Чтение онлайн

Сандра ошарашено замерла, осмысливая услышанное.

— Грегори сейчас видит последствия их действий, понимает и примеряет все то, что несут с собой темные на своего брата. Он страдает, потому что приходится отрезать его от себя, а это очень больно, — постарался объяснить Эрик.

Недолго думая, Сандра приникла к его груди, пряча лицо. Слишком часто она в последние дни слушала за этих темных. Слишком много ужасов жизни узнала, реалии пугали своей жестокостью. Невозможно представить, как пережить такое, с чем столкнулись они. Изломанные жизни и истерзанные души, вот что она видела. И сейчас хотелось просто малодушно сбежать, оставив все за спиной, уйти от грязи и холода, что заползала змеей в сердце.

— Ты жалеешь, — догадался мужчина, легко поглаживая ее по спине.

— Боюсь, — честно ответила она, признаваясь в своих страхах. — Но ведь это естественно?

Зеленые глаза смотрели на него, ожидая его решения, а он тонул в них, не в силах оторвать взгляда. Она стала для него всем, его душа и сердце. Он так и не признался ей в любви, просто не смог. Смирившийся, уже сжившийся с мыслью о том, что для него в этом мире Избранной нет, после ее обретения Эрик все еще не мог в это поверить. И сейчас, видя первые росточки осознания ее чувств к нему в этой завораживающей зелени, что безвозвратно брала его в плен, он боялся даже дышать, чтобы они не ушли, оставляя его одного наедине с собой.

— Ты — моя жизнь, родная, — сказать эти слова было так естественно, почти признание в любви, и, может, даже больше того, но все-таки не те же слова. Потом, он скажет ей об этом, когда она будет готова, наедине. Скоро, совсем скоро, судя по тому, что он прочитал в ее глазах. — Я буду всегда оберегать тебя.

Глаза ее вспыхнули еще ярче, и все трудности и неистовая скорбь дня отошли на второй план, оставляя их наедине. Эрик видел настороженность и скованность, что проскакивала в ее глазах, но видел также, что стена отчуждения ушла, оставляя после себя широкое беспокоящееся пространство неуверенности и боязни. Она боялась подпускать его к себе и в тоже время она отпускала на волю свои чувства, отпускала ситуацию в целом, отдавала все на волю судьбы. Она доверилась ему, откинув страхи, что терзали ее, и это заставляло еще сильнее любить ее.

— Эмм… Мне, пожалуй, пора, — послышался голос забытого ими обоими Джордана, второй раз за день ставшего невольным свидетелем сцен, которые не предполагались для чужих глаз.

И дело было даже не в том, что он услышал, а в том, что было сказано глазами, и что вызывало столь горячую зависть с его стороны.

Уже у машины, к которой Джордан подошел только с Эриком, так как тот попросил Сандру не отходит от ворот, негромко, так чтобы девушка не слышала разговора, спросил:

— Ты точно сможешь восстановиться к тому моменту, как друзьям твоего телепорта нужно будет возвращаться?

Эрик оглянулся на Сандру, обдумывая положение.

— Не до конца, — нерешительно, будто сомневаясь, покачал головой, оборачиваясь к нему, — но этого будет достаточно.

— Не до конца? — удивленно вскинул бровь друг и после паузы в несколько секунд тоже посмотрел на девушку, беспокойно переминающуюся у ограды. — Понял, не дурак.

— Джордан все никак не мог понять, для чего тебе его помощь, — послышался из машины баритон успевшего за это время немного придти в себя Грегори. — Ведь в прошлый раз ты все сделал сам, хватило Шорма.

Открывать туннель было легко, шов идеально расходился по ровному краю, другое дело, что удерживать его в таком состоянии было непросто. Пленка так и норовила слететь, оставляя туннель в естественном для него открытом состоянии, приходилось прикладывать недюжинные силы для того, чтобы не допустить этого и потом еще и смочь закрыть хлестающий чужеродной энергией, непригодной для ее использования, зазор обратно. Поэтому Джордан и другие присутствующие серафионы восполняли его энергетическое поле, чтобы оно полностью не иссякло.

Упомянутый Джордан смущенно пожал плечами и сел в машину. Помахав на прощание, клан Шруварт откланялся, оставляя молодую пару наедине.

Домой возвращались в тишине, правда эта тишина существенно отличалась от той, которая царила между ними по дороге от сада. Не было больше той напряженности и холодной неприступности, что сопровождала их раньше.

Стоило только ступить в холл, и навстречу им из гостиной выскочил Слэр. Глаза его взволнованно осмотрели новоприбывшую парочку, прежде чем с языка сорвался судорожный вопрос, выдавая все его внутреннее напряжение:

— Что с мамой? Отец заскочил на две минуты, а потом снова исчез, но так ничего и не объяснил, — взгляд его остановился на Эрике.

— Давно ты здесь? — поморщился он, прикрывая дверь, через которую они только что вошли.

Парень растерялся, но все же ответил:

— Минут десять, не больше, — дернул он плечом. — Дядя Эрик, я чувствую, что маме плохо.

— Слэр, не надо пока к ней ходить. Там твой отец, он ей поможет лучше нас всех вместе взятых. В любом случае, они скоро вернутся.

Нерешительно застыв, тот повернул голову, как будто через стены мог видеть то место, где находились его родители. Он чувствовал, что они вместе, но лишнее упоминание об этом вселило в него некую уверенность в то, что с ней все будет хорошо. Только это заставило его последовать совету дяди и остаться в доме, а не последовать тут же в сад.

— Грегори и Джордана были на нашей территории?

— Они были со мной, — кивнул Эрик, подходя ближе. — Слер, ты не замечал сегодня в колледже ничего странного?

— Если ты говоришь о темных, то нет, их не замечал, — опускаясь на ступеньку, сообщил он и положил локти на колени, перенося на них свой вес. — Нас хорошо охраняют.

— А по дороге домой?

— Учителя открыли внутримировой переход, так что я сразу оказался здесь. Но сомневаюсь, что они долго продержатся, — выразил он свое сомнение, опуская подбородок на сцепленные вместе пальцы рук.

— Слишком много энергии уходит, — подтвердил Эрик, садясь рядом.

Было интересно разглядывать их в такой непосредственной близости друг от друга, выявляя схожие черты, присущие обоим. Сандра шевельнулась, переставляя ногу, чем привлекла к себе внимание мужчин, ушедших в горячее обсуждение погрешностей способа перемещения домой, что использовалась в колледже.