начальник поспешно ретировался из помещения, коротким рыком велев двум гвардейцем не выпускать меня из виду.
Агелай — а именно вывшему руководителю службы безопасности принадлежал спокойный голос — проводил офицера невыразительным взглядом и снова повернулся ко мне, ожидая пояснений.
— Итак…, — начал я пересказ.
Мне повезло, что Агелай оказался тут. Когда гвардейцы нашли меня с окровавленным телом Императора на руках, только чудо и вмешательство Артемиды остановило мое убийство. А когда нас обоих под конвоем привели в допросную, — я к тому времени только-только пришел в себя — то там нас уже ждал Агелай.