Чтение онлайн

– Одни генералы вокруг тебя.

– Вчера образно назвал отца генералом, он занимает равную по значению должность в партийной структуре. А будущий тесть – начальник нашего института.

– Разведшколы.

– Правильное название – институт. Разведшкола – это у вас.

– У меня?

Она насторожилась.

– В ваших странах – разведшкола; откуда вы из Америки или из Европы?

– Название не имеет значения, главное чему учат. Я из Европы, подданная королевы Великобритании.

– Где вы учились?

– Я филолог и журналист по образованию.

– А по совместительству?

– Не дерзи и не наглей.

– Извините, я ошарашен вашей красотой, потерял чувство меры и такта, мои принципы разбились о вас, как волны о скалу.

– Разве я холодная и бесчувственная, как скала?

– Нет, высокая и неприступная, без специального снаряжения не победишь.

– Ты умеешь пользоваться альпинистским снаряжением?

– Если насчет горной подготовки, то проходил, а если насчет женщин, то не было их у меня.

– Непременно будут, Алекс, я для тебя недоступна, сам понимаешь почему, хотя нравишься ты мне все больше и больше.

– В этом мире нет ничего недоступного, но я не собираюсь вас покорять.

– Слава Богу, я опять появлюсь на людях.

– Как мне обращаться к вам при посторонних?

– Мисс Шенон.

– Как вас называют ласкательно в семье?

– Лиз.

– Очень красиво, можно буду вас так называть наедине?

– Много желаний, Алекс, с первого дня. Завтрака тебе недостаточно?

– Я всегда ставлю планку выше, чем принято и покоряю высоту.

Свою роль очарованного красотой мисс Шенон я играл с целью выполнения задания, чтобы раскрыть истинную причину ее пребывания в Афганистане. Вести себя нужно сдержанно и не нарваться на гнев Тараки. Вольностей в отношении чужих женщин на Востоке не прощают.

Закончив завтракать, я поблагодарил за компанию и дружескую беседу. На прощание Шенон опять подала руку для поцелуя. Во время завтрака служанки не отходили от нас.

Весь день я прибывал в приподнятом настроении. Вечером ко мне в комнату вошел Хабиб, я был раздет, качал гантелями бицепсы.

– Что у тебя со спиной?

– Мелкие сосуды полопались от перегрузки во время полета.

– Вай, вай, вай, – покачал головой Хабиб.

Теперь он не был таким злым и вернул оружие.

– Я человек подневольный, выполняю распоряжения президента. Он очень рассердился; если такое повторится, тебе потребуют замену.

– Быстрее женюсь, меня невеста ждет. Нарушать ничего не собираюсь, вчерашний случай – это недоразумение. Нет у меня ни каких обид на вас.

– Вот и хорошо. Начальник ваш звонил, будет в среду на стрельбище.

– Спасибо майор, вы хороший человек.

Хабиб улыбнулся и удалился. Наступила окончательная развязка сегодняшнего дня, все встало на свои места.

Нас ни к чему не привлекали. В среду поехали на стрельбище. Ребят не было, они будут стрелять в другое время с президентской охраной. При встрече Федулов обнял меня:

– Молодец, Назимов, тебя наградил министр обороны. Мне лично звонил начальник ГРУ, поблагодарил за быстрое выполнение задания. Тебя заметили в центре, таким доверяют ответственные и опасные задания. Рискованных у нас ценят. Шенон не зря взяла вас телохранителями, считает, что молодых, неопытных легко обвести вокруг пальца. Продолжайте наблюдение, в поездке она обязательно выйдет на своих, здесь у нее нет возможности. Как она ведет себя?

– Заигрывающее.

– Не попадись в сети амура. Она враг, опытный и коварный, использует и уничтожит, веры ей нет.

– Будьте спокойны, я люблю Ирэн Морозову и буду верен ей всегда.

– В Саудовской Аравии будете без моей поддержки.

Федулов вручил пароли для связи с агентами нашей разведки.

Видно, этот визит был важен для Тараки. Все газеты пестрели заголовками о предстоящей встрече с лидерами арабских государств. Хабиб прислал к нам закройщика снять мерки для пошива формы нового образца, которую лично одобрил президент. Материал светло-бежевого цвета, золотые погоны. На левом рукаве шеврон, указывающий на принадлежность к государственной службе охраны, а на правом – общий шеврон для всех военнослужащих Афганистана.

По скорости пошива обмундирования мы поняли, что подготовка визита под высоким контролем.

Тараки регулярно приезжал к Шенон. Она нас не вызывала, это еще раз говорило о том, что мы нужны только для прикрытия. Элизабет никуда не выезжала, днем гуляла редко, вела отшельнический образ жизни. Реза приносил мне новости и сплетни – кто, где, о чем говорил, но ни разу не упомянул о леди.

Дважды мы видели прилетающие МИГи, летчики проводили тренировочные полеты. Второй был совместно с ТУ-154, летели на небольшой высоте, очень впечатляющее зрелище.

Руководство СССР приняло решение о переброске батальона десантников из 345 отдельного парашютно-десантного полка (ОПДП) для охраны авиабазы Баграм. Это было первое советское подразделение, вошедшее на территорию Афганистана после 1929 года, когда Красная Армия помогала ликвидировать пробританский мятеж. Нас связывала давняя дружба по договору 1919 года. Тогда Советская Россия первой признала независимость Афганистана, освободившегося от английских колонизаторов. Несмотря на собственное тяжёлое положение, разруху, интервенцию и гражданскую войну, наша страна дала Афганистану миллион золотых рублей, пять тысяч винтовок и несколько самолётов. Афганистан платил преданностью в отдельных политических вопросах, помогал Советскому Союзу ликвидировать басмаческое движение в Средней Азии в 20–30 годах, сохранял нейтралитет во время Второй мировой войны, несмотря на активные действия британских и английских агентов. Вот и сейчас, по просьбе афганского правительства мы протянули руку дружбы и оказали помощь. Силы оппозиции наращивали военную мощь, призывали к мятежу в провинциях и столице. Батальон имел задачу не только боевого охранения аэродрома в Багдаме, но и должен быть готовым к наступлению на Кабул. Советский Союз не мог допустить падение страны, которая встала на путь строительства социализма. Это привело бы к ослаблению внешнеполитических позиций Советского государства.

Переброска батальона проходила под покровом ночи, в режиме полной секретности. Транспортные ИЛ-76 сопровождали истребители с Ферганского аэродрома. Они совершили посадку рано утром 17 июля. К концу дня разбили палаточный городок и подключились к местной электролинии. Пункт хозяйственного довольствия построили в первую очередь. Повара сразу приступили к приготовлению пищи под открытым небом. На следующий день завершили все работы по благоустройству жилой зоны. Технику и боевые машины десанта разместили в парке, огороженном колючей проволокой. Всё имущество, включая столбы для ограждения, привезли из Союза. Один за одним делали посадку транспортные самолёты с запасами продовольствия, боеприпасов, медикаментов и прочего вещевого имущества, даже дрова, которые были большим дефицитом в этих местах. Полевые кухни работали на дизельном топливе, которое тоже из Союза доставлялось топливозаправщиками из Термеза через перевал Саланг. Обеспечение жизнедеятельности батальона возлагалось на командование Среднеазиатского военного округа. Все свободные от занятий в войсках ДРА и военные советники помогали расквартировывать прибывшее подразделение под руководством полковника Федулова. Командование армии Афганистана и представители правительства составили акт приёма взятия под охрану Баграмской базы. Батальон афганской армии выдвинулся в рейд для подкрепления позиций в провинции Лагман.