Обладатель
Шрифт:
После тяжких, но интенсивных размышлений, Иван решил повременить. На данном этапе, вопрос ребром не стоял. Могло оказаться, что лабораторий нет. Или всё нужное оборудование и приборы давно распроданы или просто списаны. Могли прямо в данный момент позвонить ничего до сих пор не ведающие родители и тогда придётся выезжать к ним уже сегодняшним вечером. Могли прямо на выходе из дома взять под белы ручки доблестные деятели правопорядка и вновь вернуть в следственный изолятор. Ведь перипетии уголовного дела неизвестны, и готовый, практически поджаренный до румяной корочки козёл отпущения может понадобиться каждую минуту.
Но хоть как-то озаботить уважаемого и солидного человека, делающего для него добро, Загралов был обязан. Что он и постарался сделать:
– Мы забыли про одну деталь, но весьма немаловажную. Вдруг слежка за мной и в самом деле ведётся? Тогда в полиции, или где там ещё, сразу и чётко обозначится моё присутствие в лаборатории. Вот тогда однозначно попадёт на орехи и тебе, и твоему непосредственному начальнику.
Илья Степанович от досады проронил парочку крепких словечек и разразился поучительной речью:
– Да сколько можно тебе повторять: ты не беглый каторжник и разыскиваемый за убийства маньяк! Неужели тебя так застращали в той полиции? К слову сказать, если ты им понадобишься, то в любом случае они найдут сотни новых и веских причин для твоего заточения пожизненно. Так что расслабься и не сучи ногами. В данном вопросе у нас у всех есть вполне законные и оправдания, и железные алиби. Ты, как мой старый приятель, пришёл ко мне за помощью в поисках работы. Зная тебя, как отличного специалиста, я порекомендовал тебя своему начальнику, и тот решил на практике проверить на что ты годен. Вот и вся причина твоего появления где угодно в этом научно-исследовательском институте. Понял?
Иван пожал плечами:
– Ну…, если так рассуждать…
– Именно! И давай жрать начинаем. Иначе я сейчас слюной захлебнусь.
– Нет, нет! Это ещё не финал. Давай взбивай яйца с мукой вот в этой плошке. И где у тебя сода?
Новое тесто получилось примерно той же консистенции что и на блины, но с чрезмерными содержанием яиц. После чего Иван принялся распределять начинку внушительным слоем на блины, укладывал их треугольником, потом обмакивал во взбитые яйца и обжаривал ещё раз в большом количестве масла. Получался этакий покрытый красивой жёлтой пеной цельный, запечатанный со всех сторон конверт.
Глядя на это священнодействие, Базальт не удержался от восклицания:
– Кошмар! Это же сколько в этом блюде килокалорий?!
– Ну да! Во время диеты и поста подобное не рекомендуется.
– Как хорошо, что мы не постимся и здоровы! – от души радовался хозяин, быстро добавляя на стол квашеные огурчики, тарелку с кислой капустой, и бутылку "Русский стандарт". – Но, тем не менее, подобную пищу лучше переваривать с несколькими каплями отменного алкоголя. Ты не против?
Иван невесело улыбнулся:
– Посмел бы я отказаться! Хотя, это я должен был принести угощение и эти самые лечебные капли.
– Считай, что ты их заработал, приготовив воистину шикарное блюдо, достойное любого уважаемого ресторана. Садись.
Но только они выпили по первой рюмашке и вонзились зубами в блины с сочной начинкой, как щёлкнул замок входной двери, потом она хлопнула, закрываясь, и в кухню вплыла дивно похорошевшая Елена:
– Да что это тут творится? – запричитала она присматриваясь и принюхиваясь. – Без меня? Объедаются деликатесами? Позор таким джентльменам!
– Да тут на всех наготовлено…, – попытался оправдаться Иван, но Илья продолжил за него с нарочитой грубостью:
– Чего это ты так быстро вернулась?
– Красоту ничем не испортишь. Тем более, что очереди никакой не было, вот я и успела на ваше раскулачивание.
Она села на стул и положила себе на тарелку первый блин. Но прежде чем есть его, притворно вздохнула:
– Прощай фигура! Здравствуй старость! – потом хмыкнула и добавила. – Что за мужики пошли? Хоть бы один комплимент мне при такой причёске сделал.
Разливающий по второй порции водки, Базальт второй рукой указал на свободное пространство:
– Ну-ка, ну-ка? Пройдись ещё пару раз! Надо же и в самом деле присмотреться.
– Ага! – поняла его уловку красавица. – Пока я тут хвастаться своей неотразимостью буду, вы всё блюдо съедите… Мм! Как вкусно! – но когда положила себе в тарелку второй блин, нахмурилась: – Признавайтесь, кто готовил?
Незаметно покосившись на притихшего гостя, Илья Степанович важно изрёк:
– Плод коллективных усилий. Потому что при отсутствии умелой хозяйки, мужчины никогда не пропадут. А вот если женщина не умеет готовить, ей одна дорога: в …артистки!
Кажется, он коснулся очень больной для девушки темы, потому что она сразу расстроилась, поникла головой и чуть ли аппетит не потеряла. А съев третью порцию, поспешила в спальню. Кивнув ей вслед, Иван шёпотом поинтересовался:
– Чего это она?
– Тщится в кино пролезть, – скривился как от лимона Базальт. – Снялась в нескольких массовках на заднем плане, да в одной второстепенной роли, вот и возомнила себя великой артисткой. А понимания не имеет, что всё роли только через постель получают ей подобные. Любой, кто на допуске к главному режиссеру или на каком-то распределении – её поиметь хочет. Причём самым изощрённым способом. Ленка только успевает от их грабалок уворачиваться. Но до сих пор надеется найти своё счастье на киноэкране.
Загралов согласно покивал головой. О том, что творится в кино и на съёмочных площадках он знал не понаслышке. Однажды его одноклассница, довольно плодотворно снимающаяся в кино, перебрала алкоголя в узкой компании друзей, и оставшись наедине с Иваном, исповедалась ему во всех своих похождениях. Да плюс ещё массу подробностей о своих коллегах поведала. Причём такие шокирующие подробности и такие фривольные похождения, что слушатель сидел с открытым ртом три часа и никак поверить не мог.
Только и повторял после этого случая частенько: