Чтение онлайн

— Это хорошо что есть, это хорошо, — без особого, как мне показалось, энтузиазма отреагировал на это моё заявление десятник. Но подорожную у меня всё же взял. И отступив чуть назад, развернул бумаги, повернувшись так, чтоб свет ближайшего фонаря падал на них. Впрочем, сильно лучше видно ему от этого по моему мнению не стало. Далеко слишком до источника света.

— Так… А разрешение на ношение оружия где? — сурово вопросил старший патруля, быстро поглядев мои документы.

— В бумагах же чётко сказано, что я являюсь кавалером ордена «Страж Империи» второй степени, а, следовательно, имею право на свободное ношение длинноклинкового оружия, — указал я на недосмотр десятника явно невнимательно ознакомившегося с переданной ему подорожной.

— О как? — озадаченно нахмурился тот и вновь развернул бумаги. Долго разглядывал их, силясь разобрать написанное в них в неясном свете фонаря. Пока, наконец, ему это не надоело. И тогда он аккуратно свернул подорожную, пригладил усы, покосился на меня, и, откашлявшись негромко, обратился к оклемавшимся забулдыгам: — Ну а вы что скажете?

— Да мы ток медяшку-другую подошли спросить, — шмыгнув кровоточащим носом, с обидой произнёс косматый пьяница. — А он… — И развёл руками. — Ни за что ни про что бить нас стал…

— Понятно… — задумчиво молвил страж городского порядка. И с явным осуждением посмотрел на меня: — Почто так сразу бить? Безобидные же абсолютно люди, Бран с Тарчем…

— Да не трогал я их, — с досадой бросил я, на что десятник только хмыкнул, покосившись на изгваздавшегося в крови бородача. Выглядящего так словно его и впрямь измордовали не на шутку.

— Ладно, разберёмся, — подумав чуть, решил старший патруля. И сурово наказал, обращаясь к двум этим пьяным идиотам: — Чешите домой. В порядок себя приведите. И не смейте в таком виде по улицам шляться. — А когда Бран и Тарч, торопливо покивав, молниеносно свинтили с места происшествия, перевёл взгляд на меня и задумчиво эдак молвил. — Ну а тебя нам, похоже, придётся задержать…

— За что?! — искренне возмутился я таким поворотом дел.

— За всё хорошее, — вмешался в наш разговор один из стражников — самый молодой. Не терпелось ему видать высказаться. Оттого он не преминул язвительно подметить: — Может в твоей дерёвне драки и в порядке вещей, а у нас, в городе, за них можно до месяца исправительных работ схлопотать.

— Во-от! — надзирательно поднял вверх палец десятник, одобрительно кивнув своему подчинённому. И велел мне: — Так что давай-ка сюда своё оружье, да топай за мной.

— Да вы чего?! — растерянно воззрился я на римхольских стражников, не в силах поверить в то, что они меня из-за такой ерунды повязать решили. — Какая к демонам драка?! Один сам упал, да рожу разбил, а второй лишь поддых схлопотал для острастки, когда кулаками махать вздумал!

— Разберёмся, — повторился десятник. Уточнив при этом: — В управе.

— Да чего тут разбираться?! — возмущённо высказался в ответ я. — Моё слово против слова каких-то упившихся придурков!

— На счёт того, что Бран и Тарч придурки, спорить с тобой не буду, — хмыкнул седоусый стражник. И, вновь подняв вверх указательный палец, произнёс: — Но… — Выдержал многозначительную паузу и закончил мысль: — Но это наши, местные придурки. — После чего донёс до меня очевидное. — А ты — не наш!

— Да ещё и из коронных… — вякнул молодой стражник.

— Так и что меня теперь из-за этого шпынять? — в сердцах бросил я, уяснив наконец в чём вся проблема. Всё дело в том, что, мало того, что я неместный, так ещё и коронный стражник. Вот удельные служаки и взъелись на меня. У них же издревле сложилось неприязненное отношение к нам, потому как работа что у них, что у нас, считай одна и же, а деньгу мы совсем разную в итоге имеем, да ещё и привилегий различных у коронных стражников в отличие от удельных хватает.

— Никто тебя не шпыняет, — заверил меня недовольно глянувший на своего молодого подчинённого десятник. — Всё согласно буквы закона.

— Тогда вообще никакого повода для моего задержания не вижу, — пожав плечами, заметил я, раз уж пошла речь о законах. — Для выяснения меня задерживать нет необходимости — ибо с моей личностью уже определились. А если по поводу происшествия, так то только с санкции управы Дознания, или без оной лицом чином выше моего! И с обязательным незамедлительным уведомлением об этом моего непосредственного начальника!

— Ты это, не умничай давай, — одёрнули меня. — У себя в этом, как его… — Бросив взгляд в мою подорожную, седоусый продолжил. — В Кельме, умничать будешь. А здесь снимай пояс с оружьем, да шагай вперёд — в управу.

— Вот… — выругался я про себя, глядя на стражников, стянувших по знаку старшего стреломёты с плеч. Не прокатило… А ведь должно было. Пусть срок моего контракта и вышел, но пока я всё ещё числюсь откомандированным служащим Первой управы. И буду считаться им до момента пока не доберусь до Кельма, где будет закрыто моё послужное дело. Так что десятник крепко неправ…

— Давай оружие и шагай уже, — неожиданно потерял терпение седоусый страж. — Некогда нам тут с тобой рассусоливать…

Вздохнув, я без особой надежды поинтересовался у служивого:

— А в управе есть кто из старших? Чтоб разобраться по уму сразу, если уж тебе лениво?

— Нет там никого, — отрезал он. — Давно все по домам разошлись.

А один из его подчинённых, не сдержавшись, с ухмылочкой выдал: — Так что придётся тебе эту ночку провести в нашей гостевой…

— Заткнись, Свен! — зло оборвал его десятник. И с угрозой добавил, так что молодой стражник мигом следующей фразой подавился: — И пасть свою поганую не по делу не раскрывай!

— Да ну это полная дурь! — в тот же миг вырвалось у меня. Ибо стало мне ясно как день, что всё это неспроста… И задумали римхольские служивые определить коронного стражника на постой в общую камеру предварительного заключения, где томятся задержанные ночью выпивохи и дебоширы, а так же мелкое ворьё, ну и прочая подобная шушера. За такое, честно говоря, впору рыло удельным чистить. Потому как неприязнь неприязнью, а меру всему знать надо. Мы ж их так не позорим — с пьянью и рванью всякой закрывая…