Чтение онлайн

«Но я не могла знать…» – хотела возразить она, но он покачал головой.

«Если это тебя тревожит, поговори со своим братом», – сказал он. Но разговаривать с Францем было все равно, что биться головой о стену.

«Я обо всем позаботился, а большего тебе знать и не нужно», – объявил брат, возмущенно глядя на нее. После той статьи в газете он почти не разговаривал с ней. – Его будут лечить лучшие хирурги Гамбурга, чего еще желать?»

Лили подумала, что есть много такого, что можно было бы себе пожелать, но по лицу Франца поняла, что дальнейшая беседа бессмысленна. И она не могла признаться, что разговаривала с Болтоном, иначе навлекла бы на него неприятности.

Лили вручила Болтону деньги.

– Здесь немного, но это должно помочь, пока он не встанет на ноги. – Она запнулась и почувствовала себя совсем неуютно, едва осознала, что только что сказала. – То есть… я хотела сказать…

Болтон только отмахнулся.

– Откуда вы их взяли?

– Ах, я… – Он ни в коем случае не должен был узнать, откуда у нее эти деньги. Она самым постыдным образом обманула бабушку, сказав, что на курсе собирают деньги для ветеранов франко-прусской войны. Китти Карстен всегда была открыта для патриотических начинаний, и она снабдила внучку весьма приличной суммой. – Это мое дело.

Он снова кивнул и, предусмотрительно оглянувшись по сторонам, сунул деньги в карман рубашки.

– Надеюсь, вы не наделали глупостей и не втянули меня ни во что, – пробормотал он.

Лили сжала губы.

– Если вы считаете меня настолько бестолковой, можете не брать деньги!

Он фыркнул.

– Не дождетесь. – Он внезапно запнулся. – А как же вы вырвались из-под домашнего ареста? Сбежали?

Его вопрос стал для Лили последней каплей.

– Я думаю, мы закончили, герр Болтон. Вы не позволите мне пройти? – спросила она.

Он замешкался, но все же отодвинулся и, зацепив большими пальцами подтяжки, насмешливо поинтересовался:

– Больная тема?

Она еще больше посуровела.

– Всего доброго, герр Болтон. Я буду наводить справки о состоянии Пауля Гердера. Надеюсь, что деньги хоть немного помогут. Я уверена, что скоро у него все наладится.

Она повернулась и хотела уйти.

Последние слова Лили сказала из чистой вежливости, но Болтон воспринял их всерьез:

– Ничего уже не наладится. Но вы слишком избалованы, вам этого не понять.

– Что, простите?

Лили обернулась. В этот момент ей больше всего хотелось дать ему пощечину. Что он там себе воображает? Да, они богаты. Но в Гамбурге были семьи гораздо богаче. Существует объективная разница в положении людей, возлагать на ее семью ответственность за это – более чем несправедливо. Посмотрел бы он хотя бы на девочек, с которыми она училась в школе. Софии Ротенбаум прошлым летом подарили кобылу и собственный выезд, а потом еще тиару на день рождения. Настоящая тиара! Тогда как у Лили было всего два ожерелья и пара серег, доставшихся ей по наследству. О собственной лошади она могла только мечтать.

– Вы и понятия не имеете, о чем говорите! – выпалила она.

Он помедлил с ответом, глядя на нее прищуренными глазами, которые казались такими темными под козырьком его картуза, что Лили не могла разглядеть радужки.

– Нет, это вы понятия не имеете, – наконец тихо сказал он, и Лили вдруг почувствовала, как по всему телу пошли мурашки. Болтон откашлялся и приблизился к ней на шаг.

– У вас найдется немного времени? – спросил он.

Она удивленно наморщила лоб.

– Для чего?

– Так найдется или нет?

Лили задумалась на мгновение. Вообще говоря, у нее еще было время – урок фортепиано, где ей полагалось находиться сейчас, должен был закончиться только через час.

– Ну, я думаю, что могу немного задержаться. Но потом мне необходимо вернуться на Ратхаусштрассе! – нерешительно сказала она.

– Мы успеем. Пойдемте! – Он схватил Лили за руку и потащил за собой.

– Эй! – Она стала упираться. – Куда вы меня ведете?

Он остановился и посмотрел ей в глаза.

– Я покажу вам то, о чем вы не имеете понятия.

Чуть грубее, чем следовало, Йо схватил девушку за руку и потянул за собой. Она высвободилась и маленькими торопливыми шагами пошла рядом, широко раскрыв глаза.

– Если вы собираетесь похитить меня, мой отец не успокоится, пока вас не повесят, – вдруг объявила она. Он весело фыркнул и остановился так неожиданно, что она врезалась ему в плечо.

– Осторожнее!

– Извините. Послушайте, вам не обязательно идти со мной. Вы в любое время можете уйти. – Он поднял руки, чтобы показать ей, что точно не станет ее удерживать.

– Как будто я этого не знаю! – буркнула она и, покраснев от смущения, поправила локон.

Йо ухмыльнулся. Да, милашкой ее не назовешь.

– Хорошо, вы идете со мной по собственной воле, так? И никто никого не похищает?

Мгновение она смотрела на него горящими глазами. Тонкие морщинки над ее переносицей собрались в сердитый кружочек.

– Пойдете вы, наконец? У меня не так много времени! – резко сказала она.

– Хорошо, – Йо насмешливо кивнул. – Значит, этот вопрос мы разъяснили.

– А куда именно мы идем, позвольте спросить? – Ее голос все еще был полон сомнения, но уже без былой резкости. Вопрос прозвучал почти испуганно.

– Мы идем к Паулю. Я же вам не мальчишка-посыльный, вы и сами можете отдать ему деньги.

– Но я же его совсем не знаю! – испуганно воскликнула она.

– Вот как раз и узнаете, – ответил Йо так, как будто ее слова не произвели на него никакого впечатления.

Остаток пути они прошагали в молчании. Он и сам не знал, что делает. Что на него нашло? Он притащил девчонку из Бельвю в трущобы, чтобы показать, как люди живут там, будто они какиеото звери из зоопарка? Но по какой-то причине ему было важно, чтобы она поняла. Она была умна и не лишена сочувствия – он хотел, чтобы она увидела своими глазами, как обстояли дела у тех, благодаря которым становилась возможной прекрасная жизнь в доме на берегу Альстера. Он шел, не сбавляя скорости, даже когда видел, что ей трудно за ним поспевать.