Чтение онлайн

— Здорово, — восхитилась Ведара, — а в чем подвох?

— А что, он обязательно должен быть? — почему-то обиделся Лейврн, он-то ждал неиссякаемого потока благодарностей, а ведьма как-то слишком быстро сдулась, ведя себя слишком по-деловому.

Женщины в представлении барона должны улыбаться, излучая хорошее настроение и щебетать, щебетать, щебетать.

— Если исходить из того, что это боевой конь и взяться ему здесь просто неоткуда, то понятно, что в хозяйство его приладить не смогли, но и продать почему-то тоже. Отсюда и вопрос, что с этим красавцем не так?

У Лейврна мелькали те же мысли, но признаваться в этом он не спешил, до конца желая сыграть роль спасителя несчастной женщины. Он считал это верхом благородства и таял ос осознания своего блестящего воспитания. Пожав плечами, он помог ведьме расположить все ее вещи так, чтобы ей удобно было ехать верхом не один час, а потом преклонил колено перед седлом, жест в высшей степени куртуазный, но обычно используемый в отношении женщин благородного происхождения. Шайенн едва не фыркнул, испытывая нечто вроде ревности, но категорически отказываясь признаться в этом даже самому себе.

А Ведара посмотрела на терпеливо ждущего в столь странной позе мужчину со смесью благодарности и одновременно подозрения. Мало ли, вдруг это какая-то злая шутка? Решившись, она буквально взлетела в седло, едва наступив сапожком на колено барона и практически не коснувшись его затылка. Едва очутившись верхом, конь выразительно фыркнул и мягким шагом тронулся с места. Наконец то они покидали это место и уже завтра можно будет приступить к своим прямым обязанностям, по которым Ведара уже успела соскучиться. Пробуя нового коня, она чуть сжала его выпирающие бока, и жеребец тут же перешел на галоп.

Шайенн не торопился следовать за разошедшейся ведьмой. Вместо этого пристроившись возле Маккендзи, расслабленно глядящего в сторону всадницы, несущейся впереди, буркнул:

— Это жестоко, сэр Лейврн, вы не находите?

Барон прекрасно понял, что вампир хотел этим сказать. Но ведь они не на допросе, чтобы он, поджимая лапки говорил то, что хочется сэру Херефорду. Посылая своего коня на быстрый шаг, он чуть заносчиво улыбнулся, показывая вампиру, что здесь он в своем праве и пускать на личную территорию никого не собирается.

— Я не совсем понимаю, о чем именно вы сейчас говорите.

Темные глаза Шайенна полыхнули недовольством, но тон был предельно ровным:

— Госпожа Вольт не баронесса и даже не леди, и быстро привыкнет к вашим изысканным манерам. И очутившись в реальном мире, будет очень разочарована, что не все готовы ей кланяться и подавать ручку. Зачем вам это?

— А вы, стало быть, переживаете по этому поводу? — хохотнув, миролюбиво спросил Лейврн.

— Нам предстоит работать вместе некоторое время, — многозначительно произнес вампир, мягко отвергая все намеки барона, — и мне нужен здоровый климат внутри нашей маленькой команды. А в Хемшфире очень сильны традиции и боюсь, госпожа Вольт уже в замке графа Соммерсета почувствует на себе, как широка пропасть между лордами и простолюдинами.

— Все-таки переживаете, но не за нее, а за себя, — Лейврн снова понял все, что нужно было, — но не думайте, что госпожа Вольт так уж беззащитна. И можете быть уверены, у нее хватит ума не делать скоропалительных выводов из моего отношения к ней. Пока мы в походе, она всего лишь женщина, которую надо оберегать, а как только мы приступим непосредственно к работе, думаю, вы увидите двух злейших врагов.

Подобное признание Шайенн получить и не надеялся, поэтому удивленно вскинулся:

— Почему? Мне показалось, что натянутость между вами исчезла.

— Мы еще не приступили к делу, — напомнил сэр Маккендзи, — конечно насчет врагов я погорячился, но у нас с госпожой Вольт разные методы работы. Вот на этой почве у нас и будет происходить борьба.

— С интересом посмотрю на это, — хмыкнул вампир, успокоенный насчет того, чтоб барон ни коим образом не претендует на его alere.

Хотя его ли она? Может богиня ошиблась и все еще можно изменить?

Оставшийся вечер и часть ночи они мчались очень быстро, чувствуя упоение в скорости. И уже под рассвет их взмыленные кони буквально выползли к границе. Она существовала не только номинально, как в большинстве случаев и не проходила по естественной природной преграде типа леса или речушки. Граница между королевством Рут и княжеством Хемшфир самым солидным образом обозначалась по всему периметру особыми каменными колонами с острым шпилем, взмывающим прямо в золотисто-алое небо. Такие изваяния встречались каждые три километра. И белеющие кончики столбов были хорошо видны издали.

Уставшие путешественники вынырнули из леса прямо в поле и через несколько метров наткнулись на одно из таких «украшений».

— Пока не появятся наши пограничники, можете отдохнуть, — повелительно произнес Шайенн, ловко спрыгнув с Принцессы, которая единственная из всех выглядела свежей и довольной, — но не думаю, что прохлаждаться нам придется долго, нас уже почуяли и торопятся сюда.

— Хорошо, что вы не владеете даже зачатками магии. Иначе при такой чувствительности, нам было бы трудно с вами тягаться, — буркнула Ведара, стараясь не подать вида, как сильно у нее саднит то, что располагается ниже пояса.

И с тихими ругательствами повалилась из седла, успев мысленно проститься с жизнью. Лейврн успел вовремя, подхватив не такое уж и легкое тело ведьмы и бережно поставив на землю, повернулся, чтобы подойти к своему уставшему коню и хотя бы смочить ему губы. Но не тут-то было. С блаженной улыбкой Ведара снова начала клониться в сторону.

— Да что вы в самом деле, почему не держитесь?

— Не могу, — смущенно пробормотала она, с благодарностью принимая помощь, — и вообще мне кажется, что мои ноги сейчас похожи на колесо и такими останутся навсегда.

Сэр Маккендзи скептически осмотрел нижние конечности ведьмы, найдя их на свой вкус чуть более пухловатыми, чем надо, хотя все выглядело в меру достойно и даже аппетитно. И конечно же, он не позволил себе выразить даже слабый намек на это. Во-первых, это не по-мужски, а во-вторых он давно и крепко женат и одно дело, поухаживать за женщиной в меру своих возможностей, как того требует этикет, другое провоцировать на что-то большее. Вспомнив что именно Ведара ела в последние две остановки, он нахмурился и грозно проворчал: