Обет любви
Шрифт:
– Эрик, – пробормотал Жофре, – этот человек не лжет.
И тут непонятно почему на глаза Эрика снова навернулись слезы, и он зарыдал так же беззвучно и безутешно, как раньше. С трудом справившись с собой, он наконец вытер глаза и молча кивнул, раздосадованный тем, что Жофре стал свидетелем его слабости.
– Знаю, – с трудом проговорил он, – я уже и сам это понял.
Черный Донал наклонился и нежно поцеловал Аделу, а потом повернулся к Эрику:
– Завтра Беронхерст станет твоим. Больше не осталось никого, кто бы мог оспаривать его у тебя. Ты последний из нас.
– Мне он не нужен, – покачал головой Эрик.
– Тогда оставь его, пусть он превратится в руины… может быть, так будет лучше. Когда-то это был величественный замок надменного барона, а теперь стал местом позора и стыда. Наверное, и Адела тоже бы не хотела, чтобы он достался тебе. Она всегда надеялась, что твоя новая семья будет лучше и достойнее прежней. Ну что ж, похоже, так и случилось. А сейчас ты должен покинуть это место. И никогда не возвращайся, Эрик из Белхэйвена! Живи со своей прежней семьей, там твой дом. А здесь у тебя ничего не осталось, даже имени, которое ты мог бы носить!
– Похорони ее достойно! – срывающимся голосом попросил Эрик.
– Так я и сделаю. Если ты помнишь, наверху все еще ждет священник. Хотя его, беднягу, привезли сюда совсем для другого.
– Эрик, – позвал Жофре, – пора уходить. Ты больше ничего не можешь сделать для нее, а ведь нам еще предстоит отвезти леди Марго в Белхэйвен. Пойдем, старина.
Как было чудесно вновь почувствовать руку Жофре, которая легла ему на плечо и ласково подтолкнула к двери! Эрик послушно последовал за братом, а тот вел его бережно, словно малого ребенка.
На самом верху лестницы они оба как по команде остановились, и Эрик обернулся, чтобы последний раз взглянуть на мать и дядю. Черный Донал по-прежнему стоял на коленях, прижимая к щеке руку мертвой Аделы, но взгляд его не отрывался от Эрика. И тот вздрогнул, вдруг заметив, какая буря чувств бушует в этом мертвенном взгляде тусклых бледно-голубых глаз.
– Убей Равинета, как только отыщешь его. Только не забудь передать, что самый преданный слуга поджидает его в аду. Прошу, сделай это для меня!
Глава 23
– Слава Богу! Вот наконец и Белхэйвен! Ну, ребята, что может быть лучше этого?
Алерик натянул поводья и остановился бок о бок с братом. Глядя по сторонам, он восторженно покачал головой:
– Знаешь, Жофре, давно я так не радовался, что снова дома! Клянусь, больше я оттуда ни ногой, вот увидишь!
Жофре рассмеялся.
– Чудеса, да и только! А я вот еще не забыл одного желторотого юнца, который недели две назад так рвался уехать из дому хоть ненадолго – жаждал приключений!
– С меня довольно приключений! В последнее время их хватало с лихвой! – воодушевленно проговорил Алерик. – Сейчас для меня нет ничего заманчивее тихой, мирной жизни среди книг и моих рукописей.
Ехавшая с ним Минна при этих словах радостно улыбнулась.
– Отец будет счастлив услышать это, парень, – заметил Эрик, приближаясь к Алерику и натягивая поводья. – Кровь Христова! – воскликнул он, с восхищением оглядывая расстилавшуюся перед ними долину.
Солнце уже понемногу клонилось к закату, прохладные тени ложились на поля и маленький городок за высокими каменными стенами. Все выглядело таким мирным: на полях золотилась пшеница, медленно и лениво несла свои воды река, все так же упирались в небо острые шпили дозорных башен замка Белхэйвен… Все восхищало, все радовало глаз.
– Белхэйвен! Боже мой, какая красота!
Марго, сидевшую в седле перед Эриком, величественный вид Белхэйвена привел в благоговейный восторг.
– Ах, Эрик! Эт-то еще п-прекраснее, чем я ожидала! Какое очаровательное м-место!
– Самое лучшее на земле, особенно для моих усталых глаз, – ответил он. Это было неправдой. На самом деле Эрика охватило странное чувство, в котором радость смешивалась с печалью. Никогда еще он не был так рад, что снова видит свой дом, и никогда еще не испытывал при этом такой щемящей тоски. Он слышал за спиной смутный ропот. Воины переглядывались между собой, недоуменно перешептываясь.
Все горели желанием поскорее вернуться домой. Даже кони нетерпеливо переминались с ноги на ногу, готовые пуститься вскачь.
Позади подъехал сэр Аллин. Окинув братьев взглядом, он нетерпеливо привстал в стременах.
– Дьявольщина! Чего вы ждете, ребята? Надеетесь, что кто-нибудь возьмет вас за ручку и отведет к маменьке?
Эрик поверх головы Алерика лукаво улыбнулся Жофре. Тот усмехнулся в ответ. Старший брат слегка приподнялся в седле и взглянул через плечо на своих людей.
– Мы дома, ребята, благодарение Богу! А теперь вперед, в Белхэйвен!
Восторженный вопль вырвался из хриплых глоток, и отряд лавиной понесся вниз по склону холма. Все три брата мчались впереди, а Марго вместе с Минной молили Бога только о том, чтобы во время бешеной скачки не вылететь из седла. Но они не проехали и полмили, как вдруг Эрик, охваченный каким-то смутным страхом, натянул поводья. Брам беспокойно заржал.
– Что случилось? – спросила Марго, стараясь перекричать стук копыт проносившегося мимо них отряда. – П-почему т-ты остановился?
Прижав ее к себе, Эрик ждал, пока последний воин не проедет мимо.
Когда голоса и грохот подков стихли вдали, он остановил Брама и заключил Марго в объятия.
Ей показалось, что вокруг нее сжалось железное кольцо. Она тихонько рассмеялась, но смех ее утонул в объятиях Эрика. Она слегка отстранилась, чтобы глотнуть воздуха, и весело расхохоталась, увидев его серьезное лицо.
– Ах к-как это романтично, с-сэр рыцарь, – остановиться ради того, ч-чтобы еще раз обнять с-свою даму! Неужели ты не с-соскучился по д-дому?