Чтение онлайн

— Они будут в восторге. А как твое путешествие?

— Нас тоже встретили с распростертыми объятиями, но в путеводители я бы это местечко включать не спешил. Расскажу при встрече.

— Мне уже не терпится.

— Ждать осталось недолго. Я на «Арго», и тут как раз нужен геолог-океанограф, который согласится работать за еду.

— Увы, я знаю парочку бездельников, которые тебе подойдут.

— Я не сомневался в твоем согласии, поэтому уже все устроил. Когда вы сможете выехать?

— Мы только приехали в гостиницу, даже вещи паковать не надо.

Из ванной доносилось громкое пение. Героиня мюзикла «Юг Тихого океана» исполняла эту песню, принимая душ прямо на сцене.

— Можно мы хоть коктейли допьем?

— Да ладно тебе, Пол. Выпейте по два. С вами вместе полетит одна важная шишка из Штатов, так что пара часов у вас есть.

— Вот здорово, еще и развлекать очередного жирного лысеющего сенатора с Юга!

— Ну, Пол, — усмехнулся Остин, — ты прямо экстрасенс. Жирный лысеющий сенатор. Откуда ты знаешь?

— Догадался. Пойду расскажу Гаме. Увидимся вечером.

Пол записал время и место вылета. Едва он повесил трубку, из ванной появилась Гаме, завернутая в полотенце и с полупустым бокалом в руке. Еще одним полотенцем она обмотала голову на манер тюрбана. Душ и коктейль привели ее в благодушное состояние. Когда муж объяснил, что им предстоит снова отправиться в путь, Гаме даже улыбнулась и сказала, что соскучилась по Курту и Джо.

Теперь в душ отправился Пол, а Гаме заказала в ресторане бараний шашлык с рисом. Еду принесли, когда супруги как раз приступили ко второй порции мартини. Подкрепившись и переодевшись, они, сытые, чистые и довольные, снова отправились в аэропорт. Таксист им на этот раз попался без суицидальных наклонностей, и, если не считать обычных стамбульских пробок, поездка прошла благополучно.

Следуя указаниям Остина, Трауты попросили высадить их не у главного терминала, а возле секции, откуда отправлялись частные самолеты. Оттуда он прошли в ангар, где уже ждал, поблескивая бирюзой в свете прожекторов, средних размеров вертолет. На его боку красовались черные буквы «НУПИ». Пилот с кем-то разговаривал. Его собеседник стоял спиной к Траутам, однако они сразу узнали Руди Ганна по узким бедрам и плечам, а также по редеющей шевелюре. Заместитель директора НУПИ приветствовал супругов широкой улыбкой и махнул рукой в сторону вертолета.

— Вас подбросить?

Гаме обернулась к Полу.

— Значит, вот он — жирный лысеющий сенатор?

Траут был поражен.

— Боже мой, Руди, так это ты — большая шишка? Мог бы и предупредить.

— Решил не портить веселье. Адмирал Сандекер велел мне держаться поближе на случай, если ситуация вдруг усложнится. Я поехал в Афины на конференцию по гидроархеологии, а оттуда специальным рейсом уже рукой подать. Вертолет перебросили с одного из проектов в восточной части Эгейского моря. Когда Курт передал Сандекеру свой «подарочек», тот решил, что неплохо бы мне заняться этим делом всерьез.

— Какой еще «подарочек»? — удивился Пол.

— Расскажу по дороге. Летим?

Все трое устроились в просторной кабине. Двигатели взревели, и через пару минут «Сикорский S-76» взмыл в небо. Стамбул сиял огнями на двух разделенных Босфором континентах, словно расшитый блестками ковер. Вертолет устремился на север. Два его двигателя позволяли набрать крейсерскую скорость сто семьдесят пять миль в час.

В наушниках зазвучал ленивый говорок пилота с легкими нотками уроженца западных штатов — как у знаменитого летчика-испытателя Чака Игера.

— Привет, ребята. Меня зовут Майк. Устраивайтесь поудобнее, места хватит. Эту вертушку разрабатывали для снабжения нефтяников. Настоящий летучий автобус. Может брать до двенадцати пассажиров. Вам повезло, что летите туда, — на обратном пути будет тесновато. У переборки стоит термос с горячим кофе. Угощайтесь. Если что-то понадобится, дайте знать. А вообще — расслабьтесь, и приятного вам полета.

Ганн налил кофе и передал всем дымящиеся стаканчики.

— Рад вас видеть. Простите, что каникулы вышли короткие. По документам вы еще в отпуске, а я — сижу на конференции в Национальном археологическом музее Греции. Нас здесь нет.

— Руди, что происходит? — спросил Пол. — У нас никакой информации — только обрывки.

— Всей картины я и сам не представляю, но вот что пока известно. Несколько дней назад адмирала Сандекера вызвали на встречу с президентом и его советниками. В Белом доме тревожатся из-за ухудшения политической обстановки в России. Кое-кто из собравшихся возмущался, что Сандекер позволил Курту действовать на русской территории, когда тот оказался возле заброшенной базы подлодок. Их беспокоило, что это даст оппозиции дополнительные козыри в борьбе с правительством, которое и так висит на волоске. Адмирал принес извинения, заверил, что все получилось случайно, и предложил лично поговорить с русскими. Ему отказали. Тогда адмирал спросил, что Белый дом собирается предпринять по поводу NR-1. Поразительно, но президент запамятовал рассказать Сандекеру о ее пропаже.

— Только полный дурень мог ожидать, что адмирал об этом не узнает, — усмехнулся Пол.

Гаме покачала головой.

— Просто невероятно, что подлодка могла исчезнуть без следа, будто ее морское чудище проглотило.

— Почти так все и было. Подлодку похитили и увезли на другой субмарине.

— Легче поверить в морское чудище.

— Мы попытались разобраться, но тут позвонил Курт и сказал, что за политическими волнениями в России стоит миллионер по имени Михаил Разов. В Белом доме считают, что исчезновение NR-1 как-то связано с неразберихой в Москве. Вдобавок именно «Атаман энтерпрайзес» — горнодобывающая компания Разова — арендовала у правительства базу подлодок.

— Поэтому Курт и отправил нас в Новороссийск посмотреть на штаб-квартиру Разова.

— Думаете, NR-1 отвезли на ту самую заброшенную базу? — поинтересовался Пол.

— Не исключено, однако нас больше волновало другое. Источник Курта сообщил, что Разов готовит удар по Соединенным Штатам.

— Что за удар? — спросил Траут.

— Неизвестно. Сандекер отнесся к угрозе очень серьезно. Когда Курт сказал, что собирает свою группу и хочет вернуться на базу подлодок, адмирал дал добро — неофициально, разумеется. Курт ведь упоминал, что экспедиция, скажем так, не вполне легальная?