Охота на оборотня

Раскол среди столичных магов назревал давно, пока инициативу не проявил повелитель Неверрийской Империи Аристарх IX. Достоин ли нелюдь жизни — вот в чём вопрос, и проблему эту решать надо в спешном порядке. Почему горстке эльфов принадлежит Вековечный Лес Силль-Миеллон с озером Природной Магии посередине? Над другим Источником трясут бородищами жадные гномы с Рудного Мыса — сами почти не пользуются и людям не дают. Равеннский Источник — Колодец Магии — принадлежит человечеству, но он всего один, а людей так много…

Война началась внезапно, в ночь на 15 первозвона 1416 года. Хлынула алой волной, разбежалась кругами от неверрийской столицы. Статуи Хранителей Равенны безмолвно наблюдали за вспыхнувшей резнёй, не в силах ни помочь одним, ни защитить других — горожане-люди убивали нелюдей. Последние даже не успели понять, что происходит. Горели мастерские гномов вместе с самими хозяевами, солдаты Имперской Гвардии расстреливали из луков и арбалетов недавних собутыльников — наёмников-орков. Уцелевшие нелюди в панике бросились к городским воротам, но напрасно: окованные сталью двери были заперты.

Колдуны-мятежники так и не сумели захватить Колодец, спрятанный в подземелье главной башни Академии Магии. Их оппоненты запечатали все ходы из зала, оставив за собой право распоряжаться источником абсолютной силы. В руках повстанцев остались лишь собственные либры — амулеты-накопители магии — вещицы крайне полезные, но, к сожалению, исчерпаемые. Однако маги не унывали — на их стороне оказалась большая часть Имперской Гвардии во главе с самим Аристархом IX, и праведный гнев горожан. Эльфам мигом припомнили излишнее высокомерие и любвеобильность, а гномам — природную скупость и расчётливость. А орки? Язычники они, и этим всё сказано. Вперёд на проклятых тварей да с Божьей Помощью! Ур-ра!!! Хвала Триединому!

За ночь Алой Волны люди вырезали «нелюдскую» половину столицы и тех, кто пытался им помочь, а утром за городской стеной сожгли тела во славу Божию. Волна хлынула дальше на города, селения и деревни. Но за пределами Равенны пыл народа угас — отчего-то простые неверрийцы не торопились вступать в ряды Праведного войска. Жалостливые крестьяне укрывали в своих домах чудом уцелевших нелюдей, некоторые покидали жилища и шли, куда глаза глядят. Иные города встречали отряды Императора наглухо запертыми воротами, а деревни — вилами да кольями. Селянам было наплевать и на Источники, и на самих воинствующих магов, да и на Императора, в общем-то. Их гораздо больше волновали вытоптанные поля и съеденная голодными праведниками скотина. Ропот становился всё громче, а в руках бывших пахарей засверкали невесть откуда взявшиеся мечи.

Алой Волне так и не довелось затопить кровью всю Неверру, и виноватыми в собственной неудаче оказались всё те же маги. Войско замерло на Силль-Миеллонской опушке — на месте Вековечного Леса клубился туман, белесый и густой, как мучной кисель. Маги и не подумали остановить Императора, вошедшего в раж, и с боевым кличем да десятком самых безрассудных воинов ринувшегося побеждать чудного неприятеля. Обычные эльфийские штучки, что тут такого? Спустя два часа туман нехотя выплюнул взмокших и косящих диким глазом коней. Без сёдел и без седоков. Перворожденные просили Магию о защите, и она помогла.

Среди так, казалось бы, крепко сколоченного войска начались брожения. Гвардейцы присягали Императору, а вовсе не магам с их экспериментами, разногласиями и прочими непонятностями. Колдунишки и друг с другом договориться не могут. Озверевшие горожане потихоньку студили горячие головы да призадумывались, с чего на соседей вдруг набросились? Мудрые и дальновидные храмовники, крепко поразмыслив, встали на сторону большинства. А где Церковь и вера — там, как известно, истина и Бог. Кто оказался во всём виноват? Маги…

Проклюнувшийся было росток смуты безжалостно растоптали принц Аристан и орочье войско. Лёгкие на подъём степняки без лишних раздумий похватали мечи да топоры и отправились вслед за недавним гостем наводить в Неверре порядок. Орку что от жизни нужно? Добрый меч да пива кружку! На хмель Аристан не поскупится, а магов зеленокожие воители о-очень не любили…

Одумавшиеся гвардейцы бросились в ноги вернувшемуся из Оркана принцу… Да нет, не принцу уже, а без пяти минут Повелителю Неверрийской Империи Аристану I. Император действовал решительно: покаявшихся наказал монеткой, недовольных казнил без проволочек. В Рудный Мыс и Вековечный лес отправились гонцы с душевными извинениями, просьбами вернуться, а также посулами льгот и привилегий.

1 славицы 1417 года Аристан I прошествовал в Зал Посвящения. Гномы, дуясь от собственной находчивости и предусмотрительности, вручили юноше новенькую Императорскую Корону взамен старой, бесследно исчезнувшей в тумане. Эльфы отреагировали странно — стены зала содрогнулись от громогласного хохота, а из инкрустированной самоцветами коробки была извлечена… Да-да, она самая, пропавшая фамильная. Орки решили выделиться и подарили Императору коня, который тут же от переизбытка чувств унавозил Зал Посвящения.

Торжественный день был ознаменован не только коронацией и мелким конским пакостничеством. Наступил Новый Год, и в честь праздника межрасовый конфликт официально считался исчерпанным. На золочёной гербовой бумаге появились вензеля Владык Союзных Рас, но ещё в течение нескольких лет специально сколоченные отряды искали ватаги разбойников под предводительством опальных магов, подобно блохам расползшиеся в спутанной шерсти Неверры.

18 вьюжня 1434 года от С.Б. [1]

Высокий стройный юноша неторопливо шагал по Весенней Улице к дому градоправителя Грайта. Он знал, что остальные стражники уже собрались и все ждут только его, но двигался нарочито медленно. Арвиэль Винтерфелл наслаждался тишиной морозной зимней ночи. На улицах — никого, даже собак сердобольные хозяева пустили греться в дом. Температура, при которой плевок замерзал на лету, ужасала всё население маленького Северинга.