Чтение онлайн

Валли кивнула, и они, все больше волнуясь, пошли вдоль ряда домиков. По пути они заметили, что вокруг хижин стоят разные интересные штуки: скульптуры, детали двигателя, разрисованные скамейки.

– Наверное, это художественные студии или что-то вроде того, – предположил Тэвин. – Прямо какая-то колония художников на пустыре.

Наконец они дошли до двери, за которой скрылась женщина, и Валли дважды постучала. Тэвин отступил на пару шагов и остановился неподалеку, он хотел быть достаточно близко, чтобы защитить Валли, но не настолько, чтобы напугать женщину.

– Кто там? – послышался голос из-за двери.

Валли на секунду замешкалась.

– Это Уоллис, – ответила она громко, чтобы было слышно за дверью. – Валли.

– Кто?

– Это Валентина, – сказала Валли после небольшой паузы. – Я ищу Елену.

– Валентина? – послышался женский голос.

Оба замка снова щелкнули. Дверь приоткрылась; женщина, стоящая за ней, выглядела недоверчиво и настороженно. Она уже сняла свой разноцветный шарф, на вид ей было лет сорок, длинные темные волосы едва начали седеть, обычное лицо, но с пронзительными зелеными глазами, которые теперь внимательно смотрели в узкую щель у приоткрытой двери. Женщина взглянула через плечо Валли туда, где стоял Тэвин, он сделал еще шаг назад, надеясь, что женщина не испугается его и не закроет дверь.

– Еще раз скажите, кто вы? – спросила женщина у Валли.

– Я – Уоллис, – ответила Валли, и голос ее неожиданно дрогнул.

По смущенному, но спокойному лицу женщины было ясно, что она понятия не имеет, с кем разговаривает. Очевидно, это была не ее мать, и это очередное разочарование глубоко задело Валли. Сколько еще таких разочарований ей предстоит пережить?

– Меня зовут Уоллис, – повторила она. – Вы забирали почту из ящика триста десять… в почтовом отделении?

Брови женщину поползли вверх, когда она поняла, что произошло.

– Постойте-ка… – сказала она. – Так вы шли за мной? От почты? Да что вы о себе возомнили? Сейчас же уходите, или я позову…

– Пожалуйста, – взмолилась Валли, когда женщина попыталась закрыть дверь, и подлинное страдание в ее голосе остановило женщину. – Мне просто нужно поговорить с ней.

– Уоллис, да? – начала женщина ровным, спокойным голосом. – Уоллис, это не ваше дело, но я проверяю ящик триста десять по просьбе своего друга…

– Елены? – спросила Валли. – Хотя… нет, у нее теперь другое имя.

– Нет, дорогая, это мужчина, – ответила она, смягчаясь, но тут же оборвала себя. – Это неважно. Этот ящик у него всего несколько лет. Вот что: если хочешь оставить записку, я ее передам, но мне кажется, что это какая-то ошибка.

Женщина ждала ответа, Валли же была растеряна как никогда. Тэвин подошел к ней и положил руку ей на плечо.

– Оставь записку, Валли, – сказал он мягко. – Может быть, все еще есть какая-то связь.

Валли только кивнула. Женщина на минуту исчезла, дверь дома приоткрылась ровно настолько, чтобы понять, что внутри – художественная студия с несколькими рабочими столами, заваленными белой бумагой – вощеная бумага, рисовая бумага, мотками проволоки и какими-то блестящими режущими инструментами. С потолка свисали работы женщины: странные легкие конструкции из белой бумаги, в рамках из тонкой проволоки, как невероятные воздушные змеи.

Женщина вернулась с альбомом и карандашом в руках и протянула их Валли. Валли взяла карандаш и на минуту задумалась, не зная, что писать. Написав несколько предложений, она оставила подпись и номер телефона. Вырвала лист из альбома, сложила, вывела сверху: «Кому-то…» – и протянула альбом и записку женщине.

– Спасибо, – проговорила Валли глухим, тихим голосом. – Простите, что побеспокоила вас.

– Ох… нет, это ты прости, что я не смогла тебе помочь, – сказала женщина, глядя на альбом и блокнот. В ее голосе звучало искреннее сочувствие, и в глазах появилась жалость. – Я надеюсь, у тебя все получится.

Валли безучастно кивнула и развернулась, Тэвин пошел за ней вдоль ряда домиков.

– Мне очень жаль, – сказал Тэвин.

Валли кивнула. Они почти дошли до конца ряда, когда услышали позади голос женщины.

– Подождите, – сказала она. Валли и Тэвин повернулись и увидели, что она все еще стоит в дверях и держит перед собой записку Валли, которую явно только что прочла. – Ты правда ее дочь?

– Да, – ответила Валли без колебаний. Она вернулась у женщине, которая теперь выглядела встревоженной и обескураженной.

– Когда ты ее в последний раз видела? – спросила женщина.

– Никогда, – сказала Валли.

– Ох. – Женщина была поражена, мысли ее разбегались, она никак не могла решить, как поступить. – Дело в том… на самом деле это женщина, я забираю почту для нее, не для мужчины. Прости. Я вроде как прикрываю ее. Я ее не очень хорошо знаю. Мы случайно познакомились, когда только начали снимать здесь студии…

– Здесь? – спросил Тэвин, стоявший рядом с Валли. – Она снимает один из этих домиков?

– Да, – неохотно призналась женщина. – Как я уже сказала, мы едва знаем друг друга, но она очень мила, и так как она нечасто здесь бывает, я забираю для нее почту. Сюда почту не приносят, большинство здесь пользуются почтовой конторой.

– Какой из домиков – ее? – спросила Валли, и сердце ее снова бешено забилось.

Женщина снова помедлила, разрываясь между чувством и долгом. Должна ли она помочь и насколько? Она посмотрела на Валли, заглянула ей в глаза, пытаясь оценить степень правдивости ее истории.

– Ты ведь действительно ее дочь? – спросила женщина. – Ты бы не соврала мне?

– Нет, – ответила Валли. – То есть да. Я просто пытаюсь связаться с ней.

Валли немного заикалась от волнения, но женщина, казалась, удовлетворилась таким ответом.

– Через ряд отсюда, – сказала она. – Номер двадцать семь, на полпути отсюда к воротам. Я уже сунула ей почту под дверь. Я ее не видела несколько недель, но я знаю, что она все еще приходит.

– Спасибо вам огромное, – поблагодарила Валли. – Все будет хорошо, я обещаю.