Чтение онлайн

Горько рассмеявшись, я говорю:

— Я рада, что тебя там не было. Она могла бы с легкостью сломать меня, если бы захотела. Поверить не могу, что позволила ей…

Я осекаюсь, не в силах произнести эти слова:

Поверить не могу, что позволила ей снова меня ослабить. Поверить не могу, что снова позволила ей убить мою мать. И не могу поверить, что Киаран встал у меня на пути.

— Я знаю, — шепчет Деррик.

Я смотрю на дождь и вдыхаю запах влажного воздуха. Мягкий туман застилает сад за домом. В такие моменты я удивляюсь тому, что погода в Шотландии не бывает одинаковой и сменяется очень быстро. И сам дождь, похоже, дышит — мягко и медленно. Прямо сейчас он падает с той же неторопливой ленцой, с какой падает пух. Я открываю окно и позволяю ветру внести дождинки внутрь, намочить мои щеки и остудить кожу.

Я открываю для себя новый вид успокоения — в одиночестве, в наслаждении всем тем, чего могу никогда больше не испытать, если не переживу середину этой зимы. Я никогда не относилась к людям, которые ищут покоя, чтобы добраться до сути. Я нахожу смысл в простоте разрушения. Затишье перед бурей являет собой миг благоговейной неподвижности, когда весь мир замирает и ждет.

— Что собираешься делать, Айлиэн?

— С чем?

Я высовываюсь в открытое окно. Капли дождя пушинками гладят мое лицо. Холодный воздух хлещет меня, а мелкий дождь превращается в крошечные частички льда, украшениями оседающие в моих волосах.

— С baobhan s`ith.

Я вздрагиваю.

— Впервые за этот год я не хочу даже думать о ней.

— Но…

— Порадуйся мгновению вместе со мной, — прошу я. — Помоги мне забыть о прошлой ночи.

Крылья Деррика щекочут щеку, когда он запутывается в моих волосах.

— Тогда последний совет, — шепчет он. — Не позволяй ей сломать себя.

Будь он моего размера, я бы его обняла. Вместо этого я поднимаю руку и глажу шелковую гладкость его крыльев. Его крошечная щека прижимается к моей.

Мы сидим вдвоем и смотрим на дождь.

После полуночи я одеваюсь для охоты и уже собираюсь выйти из дома, когда ощущаю слабый вкус силы Киарана, исходящий из коридора. Проклятье! Я надеюсь, он невидим для бродящих по дому слуг. Не нужно мне очередной проблемы и так в непрерывно растущем списке.

— Я знаю, что ты там, МакКей, и ты можешь отправляться прямо туда, откуда пришел.

Дверная ручка дергается, но блокируется замком. Киаран негромко ругается.

— Кэм, открой дверь.

Деррик слетает с рамы окна и окутывается алым сиянием.

— О, отлично! Он наконец-то пришел. Помнится, я обещал вырвать ему внутренности.

— Клянусь, я убью этого проклятого пикси, — слышу я бормотание Киарана. — Кэм, впусти меня, или я снесу эту дверь с петель. Тебе решать.

Я удерживаюсь от автоматического ответа: «Ты не осмелишься». Потому что он совершенно точно осмелится, а я предпочитаю видеть свою дверь на положенном ей месте. Поверить не могу, что действительно это делаю: я отпираю замок.

Киаран, промокший под ливнем, стоит в коридоре, опираясь на обе стороны дверного проема. Темные пряди волос липнут к бледным щекам, а рубашка, почти прозрачная от дождя, открывает гладкую грудь, которая вздымается и опадает от быстрого, неровного дыхания.

Я удивлена: обычно его почти неслышно, а сам Киаран практически неподвижен.

— Чего тебе надо? — грубо спрашиваю я.

Нет у меня сил для вежливости!

Киаран смотрит мне за спину.

— Ты собираешься меня пригласить или мне продолжить заливать водой ковер в коридоре?

Я делаю шаг в сторону, позволяя ему пройти, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

— Постарайся быть кратким. Мне ужасно хочется тебя подстрелить, и на этот раз я буду целиться в нечто жизненно важное.

Деррик опускается мне на плечо.

— Снова? — недовольно говорит он. — А почему я первый раз пропустил?

— Тебя не было, — говорю я.

— Проклятье! Я бы с таким удовольствием посмотрел.

Киаран проводит рукой по мокрым волосам. Вода стекает с его одежды на паркет, и у ног собирается в лужу.

Мне сложно встречаться с ним взглядом после всего, что произошло вчера ночью. Единственные комплименты, которые я получала от Киарана, касались моих боевых шрамов и того, как эффективно я вгоняю нож в очередного врага. Теперь он видел, насколько на самом деле сломала меня смерть матери, и, когда это было предельно важно, отнял у меня самую желанную в мире вещь. Его клятва ничего не значила, хуже того: он в чем-то поклялся Сорче и не позволил убить ее, когда у меня был шанс. Это будет очень сложно ему простить.

Киаран расправляет плечи. Он так высок, что буквально нависает надо мной.

— Я пришел сюда не извиняться.

— Чудесно. Благодарю за подтверждение того, что я и так предполагала, — говорю я. — Из этой комнаты два выхода. Выбирай любой.

Деррик хихикает.

— Я бы назвал это совершенно заслуженной взбучкой.

Взгляд Киарана обжигает.

— Не лезь в это дело.

— Нет! — говорит Деррик.

— Осторожнее, — предупреждает он. — Ты забыл, кто я такой.

Деррик подлетает к Киарану и парит перед ним. Окружающий пикси ореол настолько ярок, что его очертания невозможно различить.

— Я никогда не забывал. Вот почему я не доверял тебе в делах с ней.

Киаран рычит что-то на их языке, и Деррик шипит в ответ с тем же ядом в голосе. Я понимаю лишь некоторые слова. Язык достаточно похож на G`aidhlig, чтобы звучать знакомо, но ничего подобного я раньше не слышала.

Наконец Деррик отвечает по-английски:

— Я тебе не подчиняюсь. И никогда не подчинялся.

— Хватит, — говорю я и тянусь к пикси, но он слишком быстр для меня. Я только успеваю вклиниться между ним и Киараном. — Деррик, ты не мог бы отправиться в гардеробную и дать нам пару минут?