Чтение онлайн

— Клаудио, а вот скажи мне — тёмному, сможете вы точно выполнить приказ? — План-то хорош, исполнители подгуляли. Эта дворянская вольница слово такое как «приказ» не слышала.

— Мы все готовы умереть за свободу нашей Родины!!!

— Не надо умирать, капитан! — рыкнул на него Пётр Христианович, — Наоборот, нужно как можно больше лягушатников убить.

— Смерть за Родину…

— Клаудио! Скажи мне, сможешь ты донести до своих, что нужно точно выполнить приказ и ни на санти… и ни на дюйм не отходить от него?

— Приказывайте, Ваше Величество! — Пауло каблуками даже на траве умудрился щёлкнуть.

— Вот, смотри, — Брехт вынул из ножен кортик и начертил на земле расположение французов.

— Это эти сволочи, — расцвёл узнаванием веронец.

— Они. Теперь смотри очень внимательно. Подскакиваете сюда со стороны их левого фланга и обстреливаете из пистолей. Не просто обстреливаете, а стреляете, пока они за вами не погонятся, тогда проскакиваете вот здесь, — Пётр Христианович начертил расположение егерей с гренадерами на своей горушке. — Нужно проскакать параллельно нашему расположению, чтобы их конница, что вас будет преследовать, проскакала на расстояние досягаемости наших ружей. Вот через эту поляну нужно их провести за собой. Тут мы их всех и положим. И вы живыми останетесь, и французы погибнут. Если чего не понятно, спроси сейчас. Стой. Вы должны проскакать мимо их егерей и начать стрелять по уланам, с расстояния в сто метров… Э в триста футов.

— Так пуля пистолета не долетит…

— Клаудио!

— Понял, Ваше Величество. Наша цель заманить их под ваши дальнобойные ружья.

— Замечательно. Теперь ответь мне на вопрос: «Вы сможете всё сделать точно по плану»? Не увлечётесь? Нужно не геройствовать, а заманить. Вы, даже если все умрёте, больше двух сотен французов не убьёте. А мы их положим всех.

— Веронские дворяне всё сделают, как вы сказали, ваше Величество.

— Начали. Чем, быстрее, тем лучше. А то совсем стемнеет.

Время пошло на секунды.

— Ванька, зелёную ракету. Кристианушка, берёшь тот же десяток с максимальным количеством гранат. И вон на тот бугорок. Начинаете их швырять при максимальном расстоянии до кавалерии. Пусть будет семьдесят метров. Если гранаты кончатся, занимайте круговую оборону и отстреливаетесь только в том случае, если на вас полезут. Событие маловероятное — конь туда в густой кустарник не полезет. Ну, вдруг десяток безумцев спешится. Как понял.

— Приём. Приём. Понял Петер. Всё сделаем.

— Иван Козьмич, задача та же самая, что и два часа назад, скрытно подползти на пятьсот метров со Слонобоями и открыть огонь при первых выстрелах из пистолей дворянского ополчения. Здесь дело чуть подольше будет длиться, так что возьмите по три жёлтых патрона. Да, и мало ли, хрен этих французов поймёшь, возьмите с собой и винтовки Бейкера, и по два пистоля. Эти идиоты стояли, стояли, а потом как пойдут в атаку. А позади вас французская конница в этот момент может оказаться. Только не геройствуйте. Всем это говорю. Врага нужно бить издалека и при этом так, чтобы он нам ущерба причинить не смог. Ну, да ты пять лет уже со мной воюешь, должен науку побеждать выучить.

— Есть, не геройствовать. Всех убью один останусь, как вы шутите.

— Иди, шутник. Ребят чтобы всех живыми привёл назад.

Событие сорок пятое

Побеждать ты умеешь, но не умеешь пользоваться победой.

Плутарх

Пиррова победа — вот истинная виктория: одним махом избавиться от врагов и от своих.

