Чтение онлайн

Но глаза пробегали по плотным строчкам текста, просматривая фразы автоматически и совсем не усваивая информацию. Неудивительно, что он решил залогиниться в игру, не доделав задание; воды здесь было больше, чем в биомойке на кухне. Основание ЦС – не самая любимая тема. Каждый раз, когда казалось, что Дэмиен хоть что-то понял, автор материала переходил к новой, еще более унылой главе истории Центрального Союза.

Эта конкретная выдержка описывала обстоятельства, обусловившие панамериканский альянс без границ: опасения политиков по поводу национальной безопасности, которые привели к спорным решениям, а те, в свою очередь, стали оправданием неэффективного распределения государственных ресурсов. Это вызвало падение уровня ответственности у власть предержащих, обостренное крайне устаревшей образовательной системой и нерегулируемыми платформами распределения информации.

Последние два фактора усугубили нездоровую одержимость культом личности, вылившуюся в несоразмерную тягу к победе над другими, а не к общим достижениям, произраставшую также из ленивых, жадных, нетворческих техник решения проблем. Проблем перед лицом социальных норм, что тогда казались всем и каждому непостижимым сплетением взаимосвязанных, взаимоподдерживающих и неопровержимых правил.

Ну, или так писали в учебниках.

Назад оглядываться всегда проще.

Дэмиен добрался до конца страницы, которая завершалась цитатой: «Сложный процент – самая мощная сила во вселенной, и ЦС управляет ею во благо общества», прежде чем осознал, что запомнил дай бог 25 % из прочитанного. Он покачал головой и вернулся к началу. Да уж. Нескоро еще он сможет успокоиться и сконцентрироваться.

Так что, когда запищал наручный датчик мамы, звук мгновенно ворвался в сознание Дэмиена. Он нахмурился. Она только что принимала лекарство; рановато для новой дозы.

Вдруг из кухни раздался грохот, и невинный писк перерос в настойчивый сигнал тревоги.

Дэмиен вскочил, опрокинув стул. Распахнув дверь, он выбежал из комнаты и встретился со своим худшим кошмаром. Кассандра лежала навзничь на полу, на полпути между столом и биомойкой. Ее тарелка разлетелась вдребезги, недоеденная паста с курицей лежала рядом жалкой кучкой. Мама немигающе уставилась в потолок, грудь ее тяжело поднималась и опускалась, а руки отчаянно шарили по карманам.

Дэмиен метнул взгляд на стол. Таблетки и капсула для инъекций все еще оставались там. Он схватил их и быстро присел рядом. Да, его учили, что делать в такой ситуации, но сейчас шок затуманил рассудок.

Схватив маму за руку, он воткнул инъектор ей под запястье, как она делала при нем уже тысячу раз. Ничего не произошло. Дэмиен повернул инъектор и осознал, что тот пустой. Она не перезарядила его после применения.

– Дэмиен, посмотри на меня.

Он встретился с ней взглядом и запаниковал еще сильнее. Хотя дыхание оставалось затрудненным, Кассандра перестала дергаться и сопротивляться. Теперь она… улыбалась, чем испугала сына еще больше. Она слабо взяла его руку и сжала.

– Ты не виноват. Я очень тебя люблю.

Дэмиен сжал зубы так, что показалось, сейчас они раскрошатся в песок. Черт побери! Она решила, что умрет тут, на кухонном полу, и больше беспокоилась о нем, чем о себе.

– Не говори так, – сказал он дрожащим голосом, возясь с защелкой на инъекторе. – Ты не умрешь, – инъектор наконец раскрылся, из него выскочил пустой картридж, упал на пол и укатился куда-то вбок. Под парализующим давлением страха Дэмиен почти перестал что-либо соображать.

– Мам, где картриджи? МАМ! – ответа не было.

Ее глаза закатились, голова обмякла – Кассандра потеряла сознание. Вопли датчика стали громче и истошнее.

Теперь Дэмиен был предоставлен сам себе.

Скорая помощь приедет быстро – по сигналу, который транслировал браслет Кассандры, – но если не поторопиться с лечением прямо сейчас, может стать слишком поздно. Дэмиен бросился в спальню мамы, вырвал ящик из прикроватной тумбочки; тот грохнулся на пол, Дэмиен упал на колени и в панике разбросал его содержимое. Да где же, где он? Сигнал тревоги преследовал его, проникал в комнату, он будто ввинчивался в мозг и заглушал рациональное мышление.

Наконец Дэмиен зацепил нужное краем глаза. Маленькая железная коробочка, незаметно устроившаяся на комоде Кассандры. Он проскочил мимо этой хрени, когда торопился к тумбочке. Дэмиен схватил коробочку и побежал на кухню, дрожащие пальцы пытались сладить с крышкой, а глаза застилали слезы.

Его не было всего несколько секунд, но они показались часами. Тут крышка наконец отлетела, и большая часть капсул просыпалась, разлетелась по полу. Он взвыл от досады и потратил еще одну драгоценную секунду, чтобы взглянуть на маму.

Кассандра лежала без сознания, но живая, редкие вздохи были настолько мучительными, что даже смотреть больно. Веки быстро дрожали, приоткрывая только края белков. Ее мозг быстро терял кислород.

Дэмиен схватил капсулу и вставил в инъектор. Сжал его в кулаке и медленно поднял над телом, пытаясь подготовиться к тому, что нужно сделать. Уже поздно вкалывать дозу в руку – лекарство не успеет вовремя достигнуть сердца. Он испуганно всхлипнул и вогнал инъектор через ткань рубахи маме прямо в грудь.

Тело Кассандры выгнулось, спина оторвалась от пола. Ногти заскрежетали по кафелю, затем пальцы сжались в кулаки. Все, что Дэмиен мог сделать – лишь попытаться удержать ее в объятиях. Постепенно металлический визг браслета унялся, перешел в равномерный писк, и Кассандра безвольно опустилась на пол. Она дышала ровнее, и веки уже не дрожали. Но и не поднимались.

Дэмиен вытащил инъектор и отбросил его в сторону, спрашивая себя, что, если, несмотря на все свои усилия, только что убил мать, усугубив ситуацию. Он положил голову Кассандры себе на колени, и тут ужас окончательно объял все его существо.

Не осознавая толком, что происходит, Дэмиен завыл от шока и страха. Каждый раз, когда он умолкал, тишину заполнял холодный электронный звук, и он снова пытался заглушить его собственным плачем. Всего за несколько минут он снова стал ребенком. Маленьким испуганным ребенком.

В таком виде его и обнаружили врачи скорой помощи. В таком виде его и оставили, когда забрали маму в больницу. А ему оставалось лишь гадать, могло ли все сложиться иначе, будь он настолько же сильным, какой была мама.