Чтение онлайн

Ленни дружески хлопнул его по плечу.

— Рад снова вас видеть. Нынешняя молодежь не чета прежней!

— Кому вы это говорите?

Они с удовольствием поболтали бы еще в таком духе, но времени было мало.

— Леонард?

— Линкольн?

— Вы верите мне?

— Как видите, я вас освободил.

— Тогда я должен показать вам кое-что, прежде чем Камерон опять начнет меня обвинять.

И он втащил старого денди внутрь.

— Смотрите.

На полу лежали брюки и пиджак.

— Костюм Каминского?

— Только пиджак. Брюки Карен.

— Откуда они у вас?

— Они были тут, — сказал Томас, протягивая пакет. — Можете даже не спрашивать: точно такой же пакет, как два предыдущих. Кто-то открыл дверь, бросил пакет внутрь и снова закрыл. Но на сей раз внутри было и еще кое-что.

Он протянул Ленни белый пластмассовый флакон с пульверизатором и лист бумаги формата А4.

— Флакон похож на те, что содержат жидкость для мытья окон. Что уже совсем ни в какие ворота… Внутри, по крайней мере, плещется какая-то жидкость. Что касается бумаги…

Но Ленни и сам уже прочитал напечатанную на принтере фразу, хотя чернила немного расплылись.

— «Да будет свет», — вслух повторил он и вернул бумагу Томасу.

— Что это значит?

— Что убийца не перестает играть с нами.

— Нужно рассказать остальным.

— Подождите немного. Я бы предпочел, чтобы Камерон прежде увидел видеозапись на том проклятом диске. И потом, если психопат подбросил эти вещи именно сюда, значит, у него была причина.

— Какая?

— Не знаю. Но я думаю над этим. — Томас еще раз пристально осмотрел вещи. — В одном Камерон не ошибается: нужно держаться вместе. И ни в коем случае не оставлять ни Виктора, ни Карен одних.

— Почему?

— А вы не догадываетесь? Каждый раз, когда психопат похищает кого-то из нас, он оставляет на видном месте пакет с какой-нибудь из вещей этого человека. Совершенно очевидно, что Виктор и Карен намечены им как очередные жертвы.

Агент Спаркли припарковал автомобиль у самого входа в отель «Джорджиан», несмотря на табличку «Парковка запрещена». Через несколько секунд портье с негодующим видом сбежал по ступенькам, собираясь протестовать, но Спаркли опустил стекло и сунул ему под нос удостоверение агента ФБР. Потом открыл дверцу своего Grand Am, заставив портье отступить, и, наконец, пригнувшись, извлек всю свою груду мускулов из недр кабины.

Мощным телосложением и шириной плеч Спаркли напоминал двухкамерный холодильник, но его голова, по контрасту, казалась до смешного маленькой. В институтские годы это несоответствие порой вызывало насмешки девиц, однако стоило ему выйти на стадион во время межуниверситетского футбольного матча, как насмешки сменялись воплями восторга. И хотя Спаркли давно забросил футбол и набрал несколько лишних килограммов, его внушительная фигура до сих пор вызывала у окружающих несколько подобострастное почтение.

Он обошел машину и помог выйти агенту Босс.

— О, у тебя сегодня приступ галантности? — полувопросительно сказала она, улыбаясь.

Спаркли пожал плечами. Босс вышла из машины и потянулась. Спаркли втянул воздух, пропитанный запахом йода. Он не любил Санта-Монику. Не любил местную публику, состоявшую, на его взгляд, в основном из богемных богачей и юных лоботрясов. Не любил воду. А больше всего не любил психиатров.

Он поднялся по ступенькам, пересек террасу, лавируя между светильниками в стиле ретро и мебелью в стиле хай-тек, расставленной на шахматных бело-коричневых плитках пола. Прошел мимо парочки туристов с ребенком — девочкой с длинными светлыми волосами — и через два стола от них увидел человека, в одиночестве сидевшего за столом и спокойно изучающего последний выпуск «Лос-Анджелес таймс».

— Добрый вечер, доктор.

Тот поднял голову и внимательно взглянул на агента Спаркли поверх газеты. Он носил небольшие круглые очки в черепаховой оправе. Человек лет пятидесяти, среднего роста, в нейтральном костюме. Ничего примечательного.

— Вы, должно быть, агент Спаркли.

— Кто вам сказал?

— Моя секретарша. Она передала мне, что вы заходили ко мне в приемную. «Агенты Спаркли и Босс», — сказала она.

— Я мог бы быть и Босс.

— Как правило, если произносят две фамилии подряд, имея в виду мужчину и женщину, то мужчину упоминают первым. Забавно, если учесть, сколько средств ежегодно тратится на борьбу с сексизмом, не правда ли?

Спаркли повернулся к своей напарнице.

— Вот видишь, я же тебе говорил. Эти докторишки считают себя чертовски умными!

Молодая женщина протянула руку сидевшему за столом.

— Агент Валерия Босс, — сказала она.

Тот сложил газету, положил ее на стол перед собой и пожал протянутую руку. Спаркли отвернулся, чтобы не принимать участия в обмене любезностями. Он ненавидел все эти китайские церемонии. Вместо этого он подошел к семье туристов и попросил их пересесть немного подальше.

Супружеская чета ответила что-то на весьма приблизительном английском. Французы, судя по акценту. Девочка широко распахнула глаза и что-то спросила у отца. Из того, что понял Спаркли, следовало, что она хотела узнать, не стоит ли перед ней настоящийДжек Бауэр из отдела по борьбе с терроризмом. Отец ответил, что нет, улыбнулся Спаркли и увел свое небольшое семейство на другой конец веранды.

Спаркли вернулся к своей коллеге, думая о вреде телевидения.

— Я только что объяснила доктору цель нашего визита, — сказала Босс.

— Насколько я понял, вам нужна от меня только информация? — спросил собеседник. — Это не допрос?

Спаркли улыбнулся.

— Пока нет.

— Чем я могу вам помочь?

— Вы — личный врач мистера Гордона, не так ли? Сета Гордона?

— Да.

— Тогда вы сможете сообщить нам некоторые сведения о нем.

— В меру моих скромных познаний.

Спаркли пристально взглянул на человека, сидящего напротив, — обладателя состояния в несколько десятков миллионов. Одного из наиболее влиятельных специалистов во всей Калифорнии, если не сказать — на всем континенте.