Чтение онлайн

Я подавилась слюной.

– А это правда?

Он оторвал взгляд от моих подруг и хмуро посмотрел на меня.

– Да что с тобой, блин, такое? Нет у меня никакого дилера. Как и проблем с наркотиками. Мне просто нужно было уладить этот вопрос. Па никогда не упустит возможность подумать обо мне плохо. Если бы он мог найти этого дилера и уговорить его подмешать мне в дурь кишечную палочку или цианид, он бы это сделал.

– Не могу его винить, – пискнула я.

Но на самом деле могу. Хантер был не таким уж плохим. Злобным он уж точно не был.

– На твоем месте я бы не стал это делать.

– Что именно?

– Так страстно меня ненавидеть. У меня встает от твоей злости, а еще меня ждет поцелуй, который я могу получить, когда захочу.

Ииииии он снова стал говнюком.

– Не когда захочешь. Люди могут увидеть, как мы сосемся. – Я вытерла взмокшие ладони о платье, оглядывая роскошный вестибюль.

Мраморные полы были цвета розового золота, шторы – бледно-розовыми, а мебель – цвета шампанского.

Дело вовсе не в том, что у меня не было сексуального опыта. Как ни странно, у меня был парень во время учебы в предпоследнем и последнем классах. Бо тоже занимался стрельбой из лука. Мы учились в одной школе и посещали один и тот же стрелковый клуб. Никогда не ходили на вечеринки, а я никогда не разговаривала с ним в школе. У него была своя компания, и он тоже не искал общения со мной. Но мы часто тренировались вместе по вечерам. Иногда после этого ехали к нему, смотрели кино и целовались, а потом, когда стали старше, занимались сексом. Но мы никогда не давали происходящему между нами названия, не дарили друг другу подарки и не отмечали День святого Валентина.

Даже наше расставание не было эмоциональным. Просто однажды он сказал мне, что получил стипендию в колледж в Канаде с конкурсной программой по стрельбе из лука и принял ее. Я была искренне рада за него, в чем, как мне казалось, и был смысл симпатии к другому человеку. Но когда я сообщила эту прекрасную новость маме и сказала, как здорово, что Бо переедет в Канаду, она посмотрела на меня так, будто я сбежала из психушки, а потом заставила есть мороженое и смотреть с ней «Валентинку».

– Уже даже сосемся? Как быстро стали развиваться события. Все дело в костюме? – взгляд Хантера снова устремился к Перси и Белль.

Я задумалась, как много он бы сейчас отдал, чтобы заменить меня одной из них.

Наверное, много. От этой мысли меня затошнило.

– Помогло то обстоятельство, что мы почти неделю не разговаривали. – Я принялась рыться в черной бархатной сумочке, которую одолжила у Белль, делая вид, будто что-то ищу.

– Надеюсь, этот поцелуй будет стоить десяти тысяч, – хмыкнул он.

– Никакой поцелуй столько не стоит, – фыркнула я, защелкнув сумочку.

Хантер повернулся посмотреть на меня, весь собранный и бесстрастный.

– Очевидно, что тебя никогда не целовал Фитцпатрик.

– А тебя целовал? – парировала я, подняв бровь. – Это был твой брат или сестра? Надеюсь, что брат. Люблю движуху между парнями.

Он запрокинул голову и так безудержно расхохотался, что его смех эхом отразился от стен. К нам направилась группа людей. Я сразу же их узнала: Фитцпатрики.

Отец Хантера был высоким и грузным, а мать обладала легкой комплекцией. Старший брат был похож на порочно красивого злодея, а сестра, напротив, точь-в-точь на застенчивую Белоснежку. В отличие от братьев, Эшлинг не была светловолосой. Ее волосы были цвета воронова крыла, что лишь подчеркивало ее сияющие васильковые глаза. Все семейство было безупречно одето, и, за исключением Эшлинг, все в разной степени пребывали в кислом настроении.

Я напряглась, увидев, что они идут к нам. Подумывала развернуться и убежать. Должно быть, Хантер это почувствовал, потому что внезапно его рука легла мне на поясницу. Она едва прикасалась ко мне, но все равно каким-то образом поддерживала.

– Сделай глубокий вдох, – прошептал он спокойным голосом. – Помни: они просто люди. Они дышат. Едят. Пердят – порой громко, и, отвечая на твой вопрос: да, мы с Киллианом постоянно целуемся в засос, и он слишком активно орудует языком. – Настал мой черед подавить смешок.

Когда семья Хантера остановилась перед нами, он представил нас друг другу, хотя мы уже встречались.

– Сейлор, знакомься – мой отец, Джеральд. – Он жестом указал на отца.

Я пожала его твердую, сухую ладонь.

– Рада снова с вами встретиться. – Я постаралась выдавить искреннюю улыбку.

– Пока неясно, могу ли я сказать то же самое о тебе, – проворчал он, за что схлопотал от жены предостерегающий толчок локтем. – Как ведет себя мой сын? Надеюсь, лучше, чем на работе.

– Безупречно, – резко ответила я, почувствовав, как Хантер сильнее надавил ладонью мне на спину. И это было правдой. В те редкие моменты, когда мы виделись, он был на пути истинном.

– Рада видеть тебя снова. – Джейн сжала мою ладонь в своих, устало улыбаясь. Она всегда выглядела грустной. – Большое спасибо за то, что ты делаешь.

– Мам, – простонал Хантер.

Я рассмеялась.

– Мне это в радость, миссис Фитцпатрик.

Когда Киллиан сжал мою руку мозолистой ладонью, я подняла взгляд, и мое сердце замерло. Его красота была так же безжалостна, как и выражение его лица. Не припомню, чтобы когда-нибудь видела кого-то настолько нещадно равнодушного, включая моего отца. При всех своих социопатических наклонностях Трой Бреннан обожал мою маму и нас с Сэмом. Киллиан Фитцпатрик выглядел так, будто его ничто не могло пронять, в том числе танки и бомбы.

– Мисс Бреннан, во что вы ввязались? – ухмыльнулся он, обнажив идеальные зубы.

Как я поняла, он совсем не верил в это соглашение. Воздержавшись от того, чтобы ударить его по яйцам на людях, чувствуя успокаивающее прикосновение ладони Хантера, я улыбнулась.

– Вы спрашиваете или на что-то намекаете?

Он посмеялся, будто я была очаровательным малышом, который повторил за взрослым непристойное слово.

– Она отвечает. Впечатляюще. Ты уже продемонстрировала больше индивидуальности, чем мой брат за все свои девятнадцать лет.