Чтение онлайн

"Отныне, никакого включения сигвигатора вне экранированного помещения или устройства! И даже кратковременные импульсы, которые я совершал в метро – недопустимы. При желании и, только представляемых мною гипотетических возможностях Безголового, меня могут даже на поездах подловить. Или ещё пострашней нечто устроить. С подобных циников станется и поезд в тоннеле сжечь… Ибо интуиция мне подсказывает, что носимое мною инопланетное устройство и в огне не горит, и в воде не тонет. А значит, вначале – придётся приложить все усилия для расшифровки текста. Вроде бы объём успел переписать порядочный, и для начала можно самому попробовать помудрить над буковками и циферками. Мозгов хватает, программ в инете по криптоанализу тоже бездна, вдруг да получится? Ну а нет – тогда буду думать, кого привлечь для такого секретного, и чего уж там скрывать, смертельно опасного дела…"

Заходил в квартиру, где получил временный приют, с двумя объёмными пакетами накупленных продуктов, угощений и выпивки. Всё-таки следовало отблагодарить хозяина обещанным ужином. То есть руки были заняты. Поэтому стоя в прихожей, никак не смог избежать неожиданного прыжка на грудь, да ещё с разгона, великолепного женского тела. Елена опять была в каком-то полупрозрачном, легкомысленном халатики, но повиснув у Ивана на шее, визжала и голосила от радости:

– Получилось, у меня получилось! – при этом она так дрыгала ногами и всем телом, что Загралов только чудом не свалился на полку с обувью и не разбил ничего из своих покупок. – Как ты посоветовал, так и сделала! Ара, ура, ура! Слава тебе! И слава мне!

– Сейчас, сейчас…, подожди! – шипел полузадушенный мужчина. – Только плакат по Задорнову напишем, и свесим из окон на фронтон дома…

– Легко! Ещё и в каждой комнате повесим мини аналог нашего личного прославления!

– Леночка…! Ты меня задушишь, и я тебя уроню…, вместе с собой…

– Ах! Извини! Это я от радости! – соскочив, и не слишком-то одёргивая халатик, она схватила один из пакетов и поволокла на кухню. – Мамочки! Ты там кирпичей накупил или чего?

– Немного денег заработал, так что сегодня готовлю ужин! – отозвался Иван, быстро разуваясь, снимая куртку и подхватывая оставшиеся покупки. – Как и обещал!

– Опоздал! – встречала его на кухне счастливая Елена, – Мы уже почти всё приготовили! – и тут же весело рассмеялась, рассмотрев ошарашенное выражение на лице вошедшего: – Ха! Ты чего соляным столбом застыл? Женщин никогда не видел? Даже на меня так никогда не смотрел! А чем я хуже?

В кухне, у плиты, стояла ещё одна красотка, разве что с более хрупкими и тонкими скорей даже угловатыми чертами лица, да с более плоской попкой. Ну и ярко-рыжая причёска выделялась. Возраст – тот же, не более двадцати пяти. Одетая чуть ли не в такой же халатик как у хозяйки и в тапочках на босу ногу, она с усмешкой наблюдала из-под витого локона за растерявшимся мужчиной. Причём с чисто женской логикой, обе дамы приняли растерянность мужчины за восторг, замешанный на стеснении. Они даже не подозревали, насколько Загралов в данный период жизни равнодушен к любым прелестям и насколько далёк от соблазнов. Скорей ему, где-то в душе, вообще были неприятны особи женского пола. Только и замер, что ожидал увидеть совсем иного человека. И ему было немного неудобно из-за своего не совсем опрятного вида: ведь он падал при потере сознания, а брюки, к тому же и так пострадавшие до того, как следует очистить не удалось.

Потому ничего не оставалось, как взять себя в руки, украдкой облизаться, чтобы смочить губы, и перейти к неубедительным оправданиям:

– Да я как-то и представить не мог, что здесь может быть кто-то другой кроме Базальта. Как услышал твоё "мы", так на него и подумал…

– Неужели? А мне показалось, что ты ослеплён нашей совместной красотой, и ещё не скоро сможешь видеть.

– Ты знаешь, – перешёл на тот же игривый тон Иван, – Ты просто на одну секунду раньше произнесла мои слова. Так что мне остаётся только подтвердить: когда слепят сразу три солнца, выжженные глаза уже и не нужны.

Как раз отблески садящегося светила заглядывали в окно кухни, и комплимент можно было считать удачным. Особенно для человека, считающего себя полным импотентом, и ещё три дня назад, ночевавшего на улице. Так что Елена томно вздохнула, осудительно покачала головой и приступила к знакомству, начав представлять в первую очередь мужчину:

– Это – Иван. Официально ещё и отчество имеет сердитое: Фёдорович. Но друзья и женщины называют его просто Ванюша. В будущем – известный кинопродюсер.

Стоящая и плиты девушка, вскинула брови:

– Ты меня сразила! С "бывшими" знакомиться доводилось, но вот с "будущими"?..

– Ха! Если он только одним грамотным советом мне помог, значит, он обязательно пробьётся именно в кино. Ну а это, моя подруга, зовут Ольга. Ольша Фаншель. Она уже знаменита, снималась с нескольких фильмах. Прошу любить и жаловать!

Актриса протянула руку, которую Иван с некоторым стеснением пожал:

– Рад познакомиться! – и решился даже на некоторую шутку: – А любить – это как? Безгранично, или как лейтенант Шмит?

Ольга артистично закатила глаза и томно проворковала:

– Ох уж эти военные! Они такие выдумщики! Один раз поцелуют ручку, а потом всё жизнь пишут пачками любовные письма.

– В век интернета, пачки сейчас называются иначе: спамом. – Загралов уже окончательно пришёл в себя, довольно бесцеремонно заглянул в несколько кастрюль, в сковородку и перешёл на похвалы: – Сражён только одним запахом! И если все актрисы готовят настолько вкусно, то я готов уже сегодня стать кинопродюсером. Как там говорилось в детском стихотворении? "Пусть меня научат!"

После чего продолжил разговор, уже укладывая продукты в холодильник. При этом умудрился в зеркале заметить перемигивания, которые устроили подруги между собой. Хозяйка вроде как сделала вопросительное лицо "Как он тебе?", а гостья дёрнула плечиками, отрицательно мотнула головой, выставила кончик язычка и сморщила носик, дескать "Фи! Никакой!"

"Ну и слава закону всемирного тяготения! – мысленно воскликнул Иван, догадавшись о причине присутствия здесь ещё одной женщины. И даже пошутил на эту тему: – Не успел первую жену похоронить, как меня под новый каток уложить пытаются!"

Естественно, что он понимал и догадывался "откуда ноги растут". Наверняка Базальт попросил свою подругу захватить ещё кого-нибудь из прекрасной половины человечества и для упавшего духом лишенца. Так сказать, для разрядки и оживления тяги к жизни. И понятно, что тут о женитьбе разговор не шёл, даже речи не шло о возможной сексуальной связи, просто хотели зарядить человека, подтолкнуть к активным действиям на всех направлениях одной только возможностью общения..

Но шутка про похороны ему самому неожиданно понравилась настолько, что он заулыбался. Что сразу заметила Елена: