Чтение онлайн

— Хм, — проговорил Димитрий, — у меня вообще-то свое мнение… Круто, наверное, иметь гарем… Но если все жены будут постоянно лить слезы и проклинать тебя, то радости от такого гарема маловато. Я с вами, друзья!

— Спасибо, — внезапно сказала ему Рене.

Димитрий покраснел. Не ожидал, а может быть, и не привык к простой, искренней благодарности.

— А ты, Тэн, что молчишь? — спросил Эмиль.

Тот дернул себя за косичку. Его круглое лицо растянулось в хитрой улыбке.

— В мой Оазис богатый человек иметь много жен. Это почетно. Женщины драться, кто быть жена богатый человек. Я не совсем понимай, чего они плакать? Я — сын пятой жена моего отца. У меня много братьев и сестер, мы все дружить, очень весело!

— Понятно, Тэн, — сказал Эмиль. — Итак, невестушки, кто согласен жить в Санти?

Девушки переглядывались, смущенные рассказом Тэна. Видимо, увидели ситуацию с другой стороны.

— Мы все хотим верну… — начала Рене, но Кассия перебила ее:

— Нам нельзя возвращаться домой. Это дурная примета. Мы уже покинули дом, попрощались с родными, сожгли все мосты…

— Ты хочешь быть в гареме? — ахнула Мария.

— Нет. Не хочу, — Кассия опустила голову. — Но и домой не хочу.

— Еще бы! — сказала Клэр. Рене толкнула ее локтем в бок, и Клэр умолкла.

Алан насторожился. Что там за секрет у Кассии? Надо выяснить.

— Ладно, — сказал Эмиль устало. — Дорога была тяжелая. Отдохнем, друзья. А завтра подумаем на свежую голову.

После вегетарианского ужина из овощей, фруктов и риса Алан ушел в приготовленную для него комнату и повалился на низкую кровать. Думал, проспит часов десять кряду. Не повезло: глубокой ночью кто-то потряс его за плечо. Алану почудилось, что он лежит в шатре где-то в Дебрях, а Эмиль будит его на дежурство.

— Что, уже моя смена? — пробормотал он.

— Т-сс, — зашипели рядом. — Это я, Эмиль. Мы в Санти, вспоминаешь? Просыпайся и иди за мной.

— Зачем? — прошептал Алан, с трудом соображая. Сел на кровати. Вокруг царила темнота. — Что стряслось-то?

— Ко мне пришел Пракаш, зовет во двор, переговорить. Старый хитрец что-то желает нам открыть. Я уговорил его позвать и тебя. Он с трудом согласился на одного спутника.

— А почему ты выбрал меня?

— Потому что… — Эмиль запнулся. — Я вижу тебя своим преемником.

До Алана не сразу дошел смысл сказанного.

— Эмиль, ты собираешься осесть? Бросить нас?

— Когда-нибудь придет пора выходить на пенсию. Я старею и скоро стану обузой…

— Чепуха! Никакой ты еще не старый. — Алану вспомнились слова Матиаса в шатре. — Это ты из-за Хоу-Вердена не в себе последние дни…

— Ладно, потом поговорим, — заторопился Эмиль. — Поспеши, пока Пракаш не струсил окончательно и не передумал раскрывать нам свои секреты.

Алан вскочил и быстро оделся. Вместе с Эмилем они спустились во дворик.

Ночь была благоуханна и тепла, звезды висели в бархатном небе совсем низко. Вероятно, в просторной долине у подножия гор, где располагался Санти, установился своеобразный мягкий климат.

Свет от горелок на улицах с трудом проникал во внутренний двор, и Алан не сразу разглядел среди теней фигуру Пракаша.

— Кто это с тобой, уважаемый Эмиль Ламар?

— Мой ученик и доверенный друг. Он мне почти как сын.

Алан порадовался, что темно. Всё-таки Эмиль это сказал!

— Что ж… — Пракаш запыхтел. — Я подвергаю себя большой опасности… Надеюсь, вы не выдадите меня… Наш Махана Салахакара Нараян Прабху затеял темное дело… Он договорился с пришельцами…

— Какими пришельцами? — резко спросил Эмиль.

— Они пришли в Санти за неделю до вашего появления. Их было пятеро, как в обычных караванах Пилигримов. Но с ними не было невест. И их лица были скрыты черными масками…

— Рыцари Дебрей! — вырвалось у Алана.

Эмиль схватил его за плечо: мол, помолчи.

— Стражники не пустили их, но их главный потребовал, чтобы им позволили поговорить с Нараяном Прабху. Они заперлись в кабинете, и… я не смог выяснить, о чем шла речь. Нараян не посвятил меня в суть дела. И Его величество также в неведении… Однако я заметил, что исчезло много слуг из дворца, человек двадцать. Я не видел их с того дня, как приехали безликие пришельцы…

— Где они сейчас? — прошипел Алан. — Эти безликие?

Его пальцы сами собой потянулись к шпаге, которую он не забыл прихватить.

— Мне это неведомо, юный Пилигрим, — ответил Пракаш. — Только Нараян знает.

— Почему ты решил нам это рассказать? — осведомился Эмиль. — И что ты ждешь от нас?

— Я не собирался вам этого рассказывать, клянусь Слоноликим. Но когда я услышал о гибели целого Оазиса, меня продрал холодок ужаса… Лишь Индре ведомо, где сейчас те несчастные сыны Санти, что ушли с Безликими, и что станет с нашим миром, пока рядом враги. Вы должны их остановить!

Он поклонился Пилигримам, делая элегантные жесты. Теперь Алан более-менее привык к полумраку и различал детали.

— Что мы можем поделать, если даже не знаем, кто наши враги и где они? — сказал Эмиль.

Пракаш задумался.

— Если и есть место, где Нараян надумал бы спрятать темных союзников, то это…

Тишину ночи пронзил приглушенный свист и удар. Пракаш выгнулся дугой, затем медленно повалился наземь без единого звука. Из груди его торчала какая-то темная пика, по белому халату расплывалось пятно крови.

— Алан, прячься!

Рефлексы сработали раньше окрика Эмиля и команды сознания. Алан метнулся за бордюр вокруг бассейна. Сердце заколотилось как бешеное, мысли рассыпались на миллион кусков. Тот, кто метнул пику, в него сейчас не попадет, но если враги окружили дворик, им крышка.

— Он больше ничего не скажет, жалкий предатель, — произнес голос, казалось, с небес. Голос был глубоким, сильным, низким.

Алан осторожно высунул голову из-за бордюра. Где этот дьявол? Неужели он один?