Чтение онлайн

Из воды за идущей к тонущим охотникам лодкой выпрыгнул огромный, совершенно белый кит. Эта завораживающая и одновременно пугающая картина отпечаталась в мозгу каждого, кто ее видел. На долю секунды исполин завис в воздухе, а затем его огромное тело всем своим весом обрушилось на китобоев. Во взрыве брызг лодка просто исчезла с поверхности моря и больше не показывалась.

Крэкай-рулевой выругался на чистом русском и, быстро развернувшись, на полной скорости уходил прочь от разбушевавшегося морского животного. Осознав, что одним из тех, кто подвергся нападению, стал ее муж, Ольга закричала.

Она бросилась к охотнику, истошно и неразборчиво требуя от него развернуться. Видя, что он этого не делает, женщина попыталась сама взяться за руль, но семья Серовых схватила ее под руки и прижала к скамье.

Где-то в отдалении показался утыканный гарпунами кит, но сейчас животное уже никого не интересовало.

Минуты тянулись как часы, но ничего не происходило. На месте крушения виднелись обломки лодок. Среди них можно было заметить несколько ярко-оранжевых пятен от спасательных жилетов, но понять, надеты ли они на людей, с такого расстояния не получалось.

Рулевой снова выругался, достал из-под скамейки свой жилет и натянул поверх камуфляжной куртки. Затем, махнув рукой своему товарищу, на самом маленьком ходу начал приближаться к обломкам. Он привстал и постоянно оглядывался по сторонам, ожидая нападения, но ничего не происходило. Наконец они увидели человека, лежащего на воде без сознания.

Это был Игорь Владимирович Рыркы, бригадир морзверобоев. Его лицо побелело, глаза закрылись. Перегнувшись за борт, туристы втащили охотника в лодку. Хоть он и провел в море совсем немного времени, температура воды оставалась слишком далекой от комфортной, и ему могла понадобиться медицинская помощь.

Лодки продолжали кружить по месту атаки. Из шести человек, выброшенных в воду, удалось найти только троих. Кроме бригадира спаслись еще двое крэкай, державшихся на поверхности с помощью связки пыр-пыров. Спасательных жилетов они не надели, одежда быстро намокла и тянула вниз, но куда сильнее страха утонуть пугала возможность подвергнуться нападению белого кита.

Сергея Давыдова среди спасенных не было. Туристы и охотники несколько раз прочесали этот участок моря, но не смогли найти ни его, ни еще двух зверобоев. Слезы застилали глаза Ольги, когда она искала взглядом оранжевый спасжилет мужа в черных водах этого холодного моря. Вместе с другими туристами она кричала и звала пропавших, но ветер приносил в ответ лишь клекот кружащих над ними чаек.

Игорь Владимирович пришел в себя и спустя час поисков велел разворачивать лодки и идти к поселку. Они собрали все, что плавало на поверхности, еще раз прочесали квадрат и отправились домой. Бригадир до последнего вглядывался в то место, где потерял двух охотников и туриста, доверившего ему свою жизнь.

Рыркы не забыл, как леденеет все внутри, когда твои товарищи, с которыми еще утром ты шутил и смеялся, к вечеру оказывались мертвы. Впервые в эту зияющую бездну тоски и боли Игорь заглянул в конце девяностых, когда молодым командиром взвода прошел от начала и до конца Вторую чеченскую кампанию. Выбрав после войны жизнь промысловика, он и подумать не мог, что чувства утраты и вины вернутся к нему и снова будут рвать его сердце. Море полно опасностей и сурово наказывает беспечность людей, которые в него выходят. Впервые за много лет бригадиру охотников отчаянно хотелось напиться.

Ольга не могла поверить в гибель своего мужа. Все происходящее представлялось ей сном наяву, галлюцинацией и плодом воображения. Женщина до последнего цеплялась за иллюзию того, что все может вернуться на круги своя и стать как прежде. Она металась, кричала, звала. Требовала развернуться и достать Сергея из воды. Наталья и Вадим Серовы порядком устали сдерживать Ольгу и были готовы сами выбросить ее за борт к мужу.

Туристы во второй лодке, семьи Разиных и Тихомировых, тихо сидели на скамейках, пытаясь оправится от шока. Всю обратную дорогу они, ошеломленные произошедшим, пытались как-то разобраться в случившемся и понять, что делать дальше.

На берегу лодки встречала целая толпа местных жителей. Впереди стояли глава администрации и этнограф, надевший национальный костюм и держащий в руках бубен с колотушкой. Видимо, при возвращении морзверобоев с добычей планировалось провести какой-то обряд, но когда крэкай увидели, что к ним приближается только две лодки вместо четырех, в сердце зашевелилась тревога.

Жены, родители, дети напряженно всматривались в силуэты людей на моторках, чувствуя страх за своих мужчин, которые ушли в море, и могли там остаться. В душе каждого человека, чей близкий был среди зверобоев на этой охоте, сначала тихо, а потом все сильнее звучала мольба: «Только бы мой вернулся! Только бы с моим ничего не случилось!»

Не меньше переживал гид туристической группы Юрий Ирвэт. Он взял на себя ответственность за жизнь и здоровье людей, которых привез сюда. Обязался обеспечить их благополучное возвращение домой, а теперь пытался понять – все ли его подопечные вернулись с казавшейся абсолютно безопасной охоты.

Когда лодки прорезали носами черный песок, с нескольких сторон раздался женский крик. Стало ясно, кто из мужей и отцов больше никогда не вернется в родной дом.

Опустив голову, из лодки вылез бригадир. Не произнося ни слова, он подошел к главе администрации. Петр Владимирович дрожал. Он обхватил себя руками, трясясь, будто от холода, и невидящим взглядом смотрел на море.

– Миша погиб, – тихо произнес Игорь Владимирович, стараясь не смотреть в глаза Левыту. – Мне очень жаль.

Затем бригадир пошел к толпе, чтобы найти семью второго погибшего и подтвердить самые страшные опасения родственников.

Петр Владимирович опустился на песок и тихо плакал. Его старший сын, краса и гордость, любимый наследник, – мертв. Что-то надломилось в Петре Левыте, будто черные волны оторвали часть его души и утащили на глубину. В его сердце открылась огромная незаживающая рана, которая каждое мгновение напоминала о себе болью потери. Этот удар судьбы стал настолько тяжелым и неожиданным, что полностью сломил его волю. И в тот день на том берегу никто не осудил слезы, текущие по щекам отца, скорбящего о погибшем сыне.

У Юрия потемнело в глазах, но он взял себя в руки. Осмотрев прибывших туристов, гид встретился взглядом с одним из рулевых-крэкай, и тот, поняв все без слов, покачал головой. Молодой чукча тяжело вздохнул, внутри него все сжалось. Собравшись с духом, Юрий бросился к Ольге Давыдовой, и, приняв ее из рук четы Серовых, увел в гостевой дом. Сейчас ему лишь хотелось помочь этой женщине, только что потерявшей супруга. При этом он понимал: вскоре придется думать о том, что делать с оставшимися туристами, в каком виде продолжать путешествие и решать множество других серьезных вопросов.