Обратный отсчет

Вновь выражаю особую признательность доктору Рики Льюис (Блог: Исследования в области ДНК) за мое приобщение к ее обширным познаниям в области биофотоники. Также я признателен Лизе Вайнберг, Робу Вильямсу и всей команде «бета-ридэров» – за их бесценные советы и комментарии. И наконец – тебе, дорогой читатель, за проявленный интерес и потраченное время.

Ознакомившись с Содержанием, вы, возможно, заметили, что в книге есть ссылка. Она содержит информацию о синдроме Зальцбурга и назначении отдельных генов, а также пояснение нескольких важных терминов. Заглядывайте в нее по ходу чтения.

Джек Грир: сорокалетний геофизик, иногда ведет себя импульсивно и резко; главное, что интересует его в жизни, – это поиск истины, какова бы она ни была. Подвержен слабостям, среди которых курение, азартные игры и еще какие-то вещи, не требующие больших волевых усилий.

Миа Вард: тридцатипятилетний блестящий генетик; приложила немало усилий, чтобы восстановить свою разрушенную жизнь, и готова на все ради спасения дочери от последствий синдрома Зальцбурга.

Анна: андроид, снабженный искусственным интеллектом, уникальна в своем роде: она соединяет эффективность нейросети с заботливостью и стремлением вникнуть в иррациональность человеческого поведения.

Гэби Бишоп: пятидесятилетний выдающийся астрофизик, взрослая женщина; не только коллега, но и давний друг Джека. Ее здравомыслие нередко удерживает последнего от поспешных решений.

Даг Густавсон: шведский палеонтолог под тридцать; мыслитель, прячущий свою уязвимость под завесой юмора.

Грант Холланд: пятидесятидевятилетний биолог, британец по рождению, Грант не боится пересекать границы между наукой и мистицизмом.

Ражеш Висванатан: в тридцать два года Ражеш создал Анну, что превратило его в восходящую звезду МТИ. Для бездетного Ражеша Анна – больше, чем робот: она практически его дочь.

Юджин Джареки: сорокалетний физик-теоретик, прикрывает страхи и чувство незащищенности заносчивостью и бравадой.

Адмирал Старк: Старку около пятидесяти лет. Он продолжает давнюю семейную традицию службы в ВМС. Нелегкий в общении, он представляет тип человека, которого вы хотели бы иметь на своей стороне.

Олли Купер: неотесанный, но по-своему привлекательный пятидесятилетний Олли вначале был агентом Стража, но теперь стремится загладить прошлые грехи. Его главное достоинство – преданность, которая может оказаться его главной слабостью.

Девятнадцать членов сенатского Комитета по разведке грозно взирали с высоты своих дубовых тронов. Ниже располагался ряд фотокорреспондентов, производящих сотни, если не тысячи, снимков того, как Джек Грир, Миа Вард и адмирал Старк пытаются устоять под агрессивным градом вопросов.

– Не могли бы вы объяснить членам Комитета, каким образом агенты группировки, которую вы называете Страж, смогли выдать себя за представителей военной разведки и проникнуть на особо охраняемый объект? – сенатор Эл Джонсон почти прижался ртом к микрофону.

– Их документы были в полном порядке, Сенатор, – одетый в черную морскую форму, адмирал Старк выглядел очень представительным. – Мы были уверены, что ат инский корабль находится в безопасности.

Джек невольно улыбнулся тому, что адмирал использовал ставшее популярным в социальных сетях прозвище наших космических соседей. Все началось с поста какого-то бойкого блогера, озаглавленного Alien Tourists Enigma – Answer Now! («Требуем раскрыть тайну космических туристов»). Пост стал очень популярен в интернете, и на него посыпались ссылки под хэштэгом #ATEAN, что стало произноситься как «ат ин».

Адмирал Старк продолжал стойко отбивать атаки:

– Мы полагаем, что они имели поддержку в высших рядах командования.

Аудитория загудела.

Председатель Комитета Хэтфилд скрестил руки на груди и, подавшись вперед, спросил:

– Не могли бы вы говорить поконкретнее?

– На данном этапе, к сожалению, нет, – Старк отрицательно покачал головой.

– Как бывший офицер ВМФ, – сенатор Джонсон снова ринулся в бой, – скажу, что это вопиющая некомпетентность!

– Мне жаль, Сенатор, – Старк был совершенно спокоен. – Как только обнаружилась брешь в нашем протоколе безопасности, все федеральные разведывательные агентства объявили своим приоритетом выявление и задержание членов Стража. На данный момент власти более пятидесяти стран провели сотни задержаний. Уверяю вас, каким бы могущественным Страж ни был в прошлом, сегодня он не более чем тень самого себя.

– Может, и так, Адмирал, – Джонсон сдвинул очки на лоб и потер правый глаз. – Но урон уже нанесен. Мы здесь, в частности, для того, чтобы разобраться, кто из вас допустил, что группа террористов получила свободный доступ к самому чувствительному открытию нашего времени.

Джек увидел, как на лбу Старка выступают капли пота, и вмешался:

– Со всем уважением, Сенатор, хочу отметить, что операция проводилась на глубине в много сотен метров в Мексиканском заливе, да еще в условиях спешки и хаоса, вызванных международным напряжением. Было не до тщательной проверки документов.

– Как бы там ни было, доктор Грир, люди Стража не только сумели похитить передовые технологии, но и – Джонсон заглянул в отчет о работе, составленный Джеком и Мией, – уничтожить технику, на десятки или даже сотни лет опережающую наши возможности.

– Позвольте напомнить, Сенатор, – Джек выпрямился в своем кресле, – что ударная волна от разрядов дестабилизировала известняковые формирования, на которых лежал корабль. Со Стражем или без него корабль был обречен.