Охотник
Шрифт:
– Рин, ты ведь собирался домой, так зачем остановился тут?
– спросила Изабелла.
– Я уже дома, - ответил маг, и Мастер Меча сразу стихла.
– Нужно ещё навестить маму.
Альрин направился к лесу, где виднелось небольшое строение из белого мрамора. Среди идеально белых стен был небольшой проход, в котором мерцала полупрозрачная плёнка мощного магического барьера. Маг прошел через неё, даже не задерживаясь, и Аврора поступила точно также, а вот Изабелла помедлила несколько мгновений, после чего направилась следом, с удивлением обнаружив, что барьер пропустил и её. Внутри было светло как днем, несмотря на отсутствие окон. Казалось, что стен и входа не существовало, лишь обширное пространство, в центре которого в алмазном прозрачном саркофаге лежала прекрасная девушка в белом платье. Саркофаг был настолько прозрачным, что складывалось ощущение, будто девушка лежит на какой-то невидимой перине, однако игра света всё-таки показывала его присутствие едва заметными бликами. На погибшей волшебнице было ослепительно белое платье и светло-золотая тиара, покоящаяся среди длинных светлых прядей. Альрин подошел поближе и посмотрел в глаза матери, которые сейчас были закрыты, чародею каждый раз казалось, будто она всего лишь спит и каждый раз он думал, что если подождёт и постоит немного рядом, то мама откроет глаза.
– Рин, с тобой всё в порядке?
– обеспокоено спросила Аврора.
– Уже близится вечер.
– Да, - ответил чародей и горько усмехнулся детской мечте о том, что мама на самом деле жива.
– Идём, переночуем около леса, а в путь отправимся завтра с рассветом.
Ночь выдалась тихой и спокойной, разве что несколько прохладной. Аврора пристроилась за Альрином и покрепче обняла чародея, поёжившись от холода. Изабелла укуталась в плащ, и они продолжили свой путь. Сейчас Альрин не спешил, на душе стало спокойней, когда он увидел родные места и навестил маму, поэтому в окрестностях Кельросы они оказались только через три дня. Маг уже радовался и ожидал увидеть друзей, с которыми нужно было поговорить об очень многом. Однако когда они выехали из-за поворота, то душа чародея похолодела от ужаса. От частокола, который окружал деревню, остались одни воспоминания, как и от большинства домов. Повсюду лежали трупы людей и чёрные лужи, словно дыры, густо покрывали пространство вокруг, даже крови не было, лишь эта чёрная жидкость, в которой чувствовался невероятный по силе Мрак. Альрин спрыгнул с коня и достал клинок, в руках Изабеллы появились мечи, Аврора накрыла всех мощным щитом и они осторожно направились вперёд. Единственный дом, который выглядел целым, это был дом Дариона. Альрин почувствовал, что внутри кто-то есть, кто-то из жителей, однако Мрак вокруг дома набирал силу и чародей изо всех сил рванулся вперёд. Внезапно пропали звуки, а потом очертания предметов стали расплываться поглощаемые густой пеленой тьмы, и сознание охотника сдавленное Мраком померкло, словно одинокая тусклая звездочка, растворившаяся в безграничном и непроницаемо чёрном небе.