Станислав Ежи Лец

Ох, не пустят товарища Брехта в коммунистический рай. Зачем там дураки нужны? Полководец хренов!!! Дурень!!! Стратег, мать его итить! И ведь издевался и мысленно, и вслух над французами. И что?! Как пацана переиграли. Он с ними в шахматы, а они, оказывается, в пинг-понг играли. Брехт всё понять не мог, зачем это «стояние на Угре». Думал, что спятили лягушачьи генералы. А они держались до последнего, ни на одну его провокацию не отреагировали. Дали этим железным парням приказ стоять, они и стояли. А чудик этот попаданческий развлекался, то пешки вперёд двигал, то лошадью ходил, дебилоид. Ведь, «сядь на пенёк, пожуй пирожок», и сразу ясно бы стало, что воинство это разноцветное время тянет. Их, этих шесть тысяч французов, послали на убой французские генералы, чтобы они выиграли время. Нужно было эвакуировать по западной дороге в Милан королевскую семью, артиллерию и (ссука) огромное количество награбленных ценностей. Самое обидное, что целую кучу картин. Да и прочих Давидов. (Ещё раз ссуки.) Давида кстати не вывезли. Сломали. В третий раз материться не стал. Хоть второго по значимости статуя из Флоренции умыкнули — Персея Бенвенуто Челлини

А Давида разбитого, чего уж, что мы не люди — вывезем сами, склеим. Других статуй из бронзы, вообще, кучу вывезли. И бюстов всяких. Освободили под новые шедевры место и в галерее Уфицы. Между делом Брехт узнал и в чём суть названия. Это, скорее, английское слово, чем итальянское. Это просто «офисы». Какой-то там очередной Медичи построил новый корпус для своих менеджеров, и даже воздушный переход, чтобы с чернью не соприкасаться, длинною в километр построил от своей старой резиденции к новым офисам.

Французы, какими бы крепкими оловянными солдатиками они не были, тьфу, не крепкими — стойками, так какими бы стойкими они не были, не смогли выдержать наскока дворянской конницы. Стали когда падать опять егеря и всадники первых рядов, обстреливаемые с невозможных для пистолей дистанции, французские уланы и гусары не выдержали и бросились на итальянское ополчение. А за ними и пехотинцы устремились. И как ни готовился Пётр Христианович к такому действу противника, а лишку оказалось их. Гренадёры положение почти спасли, сотни и сотни брошенных гранат нанесли наступающим кавалеристам серьёзные потери. Один чёрт, десятикратное превосходство сказалось. Почти на рукопашный бой перешли. И тут, надо отдать должное веронцам, их сотня полегла почти вся, но они создали зазор между французами и егерями, работающими на пределе возможностей. Два выстрела в минуту делали. Сотни пуль. Веронцы, посланные в эту мясорубку капитаном Клаудио Ди Лоренцо, дали минуты три форы. И… Кончились. Опять бы смяли жиденькую цепочку егерей, но тут вступил в действие «засадный полк» из десяти гренадёров под руководством младшего Витгенштейна. Из своей засады десяток гренадер ударили в тыл французской кавалерии. И опять те встали. Десятки брошенных гранат сбили прицел и сломали настрой улан, они завертелись, не понимая, где противник и дали Брехту с егерями и перешедшими на винтовку Бейкера гренадерам ещё пару минут. И кончились просто кавалеристы у Франции. Брехт, пока подходит пехота вражеская, со старшим из братиков бросился к заваленному трупами коней и французов холмику и под грудой тел отыскали Кристиана. Жив курилка! Ранен. Два сабельных удара. Лоб рассечён, но видимо каска спасла от основного удара, только порез. А вот ключицу левую точно перерубили. Понесли быстрее к своим, на перевязку. Гренадёры ещё троих израненных своих нашли, тоже эвакуировали. Блин блинский, дорого «баварцам» навал французской кавалерии дался. А ведь ещё и пехота стройными рядами подходит.

Длина имеет значение. Скорость тоже. Одно дело на тебя тысячи всадников мчатся галопом, и совсем другое — мерным шагом приближаются к тебе мушкетёры и егеря. Эти не выдержали массированного огня и побежали, не дойдя всего тридцати метров до лихорадочно перезаряжающих винтовки егерей. И бежали, теряя ружья и ранцы, пока даже Слонобои перестали доставать. Конницы преследовать, к сожалению, не было. Да, и ладно, ушло-то не больше сотни человек, всё, что осталось от шести тысяч. Только при полном разгроме, если по большому счёту, потерпели баварцы катастрофическое фиаско, дав уйти и малолетнему королю и матушке-регентше его. Картины со статуями потом из Парижа и Милана забрать можно. А вот с легитимностью Фердинанда, как короля, теперь вопрос. Он же герцогом был. А королевство Этрурия хоть и не на сильно много, но всё же побольше Тосканского герцогства. Брехт хотел добиться от семейки испанской отречения. А теперь? Выхода, кроме как идти на Милан нет. Непруха. Было в планах взять на копьё Рим.