Чтение онлайн

Впрочем, все может пойти и по другому сценарию. Почему сенатору не согласиться на разблокирование счетов генерала, если он планирует его ликвидацию и уверен в том, что ликвидатор свое дело сделает? Однако гадать — дело неблагодарное. Посмотрим, как поведет себя мистер Денбрук завтра. А сейчас — спать… Эх, поспешил он! Надо было оставить при себе Клару да заставить ее вызвать подружку. Сейчас они из кожи вон лезли бы, дабы удовлетворить генерала. И не за деньги, а за право остаться в живых. Да, со шлюхой он поторопился… Хотя почему не вызвать другую?.. Но нет, с другой возни будет много. И кто знает, что за стерву ему доставят? Больше всего сейчас Дрейк не желал разочаровываться — ни в себе, ни в ком-то другом. Завтра развлечется, если будет время. А нет, так и черт с ними, со шлюхами. Вскоре будет совсем не до них…

Приняв контрастный душ и выбросив в мусоропровод револьвер сутенера, генерал упал на широкую кровать, которая еще хранила запах духов Клары — весьма неплохих, надо заметить, — и заставил себя уснуть.

В 10.00 субботы, 6 ноября, бригадный генерал Дрейк вошел в кафе. На этот раз в заведении было намного больше народу. К пожилой парочке добавилась компания молодых людей — скорее всего, студентов местного университета. Сенатор Денбрук сидел в той же самой кабине, перед ним стояла чашка все того же дымящегося кофе. Но он был не один. Рядом с ним пил кофе и курил короткую сигару мужчина лет тридцати пяти. Дрейк подошел к кабине сенатора.

— Доброе утро, мистер Денбрук.

— Доброе, Дрейк. Оно действительно доброе в отличие от вчерашнего… Да вы присаживайтесь. И знакомьтесь: это майор Шон Риф.

— Дрейк, — представился генерал, не называя своего воинского звания.

— Наслышан о вас, генерал. Для меня честь познакомиться с вами.

Сенатор недовольно поморщился, прикоснувшись к краю чашки, — видимо, слегка обжегся.

— Сегодня тепло и солнечно, — проговорил Дрейк.

— Когда я говорил, что утро сегодня действительно доброе в отличие от вчерашнего, то имел в виду не погоду.

— А что же?

— То, что вы устроили вчера у себя в номере. И как понимать ваше поведение, недостойное не только американского высшего офицера, но и обычного гражданина страны?

Дрейк внимательно посмотрел на сенатора:

— Вы следили за мной, мистер?

— Странно, что вы этого не заметили.

— Я бы заметил, если бы надо было.

— Мало того, что вы держали у себя в номере проститутку, вы еще не заплатили ей требуемую сумму и, прекрасно зная, что за нее вступятся сутенеры, допустили скандал в отеле. Как понимать ваше поведение, мистер Дрейк?

— Вы считаете допустимым отчитывать меня? Да еще в присутствии младшего по званию офицера? Это непозволительно, и на будущее прошу не допускать этого. Насчет же шлюхи… Наверняка, сенатор, вы тоже когда-то пользовались услугами дам легкого поведения, как и большинство мужчин. Во-вторых, никакого скандала в отеле не было. Да, заходили ко мне трое афроамериканцев, но после короткой беседы ушли, не имея ни малейшего желания продолжать разговор. И в-третьих, если позволите, вопрос. Если ваши люди следили за мной, то почему они не вмешались, когда ко мне в номер вошли трое чернокожих отбойщиков?

— Если бы мои люди вошли, — вздохнул Денбрук, — то полиция обнаружила бы чуть позже в вашем номере четыре трупа, в том числе и ваш.

— Вот как? А я думаю, что трупов было бы гораздо больше. Мы же с вами, как и договорено, встретились бы здесь.

— Вы не переоцениваете себя?

— Нет. Вы знакомились с моим личным делом?

— Конечно.

— Ну, тогда, видимо, лишь поверхностно. Или вам, несмотря на ваш статус, дали официальное дело, а не то, что хранится в ЦРУ. Если бы вы прочли настоящее личное дело бригадного генерала Дрейка, то не посылали бы за мной своих сексотов и уж тем более не утверждали, что они смогли бы переиграть меня… Но мы ведем разговор в присутствии офицера. Значит ли это, что майор Риф — ваше доверенное лицо?

— Конечно! Иначе он не сидел бы здесь.

— О’кей. Надеюсь, тема по отелю и шлюхе закрыта?

— Хорошо, будем считать, что закрыта. Вы приняли решение?

— Выпроводив проститутку, я долго думал, сенатор, и решил, что трибунал мне ни к чему. Я принимаю ваше предложение.

— Прекрасно, — впервые улыбнулся Денбрук. — Он поднял с пола кейс, открыл его, достал лист с напечатанным текстом и протянул Дрейку. — Ознакомьтесь, пожалуйста, и распишитесь. — Сенатор положил на стол дорогую ручку.

— Что это? Соглашение о сотрудничестве? Интересно. А как насчет приказа о моем переводе в «Марс»?

— Этот вопрос будет решен после соблюдения всех формальностей.

— О’кей!

Прочитав документ, генерал бросил лист на стол.

— Вы учли практически все, мистер Денбрук, чтобы крепко посадить меня на крючок.

— А с вами иначе нельзя, генерал.

— Вы правы. Но чтобы я подписал эту бумагу, вы должны выполнить ряд условий, сенатор.

— Я вам ничего не должен.

— Как и я вам.

— Вы забываете о компромате на вас.

— Нет, я все прекрасно помню. Однако настаиваю на принятии некоторых условий. Заметьте, не гарантий, а условий.

— О’кей. Что за условия?

— Сущие пустяки для вас. Вы разблокируете все мои счета и переведете аванс за предстоящую работу в сумме, — генерал написал на салфетке цифру, — на счет, — новый ряд цифр на салфетке, — вот этого швейцарского банка. После чего я подписываю соглашение, и мы приступаем к конкретной работе.

Около минуты сенатор вертел в руках пустую кофейную чашку, иногда бросая задумчивый взгляд на генерала; наконец сказал:

— Хорошо, я принимаю ваши условия. Подождите немного.

Он поднялся, вышел на улицу, где поднес к уху сотовый телефон.

Дрейк посмотрел на Рифа.

— Где воевали, майор?

— Долго перечислять, сэр. Я командовал группой «Кондор» из состава отряда «Викинг», и мы проводили операции практически по всему миру.

— Неплохо… А откуда вас знает сенатор?