Охота навий
Шрифт:
Когда руководители партии «Картофель» цинично отозвались о проблемах, представляемого ими региона, назвав их «местечковыми», а уровень политической культуры Полотчины посчитали низким, я выступил против моих бывших покровителей.
В местной газете «Liberum veto» в статье под названием «Дети Насреддина» я напомнил читателям притчу о Ходже Насреддине, бессмертном восточном шутнике, которого всегда сопровождал его ослик.
Великий мудрец Насреддин не был красив, по мнению своего окружения. Однажды беременная жена Ходжи внимательно посмотрела на его лицо и сказала:
– С одной стороны, я радуюсь, что у нас будет ребёнок. Но с другой стороны, горе мне, если он родится похожим на тебя!
На это рассудительный Ходжа ответил жене:
– Если ребёнок окажется похож на меня, это ещё полбеды. Но горе тебе, если он не будет похож на меня!
Я подводил читателя к мысли, что наши трудности – это порождение целого ряда факторов: от исторических и климатических до культурных и даже ментальных. Конечно, решать проблемы своего региона руководству партии «Картофель» скучно. Гораздо интереснее ему было бы сотрудничать с Россией в области космонавтики или выстраивать торговлю с Балтийскими странами. Наверное, политикам больше понравилось бы организовать туристическую сеть в белорусских замках и проводить фестивали культуры белорусских татар для гостей из исламских государств. Или, наконец, проводить конкурс «Мисс Беларусь». Однако, чтобы люди на Полотчине стали жить лучше, необходимо решать их повседневные рутинные проблемы, связанные с ремонтом Софийского собора и со сбытом стекловолокна, приведением в порядок велодорожек, парков и очистных сооружений… Для этого полочане и голосовали за политиков из «Картофеля». А пока парламентарии палец о палец не ударили, чтобы выполнить данные обещания.
Я продолжал писать колкие статьи, недооценив обидчивость и злопамятность политиков. Вскоре большинство моих друзей, боясь за свою карьеру, отвернулось от меня. Мой дом, прежде полный подвыпивших шумных компаний, опустел. А город Полоцк, в котором я когда-то был счастлив, для меня превращался в мираж, где жило и звенело смехом только прошлое, настоящее же было мертво.
Мне не везло в любви. Я разочаровался в жизни и задался вопросом: «Что мне нужно на самом деле?». При этом мне всегда нравился буддизм, поскольку я мало что о нём знал. И я задумался, не поискать ли себя на его пути. Но, прослушав лекции бурятских профессоров, я пришёл к выводу, что эта религия мне не подходит.
Конец ознакомительного фрагмента.