Чтение онлайн

Резко делаю грубый толчок в неё, от чего голубые глаза закатываются, а изо рта вырывается крик.

То, что происходит дальше, нельзя даже сексом назвать.

Ебля. Жесткая, с громкими стонами и шлепками плоть о плоть. Так дерзко я даже по пьяни не трахаюсь. Но ее ноги все выше завожу, тараню нутро несдержанно.

Она кричит, но совсем не от боли, глаза стеклянные, а ногти так и царапают плечи.

— Хочу тебя на обеденном столе, чтобы всегда помнить, как пер тебя на нем.

С этими словами ставлю ее на пол, толкаю к столу, она хочет сесть на него, но я разворачиваю Салтыкову к себе спиной.

Нагибаю ее над столом, широко развожу ноги, наклоняюсь и языком проникаю между складок. Вожу туда и обратно, до того момента, пока она сама не начинает на меня насаживаться.

— Тимууур! Перестань... — скулит она, а я только темп прибавляю, смазываю все слюной, чтобы было легче входить, а не сдирать кожу с члена.

Она собирается кончить, поэтому я прибавляю палец, надавливаю на вершинку.

Толкаюсь языком глубже. Сильней. Быстрей.

До того момента, когда она начинает дергаться в руках, пока я не чувствую, как она пульсирует и изливает ещё больше смазки, которая течёт по моим пальцам.

Ебать.

Такое вообще бывает?

Почему это выглядит так развратно?

Кажется, ничего шикарней я ещё не видел.

То, как кончает твоя девка у тебя на лице. Мне сразу же хочется ещё, но нужно и о себе позаботиться.

Встаю, слыша ее мурлыкающие хныканья, и заменяю язык стволом, что вот-вот должен был стрельнуть жидкостью.

Дальше как в тумане.

Держу за волосы на затылке, чтобы не рыпалась и на месте лежала. Самому приходится нагибаться, потому что Полина достаточно маленького роста.

Но мне все равно в кайф ее драть. Чувствовать свою власть над ней, слышать ее стоны, от которых по позвоночнику проносится разряд.

В глазах плывёт, и я, схватив ее за задницу, делаю решающие три проникновения.

Заливаю ее спермой, не сразу понимая, что кончаю в неё.

Да похер. Какая уже разница. Контролировать это я не могу.

Не могу отдышаться и стою над ней, пока она не начинает шевелить попой, говоря тем самым, что пора бы выходить из тёплого местечка.

Неа. Не хочу.

— Мы можем подождать, пока член снова встанет и продолжить, — говорю заплетающимся языком.

— Королев, давай слезай, у меня поясницу сводит, — страдальчески стонет она и снова виляет задом.

Выхожу из неё с хлюпающим звуком и засовываю друга в боксеры, продолжая безотрывно наблюдать за ней. За тем, как она вытирает у себя между ног сперму, которая течёт по ним.

А у меня улыбка никак с лица не спадает.

Фыркает мерзавка и кидает на меня колкий, осуждающий взгляд.

Бурчит под нос недовольно, а у меня резко в горле встаёт ком, в груди перехватывает.

По голове будто чем-то тяжелым ударили. И чувство такое, что воздуха недостаточно. Приятно и больно одновременно.

Сейчас я четко осознаю, что назад пути нет. Что я влип по самые помидоры.

Я походу... Влюбился.

Пиздец! Серьезно?

Просто, как так?! За что?

Главное, что мне теперь с этим делать?

Пытаюсь себя отругать за такую оплошность, но в душе появляется странная легкость. Огромный камень спадает.

Деваться все равно уже некуда.

Знаю, что без Салтыковой просто не смогу нормально жить. Пробовал, не получилось.

Моя она.

Пиши пропала вольная жизнь холостяка...

Сглатываю вязкую слюну, опускаю взгляд в пол, мечтая на самом деле пойти покурить, произношу:

— Жрать хочу. Корми давай.

Ох, как я замучалась!

Отношения с Тимуром Королевым оказались самым настоящим испытанием. Проверкой ни только моих нервных клеток, стойкости, но ещё и физической подготовки.

Корми его, короля такого, развлекай, как ему вздумается. Нашёл блин прислугу.

Он даже хотел заставить меня танцевать стриптиз! Уму непостижимо.

И мы вечно разговаривали, когда, конечно, не кричали друг на друга.

Да кто же знал, что он такой болтливый окажется. Ни минуты покоя не было.

Боже... Даже в туалет нельзя было спокойно сходить. Это, мягко говоря, было странно.

Непривычно.

Сиди ещё на месте рядом с ним, он все боялся, что я куда-то могу сбежать. Как бы не так. да еще и дверь закрыл на ключ!

Маньяк ей богу.

Меня это немного напугало. Но вёл он себя вроде, адекватно, даже дружелюбно.

Я смогла уйти от него только после недели прибывания в его квартире.

Отпускать он меня отказался. Предложил только перевести мои вещи в его хоромы.

Да сейчас! Бегу и спотыкаюсь. Не хватало мне ещё этого счастья.

Я только недавно из одной вырвалась, а тут уже другая.

В общем тем для ссор нам было предостаточно. Так, что скучно не было от слова совсем.

В институт мы так же эти дни не ходили и в то время пока Тимуру было все равно, у меня с каждым пропущенным занятием нарастала паника.

Вот-вот уже конец семестра, нужно закрыть все хвосты до длинных выходных. А я прохлаждаюсь в объятиях наглеца.

Благо мне удалось слинять, когда к нему в гости заявился обеспокоенный Филипп, он то и помог мне наконец усыпить бдительность настойчивого парня.

Нет. Отношения с Ильей отличались координально, теперь я понимаю, что, по сути, мы были два отдельных человека. Вроде и вместе, а на самом деле по раздельности.

Но здесь мы безотрывно находились вдвоём. Ели, спали, даже душ принимали вместе.