Шрифт:
Lila Korosteleva
И я радуюсь о тебе с ликованием
Софония 3:17.
Лучшее время
Последняя неделя апреля. Лучшее время. Ещё нет трудов в поле. Принести дров, затоптать печь одну и вторую; принести воды в баню, затопить баню; река столь полноводна. Ещё оставшиеся куски рыхлого льда пробиваются через мостик и шуршат под ним. Остановились, замерли и что-то последнее, а сами из сотни пузырьков, пробились, чтобы влиться в воды жизни. Один лишь переливающийся на солнце обрывок зимы. Маленький жучок на льдинке отправился в плавание. Жучок катится в журчание порожка из остатков старого мостика. Вдали лает собака, как и вчера вечером, чёрная и кажущаяся огромной. Не узнаёт меня. Рано утром, в окно я вижу розовый обрывок неба. Может быть, мне все это снится, и Декарт произносит эти слова, а не я. Или Борхес, который пишет стихотворение о Декарте. Ступаю босая по холодным половицам и открываю дверь в светелку. Холодный воздух заполняет мою комнату, слишком протопленную.
День тонких листьев
Середина мая
Вспаханное поле
День тонких листьев
И цветов ирги
Дождь орошает поле
Басё моя единственная любовь
Один день
Журавли летят на болото
Заготовка сухого борщевика для изготовления флейт дождя
Письма старца иеросхимонаха Сампсона
Охра сухих трав
А я все навожу и навожу порядок в деревенском доме
Завтра уберу сухую траву
обрежу кусты
Посадка льна
Я боролась с сопротивляющейся землей, разбивала застывшие вперемежку с длинными белыми корнями комья, бросала их подальше. Они летели и рассыпались, ударяясь о землю пыльным вихрем. Прорезала неглубокую лунку, насколько хватало сил, набирала в горсть искрящиеся семена льна и засыпала неровной змейкой. Гесиод и Вергилий перешептывались.
Ящерка
Остроносая и бесхвостая ящерка
Замирала
От звука моего голоса
Потом пробежала по мостику
И скрылась в траве
Где-то ее утраченный хвост
Вспоминая Хайдеггера
Я видела, как она впряглась в плуг
И выставив плечи и голову вперед
Потащила его за собой
“Исток художественного Творения”
Спасение мира
Леви-Стросс обронил
Что будущее человечества
За вымирающим племенем бороро
Мир спасет орнамент
Так
Пчелы рисуют
Соты
Своего дикого существования
Метафизика ткачества
Начало всему – Нить
Моя нить вплетена в пространство деревенского дома
Уют есть промежуток между небом и землей
Земля – это пахота
Архаичные формы творчества или любого технэ
Живут как природные существа
Как Цветок или
Стебель льна
Ткала на ткацком станке
И была птицей, вьющей гнездо
Жизнь спасшихся
Время шершавым языком
Стирает память
Те же пашни
Чей-то Дом
Без единого воспоминания
Беззаботно бредут в поле спасшиеся
Собирают пыльцу одуванчиков
Возвращаются уставшими
Греция, в которой я никогда не была
Смотрю на маслины
В прозрачной банке
Оттуда они
где солнце и ветер
Свобода и море
Красивые люди
Кудрявые дети
В море бросают камни
Одно прекрасное утро
Июньское утро
Пасмурно и спокойно
Умылась
Сварила кофе
Постирала в ручье
Прогулялась в поле
Послушала скрип длинной тощей сосны
Почему она одна издает такой скрип?
Кукушки наперебой перекуковываются
Нанизала на медную проволоку три древних пряслица
собрала сломавшийся полукруг вешки для ремизок
Трансгрессия жизни в творчество
Пыталась косить косой
Но коса то и дело вываливается из крепления
Думала о трансгрессии
Может быть, почитать Фуко и Батая?
Если честно, я думала о невозможности Любви
И потому каждый день я начинаю любить тебя заново
Такова трансгрессия жизни в творчество
Что такое поэзия
Место впускает односложность
Земли и Неба, Богов и смертных в постройку, превращая ее в пространство. Хайдеггер поэт.
Ручей
По поверхности ручья бегут травинки, пушинки, жучки, маленькие вихри несут листочки, целые скопления жизни. Дальний отзвук кукушки, первая стрекоза. Кроме фюзиса радует только Логос, но со значительной уступкой.