Чтение онлайн

Уже второй раз так. Когда он приходил в субботу, парня на месте не было. Выходил покурить?

— Добрый вечер, — Мэтт вяло кивнул, продолжая движение к лифту.

Нельзя же пройти мимо, будто это не с ним пытаются установить зрительный контакт глаза в глаза. Парень проследил за его передвижением, и теперь взгляд стал ощущаться где-то в районе лопаток. Мэтт легко нажал кнопку лифта. На табло загорелся последний этаж.

— Вы снова к сеньорите Шетти? — в голосе послышалось любопытство.

Как забавно звучит испанское обращение в отношении индийской красотки. Мэтт крутанулся на носках: консьерж навалился на стойку и перегнулся через неё. «Уж мне-то можешь рассказать», — шепнула вся его поза.

Нет.

— Да, — Мэтт стянул с головы шапку, взъерошил примявшиеся волосы. — Её снова еще нет?

— Не-а, — мотнул головой парень.

Чёрные глазки снова начали своё исследование. Снизу вверх. Сверху вниз. Любопытно. Мэтт обернулся через плечо и взглянул на табло. Пятый этаж, четвёртый…

— Ясно… — пробормотал он. — Ну… Я подожду.

Очевидно же, что она не явилась бы домой раньше семи. Она не из тех людей, которые назначают встречу и приходят не вовремя. Кто-то её надрессировал. Загадочный Майрон? Семь значит семь, а до того придётся подпирать дверь квартиры или сидеть на мраморном полу.

«Дзынь». Створки лифта поехали в стороны.

— А вы какой-то работник? — вдруг прозвучал вопрос.

Мэтт уже занес ногу над порогом, но остановился.

— Может, массажист? — продолжил консьерж. — Только ничего не подумайте. Мне просто интересно…

Массажист…

Для красочности не хватило выстрела пули в висок.

Мэтт сильно сжал челюсть. Только бы не закатить глаза, нужно держаться изо всех сил. Когда-то это уже было. Давно, лет десять-двенадцать назад, когда перед еще совсем молодым Мэттом разделась женщина за сорок. Кажется, она жаловалась на ужасную зажатость в плечах. Он и сейчас помнил цвет лямок её белья. Нежно фиолетовый…

Пауза затянулась, чёрные глазки пытливо заглянули в его голубые глаза. Лифт за спиной нетерпеливо закрылся снова. Ответ. Нужен ответ. Мэтт открыл рот, чтобы хотя бы откашляться и… Стеклянная дверь резко открылась, в холл ворвался вихрь сквозняка. И еще один вихрь. Длинноногий, в кожаных брюках, кожаной куртке и толстом шарфе. Стук каблуков разбил хрустальную тишину и отбился от стен холла.

Слава Богу!

Рабочее время начало свой отсчет.

Консьерж отскочил от стойки и круто развернулся.

— Сеньорита Шетти! А вот и вы!

Он спиной ощутил, кто конкретно вошел в здание? Амрита не глядя прошла вперед, сосредоточенно печатая что-то на экране смартфона. Собранная, пунктуальная, резкая. Она быстро поравнялась со стойкой, даже не стрельнув глазами по сторонам.

— Здравствуй, Рикардо, — прозвучал отстранённый ответ.

— Хороший сегодня денечек, да?

Тёмная голова всё-таки поднялась. Взгляд мгновенно нашел парня, а на лиловых губах появилась улыбка. Тёплая.

— Да, неплохой… — кажется, она не заметила третьего человека. Но вот будто почувствовала, что здесь есть кто-то еще. Её взгляд метнулся к лифту, и идеальные брови выгнулись. — Мэттью. Вы уже здесь.

Прозвучало, как приговор. Испугалась, что её улыбку заметит кто-то, кому не следовало? Мэтт спрятал шапку в карман и заложил руки за спину.

— Да. Это я.

— Замечательно.

Конечно, замечательно. Для неё это пытка, какое бы безразличие она ни демонстрировала. Чем быстрее пытка закончится, тем лучше. Каблуки достучали до лифта, остановились рядом. Мэтт снова надавил на кнопку, и створки начали разъезжаться. Хорошо, что никто с верхних этажей не захотел уехать прямо сейчас. Дожидаться нового рейса было бы мучительно. Девушка шагнула в кабину, Мэтт шагнул следом и остановился плечом к плечу в кожаной куртке. Амрита вытянула руку и нажала на этаж. Перед тем, как створки сомкнулись, по холлу, как легкий ветерок, пролетел шепот:

— Маттео… Красиво…

Кабина дёрнулась и медленно поскользила вверх.

Кажется, смысл странных взглядов стал проясняться. Мэтт снова сжал челюсть. Справа раздалось сдавленное фырканье, которое тут же безжалостно заглушили кашлем. Будто это могло кого-то обмануть. Сама тактичность, боже. Мэтт покосился в сторону девушки: она приложила кулак к губам и отрывисто прочистила горло.

Внезапный приступ кашля вдруг отступил. Амрита задрала голову и посмотрела на табло, где тройка только что сменилась четверкой. Не знаешь, куда деть взгляд в лифте? Смотри на табло.

— Если не секрет, сколько вам лет, Маттео? — прозвучал вдруг безучастный вопрос.

Какое деланное безразличие. Ей бы «Бафту».

— Тридцать три, — Мэтт опять заложил руки за спину и тоже поднял взгляд к сменяющим друг друга цифрам. — Это есть в моём резюме.

— Поня-я-ятно… — протянула девушка. — И так происходит все тридцать три года?

Дротик попал в цель.

Язва. Пора бы на неё разозлиться, давно пора, но вместо этого губы Мэтта дрогнули, и он тут же постарался вернуть себе серьёзность.

— Нет, — он коротко повёл плечом. — Сначала я нравился преимущественно бабушкам и тёткам.

Тишина накрыла лифт. Гробовая, страшная тишина. Секунда, две, три… И новая волна фырканья прокатилась по замкнутому пространствую. Мэтт повернул голову в сторону девушки: Амрита обняла себя одной рукой, ладошкой второй прикрыла лиловые губы и рассмеялась.

Весело ей.

«Дзынь». Лифт незаметно дернулся и остановился, двери начали размыкаться, Амрита тут же придушила смех и выставила ладошку в жесте капитуляции.

— Простите, — выдавила она.

На её щеках заиграли две глубокие ямочки. Абсолютно прекрасные. Она их специально прячет?

— Ну что вы. Развлекайтесь, — Мэтт разомкнул руки и приглашающе вытянул одну вперед.

Двери разъехались окончательно, Амрита отвела взгляд и, приглушив улыбку, шагнула из лифта.

Впервые кого-то так откровенно забавляет его внешность. Кроме Иэна, пожалуй. Тот при каждом удобном случае называет себя некрасивой подружкой и ржет. А самое смешное что, когда они вместе идут в бар, брату всегда удается первым кого-то подцепить. Его считают более приземленным и реальным. Таким, до которого легко дотянуться, хотя при этом его синие глаза способны увлечь на дно чью-нибудь душу.