Чтение онлайн

Валентина с сожалением встала, отряхнула джинсы от песка. Часы показывали час пополудни. Она не заметила, как пролетело время, и сильно замерзла. Возвращаясь по пляжу к паркингу возле казино, она искала в карманах бумажную салфетку, чтобы высморкаться. Сейчас ей ни в коем случае нельзя ни простуживаться, ни расстраиваться. Новая беременность должна пройти благополучно, в максимально спокойной обстановке. Гинеколог сказал, что оснований для волнений нет, у нее все будет хорошо.

Возле своей машины Валентина, к собственному удивлению, увидела Альбана, который дожидался ее, опершись на дверцу старенького сиреневого «твинго».

Что ж, задумай ты за мной следить, более незаметной машины не найти! — с улыбкой сказала она.

Это «колеса» Жо. Она не садится за руль с прошлого года, но категорически не хочет расставаться с машиной, поэтому на «твинго» езжу я. Знаешь, я думаю взять ее себе насовсем. Мне она нравится.

Она тебе прекрасно подходит!

Спасибо. Я не собирался за тобой шпионить. Я приехал за нагелями и шурупами для полок. Раз мы уже тут, может, пойдем поедим мидий?

—У меня в багажнике рыба.

На таком холоде она не испортится. Идем!

Они направились к ресторану-пивоварне под названием «Vapeurs», расположенному на бульваре фасадом к морю.

В выходные я хочу пригласить к нам своих приятелей, — сообщил Альбан, сделав заказ. — Все хотят посмотреть, что представляет собой «Пароход» и как я устроился в своей «новой жизни».

Приятели — это коллеги по «Air France»: пилоты, стюарды, стюардессы. Да, по большей части, конечно, стюардессы. Перспектива подобной встречи не радовала Валентину, но она кивнула.

И мы с тобой немного развеемся, — добавил он. — Не стоит отрезать себя от мира, укрывшись за стенами нашего дома.

Неужели это попытка оправдать свое желание пригласить гостей? Или он боится, что скоро ему станет скучно?

Альбан! — воскликнул незнакомец, останавливаясь у их столика. — Я уже собирался ехать искать тебя в твоей берлоге, но мне повезло, и ты сам нашелся!

Высокий, сухопарый и симпатичный, мужчина протянул руку Валентине.

Давид Леруа, — представился он. — Надеюсь, Альбан рассказывал вам обо мне? Теоретически я его лучший друг.

Но не практически? — с улыбкой спросила Валентина.

Я никогда не выезжаю из Трувиля, поэтому Альбан меня немного... забросил.

Ну, ты преувеличиваешь, — возмутился Альбан.

Нет, командир. Боюсь, ты — ненадежный друг.

Уже не командир, и уж точно не предатель. Посидишь с нами?

Не могу. У меня здесь встреча с клиентом. Но с позволения мадемуазель завтра вечером я заеду к вам на виллу.

Я приготовлю ужин, — с неожиданным энтузиазмом предложила Валентина.

Женись на ней, — с громким смехом посоветовал Давид, уходя.

Он дружески потрепал Альбана по плечу и ушел вглубь зала. Веселость господина Леруа была такой естественной, что никто и не думал обижаться на его резковатые манеры.

Так вот он какой, знаменитый Давид! — вполголоса проговорила Валентина.

Друг детства, товарищ по пансиону. Он всегда был с нами, всегда был четвертым в карточных играх. Жо его обожает, и мои братья тоже.

А ты?

Он наклонился над столом и взял ее за руку.

Давид один из самых близких мне людей. Он прав, последние несколько лет мы виделись редко, но перезванивались, писали друг другу по электронной почте. Услышав от Жо, что я попал в больницу, он тут же примчался в Париж. И Давид единственный говорил со мной откровенно.

Что именно он говорил?

Сказал, что у меня забавный вид в очках, и посоветовал потратиться на другую оправу, получше той, что выдали мне в больнице. Предупредил, что мне придется запастись терпением — получить деньги по страховке непросто. И спросил, не планирую ли я пополнить ряды наземной авиации. Увидев мою реакцию, предложил свои сбережения, чтобы я мог открыть собственный аэроклуб. В конце концов, он организовал мне встречу со своим зятем, который управляет аэропортом в Сен-Гатьен-де-Буа, это недалеко от Довиля. Давид не сокрушался о моем несчастье, а сделал все, чтобы мне помочь. После встречи с ним я потихоньку стал выкарабкиваться из отчаяния. Это было накануне того дня, когда ты сделала мне такое замечательное признание...

Официант принес креветок, жаренных в гриле, поэтому Альбану пришлось отпустить руку Валентины, но он все так же не сводил с нее глаз. Она любила смотреть в эти темные, с золотистыми искорками глаза, любила его мальчишескую улыбку и лицо, черты которого были уже отмечены зрелостью.

Значит, я правильно сделала, пригласив его к ужину?

Давида? Конечно! Но думаю, что он у нас задержится. Он чувствует себя на «Пароходе» как дома. И раньше присматривал за Жозефиной, приезжая к ней раз или два в неделю.

Определенно, к некоторым вещам ей придется привыкнуть — к размерам дома, к неожиданным визитам членов семьи и приятелей и к этому другу детства, который, на ее счастье, оказался очень симпатичным. Какое место в этой массе людей отведено ей, Валентине? Когда Давид в шутку сказал «Женись на ней!», Альбан ничего не ответил, только улыбнулся. Однажды он уже предлагал Валентине руку и сердце, еще до несчастного случая. Но в тот раз она не была уверена в его чувствах и ушла от ответа. После этого тема была закрыта. Предложение пожить с ним в Нормандии не подразумевало каких-либо обязательств, и Альбан не заговаривал с ней о будущем.

Когда креветки были съедены, им подали сочные мидии и бутылку мускаде.

Какие у тебя планы на вечер? — спросил Альбан, справившись о счете.

Когда вернемся, я положу рыбку в холодильник и пойду на кофе к Жозефине. Хочу взять у нее рецепт.

А я займусь твоими полками, договорились?

Да, это мило с твоей стороны. Я сяду работать не раньше пяти.

Ну чем не разговор соседей по дому? Так ли уж трудно жить вдвоем?

Мобильный телефон Альбана, лежащий на столе, завибрировал. Он посмотрел на отобразившийся на экране номер, и его лицо просветлело.