Чтение онлайн

– Что такое? – подпрыгнул от неожиданности Жофре и резко обернулся. – Та самая брошь!

– Угу. – Эрик задумчиво вертел тоненькую, потускневшую от времени булавку в своих огромных пальцах, стараясь не погнуть хрупкую вещицу. Это была дешевенькая на вид, обычная заколка с простеньким филигранным ободком, без единого драгоценного камня. Потускневшая от времени, она почти ничего не стоила, но это была единственная вещь, которая досталась Эрику от его настоящих родителей. В ту самую ночь, когда Гэрин принес свою находку в замок, мать обнаружила эту брошку в пеленках малыша. Она сохранила ее и отдала Эрику в тот самый день, когда мальчик принес отцу клятву в вечной верности. Трудно было, конечно, надеяться, что она каким-то образом укажет, кто были его настоящие родители. Булавка говорила лишь об их крайней бедности.

Эрик какое-то время вертел ее между пальцами, потом со стуком бросил брошку на туалетный столик.

Вернулся Джефф, ловко балансируя подносом, на котором стояли кувшин с вином и два бокала. Поставив поднос на стол, он направился было к выходу.

– Джефф, – остановил его Эрик.

Оруженосец тут же обернулся и замер, не сводя с хозяина глаз.

Эрик подошел к нему и положил тяжелую руку на худенькое плечо юноши:

– Увы, парень, тебя я в Рид не возьму.

Джефф дернулся, как от удара.

– Нет!..

– Тише, тише, парень, послушай сначала, что я скажу. Весь этот год, особенно в Шрусбери, ты верой и правдой служил мне. Лучшего оруженосца у меня еще не было. Я так и не видел страха на твоем лице, даже когда вокруг кипела битва и лилась кровь. Ты всегда пекся обо мне куда больше, чем о себе самом, а мою безопасность ставил выше собственной. О таком оруженосце любой рыцарь может только мечтать. Но как бы мне этого ни хотелось, ты не можешь оставаться моим оруженосцем всю свою жизнь! Пришло время тебе самому надеть золотые рыцарские шпоры. Я уже поговорил об этом с отцом. Он сам будет учить тебя, и я тоже, когда вернусь. Через два дня ты приступишь к делу.

При мысли о золотых рыцарских шпорах лицо юноши просияло. Но вдруг он вспомнил, что в этом случае его хозяин отправится в поход без своего верного оруженосца. При одной мысли об этом словно холодный обруч стиснул его сердце. Это невозможно!

– Благодарю вас от всего сердца, сэр Эрик, – сдержанно откликнулся Джефф. – Конечно, я был бы счастлив и горд упражняться в рыцарском искусстве, да еще под вашим началом, и, поверьте, ценю честь, оказанную мне, но я не могу позволить вам отправиться в Рид без оруженосца.

Брови Эрика изумленно взлетели вверх.

– Ты мне не позволишь?.. – повторил он. – Я не нуждаюсь в твоем позволении, Джефф.

– Но, сэр, – запротестовал юноша, – кто же тогда поможет вам одеться? Кто будет заботиться о ваших вещах и чистить ваше оружие? Кто лучше меня знает, как ухаживать за Брамом? Да ведь некому будет ни приготовить вам ужин, ни налить вина или разбить на ночь шатер! – Глаза его покраснели, голос предательски задрожал.

Одна мысль о том, что его хозяин окажется совершенно беспомощным вдали от дома и некому будет о нем позаботиться, привела юношу в полное отчаяние.

– Джефф, Джефф, – примирительно сказал Эрик, – поверь, мне очень будет тебя не хватать. Но я ведь не ребенок. Я могу отлично справиться со всем этим и сам, клянусь, а если мне вдруг понадобится помощь, то ведь рядом будет мой брат. Ты не должен об этом забывать.

Джефф бросил скептический взгляд в сторону Жофре, по-прежнему валявшегося на постели. Тот с комическим выражением воздел к нему руки.

Когда все они были при Шрусбери, Джефф прислуживал обоим братьям, хоть и был оруженосцем Эрика. С тех самых пор юноша сильно сомневался в способностях Жофре быть полезным где-нибудь, кроме поля брани. К тому же младший брат Эрика ухитрялся влипать в одну неприятную историю за другой.

– Клянусь, что буду ходить за ним, как за новорожденным младенцем, – торжественно пообещал Жофре. – Не сойти мне с этого места!

Но это, похоже, ничуть не успокоило встревоженного Джеффа. Перед его мысленным взором предстало страшное зрелище: побуревшие от пыли, заржавленные доспехи Эрика, которые он всегда надраивал до зеркального блеска. Он даже покачнулся.

– Милорд! – взмолился он, с отчаянием в глазах глядя на Эрика.

– Ну, Джефф, прекрати валять дурака и причитать надо мной! Я прекрасно могу одеться без посторонней помощи и позаботиться о себе, уж ты мне поверь! И довольно об этом. А теперь принимайся за дело. Собери все необходимое, а утром поможешь мне одеться. И на этом твоя служба заканчивается. Недалек тот день, парень, когда ты обзаведешься собственным оруженосцем.

– Да, милорд, – с несчастным видом отозвался Джефф. Повесив голову, он вышел из комнаты и бесшумно прикрыл за собой дверь.

Эрик проводил его взглядом и беспомощно покачал головой:

– Можно подумать, будто я сообщил, что собираюсь его наказать.

Жофре расхохотался и, вскочив на ноги, налил себе вина.

– Ба! Не бери в голову! Просто парнишка привязан к тебе. Он отличный оруженосец! Сейчас он немного расстроен, это правда, но, поверь мне, не пройдет и двух дней, как он забудет обо всем и снова будет щебетать как жаворонок. Держу пари, так оно и будет!

– Может быть. Надеюсь, ты прав. – Эрик налил себе вина в бокал с причудливым узором и поставил его на столик у окна. Он слегка раздвинул портьеры, чтобы солнечный свет и свежий воздух наполнили комнату, а потом уселся в одно из двух огромных бархатных кресел. – Ну а теперь, Жофре, давай обсудим наше положение. Тащи сюда вино, парень, и будем решать, как нам действовать.

Через несколько часов, возвращаясь в замок, Эрик был уже полностью готов к отъезду. Он успел сходить в деревню проведать своих маленьких друзей и позаботился о том, чтобы все приготовления были сделаны. Был уже довольно поздний час. В огромном зале ярко горело множество свечей и весело потрескивали дрова в камине. Он подошел к огню, чтобы согреться. Мать и сестра, кажется, еще не спали.

Он увидел их, сидящих бок о бок за шитьем и весело переговаривающихся. Вокруг огромного стола сновали слуги, убирая остатки ужина. Все только что встали из-за стола. Еще один прощальный ужин, с невольной тоской подумал Эрик.

Как он скучал по родному дому все эти восемь месяцев, скучал по матери, братьям и сестренке! Он скучал по ватаге отчаянных деревенских сорванцов во главе с Томасом и маленькой Молли… И вот теперь снова приходится уезжать. Но, будь его воля, сейчас он во главе своих людей галопом скакал бы навстречу Теренту Равинету. Уж он бы постарался поскорее разделаться с негодяем и вернуться домой, чтобы провести остаток лета в кругу своих близких. Но этому не суждено было случиться, а стало быть, придется выполнять наказ отца. Да и разве плохо снова встретиться с леди Марго ле Брюн?