Обещание
Шрифт:
– Я еду с тобой, – решительно заявила Ребекка, перебив Стенмора. – Миллисент – моя подруга.
– Хорошо, но держись на расстоянии, – предупредил он. – У Уэнтуорта хватит ума снести голову любому, кто подвернется ему на пути.
– Обещаю держаться от него подальше, – прошептала Ребекка.
Когда Стенмор умчался вперед, Ребекка обратилась к девушке:
– Идите в Солгрейв и ждите там. Спросите миссис Трент. Она позаботится о вас, пока мы не вернемся.
– Я до смерти боюсь за свою госпожу, мэм. Она...
– Его сиятельство знает, что делать. Вы правильно поступили, что пришли в Солгрейв. А теперь ступайте.
Ребекку вдруг охватила паника. Она пришпорила лошадь и помчалась за Стенмором. Она, не колеблясь, совершит второе убийство, если Уэнтуорт хоть пальцем тронет Стенмора.
Миллисент стояла, прижавшись спиной к Уильяму.
– Отпусти его, Уэнтуорт. Все совсем не так, как ты думаешь.
– Проститутка со своими поданными. – Сквайр расхохотался, окинув взглядом собравшихся вокруг нее невольников. – Так вот, оказывается, почему ты меня отталкивала. Ее милость любит публику. Или, может, предпочитает совокупляться сразу с несколькими?
– Ты чудовище, Уэнтуорт! – Каннингем оттолкнул Миллисент и шагнул вперед. – Грязная свинья!
Грянул выстрел.
Каннингема волной отбросило назад, и он упал. Из раны хлестала кровь.
– Нет! – вскричала Миллисент, опустившись рядом с ним на колени. – Прошу тебя, не умирай!
Она коснулась его лица. Невидящий взгляд Каннингема был устремлен в светлеющее небо.
Уэнтуорт отдал ружье Миклби, выхватил шпагу и подошел к рабам. Никто при его приближении не шелохнулся. Никто не отступил.
– Убей меня! – всхлипнула Миллисент. – Убей и успокойся.
– Всему свое время, киска. – Его взгляд шарил по враждебным лицам собравшихся. Никто больше не прятал от него глаз, – Ты непременно умрешь. Не далее как сегодня. Но прежде чем исполнится твое желание, увидишь, какую цену заплатят за это чернокожие твари.
Уэнтуорт пустил в ход шпагу. Разрезал кожу на груди у первого невольника и двинулся дальше.
Когда он остановился перед Джоной и поднес клинок к горлу мужчины, шпага выпала у него из руки, и он повалился на колени.
Миллисент видела, как Мозес выпустил из рук нож и сквайр забился в агонии.
– Ах ты, мерзкий подонок! Сейчас я с вами разделаюсь.
На них надвигался Миклби со шпагой в руке.
– Беги, Мозес! Миклби, остановись! – Она попыталась броситься на надсмотрщика, но десятки рук удержали ее. – Джона, беги!
Ни один из невольников не сдвинулся с места. Они оттащили Миллисент от надзирателя. Неожиданно невольники попятились, увлекая за собой Миллисент. Занеся шпагу над двумя рабами, надсмотрщик остановился и повернул голову.
Для лорда Стенмора этой задержки оказалось достаточно. Черный гунтер графа пронесся мимо, и его шпага, описав в воздухе дугу, нанесла надсмотрщику смертельный удар.
Миллисент замерла. Она видела, как Стенмор спрыгнул с лошади и, бросив на нее взгляд, устремился к Каннингему. Дрожащей рукой граф закрыл молодому человеку глаза. Затем быстро осмотрел тела Уэнтуорта и Миклби.
Тут на поляне появилась Ребекка и, спешившись, бросилась к Миллисент, Подруги обнялись. Мозес все еще стоял возле мертвого сквайра.
– Я убил его! – спокойно сообщил он графу, жестом указав на Уэнтуорта. – Он убил учителя, собирался убить Джону, и я убил его. Вот этим.
Он присел на корточки и показал на рукоятку, все еще торчавшую из спины сквайра.
– О, Мозес! – воскликнула Миллисент. Стенмор положил руку на плечо Мозеса. Миллисент затаила дыхание.
– Свидетели случившегося скажут, что ты все напутал, Мозес. Ты не убивал сквайра Уэнтуорта. Его убил я. – Граф выдернул нож из тела, вытер и протянул Мозесу. – Запомни! Ты никого не убивал. Запомнишь?
Мозес в замешательстве уставился на Джону, тот кивнул.
– Он это запомнит, милорд, – тихо произнес Джона. Стенмор кивнул и обвел глазами собравшихся.
– Для всех нас лучше забыть о случившемся. Отправь кого-нибудь за помощью, Джона. Необходимо доставить сюда из Небуорта преподобного Тримбла, чтобы выполнить все формальности.
Сэр Николас расположился у окна и задавал вопросы Роберту, бывшему дворецкому в доме Хартингтонов.
– Он был точь-в-точь как мартовский кот. Ни одной юбки не пропускал. Ему было все равно, когда, с кем и где.
– И как только леди Хартингтон все это терпела? Роберт пожал плечами.
– А куда ей было деваться? Трое ребятишек. Может, она даже радовалась, что он спит с другими женщинами, а к ней не пристает.
– Мне показалось, что сэру Чарльзу приглянулась Ребекка Невилл.
Роберт перевел взгляд на молодого человека. Джордж очень хорошо отзывался о сэре Николасе, и Роберт теперь понимал почему. Знатного происхождения, он тем не менее держался без какого бы то ни было высокомерия.
– Ваша правда, – подтвердил Роберт. – Но она и близко его к себе не подпускала. Видите ли, она была не такая, как другие. В доме ее не считали служанкой. И леди Хартингтон относилась к ней как к благородной.
Роберт обвел взглядом джентльменов. Они обращались с ним в высшей степени вежливо, не то что сэр Чарльз.
– Сперва он пытался на нее давить, как на других служанок, – продолжил Роберт. – Но она не поддавалась. И вот однажды вечером, когда леди Хартингтон не было дома, сэр Чарльз приказал мне привести к нему мисс Невилл.