Чтение онлайн

— Отступаем! — закричал один из них, бросаясь наутёк.

Прошло совсем немного времени, и Венислав понял, что остался один. Микула ещё не выбрался на берег, а все остальные убежали. Видя это, леший крутанул корнями по земле, и парень тут же упал. Нечисть громогласно заревела, а ветки потащили Злату к челюстям. Парень закричал, он попытался подняться, но его прижал один из корней, вдавливая тело в глину. Венислав уже прощался с жизнью, но тут появилась Девана. Она рубила ветки как заправский дровосек, а её коса разрывала кору не хуже меча. Во все стороны полетел едкий сок, но нечисть ничуть не испугалась. Леший подбросил Злату вверх и подставил свой рот, который открылся, как колодец.

Время как будто остановилось, девушка с криком полетела вниз, но в последнюю секунду мелькнула фигура Деваны и они вместе упали нечисти в пасть.

— Не-е-ет! — закричал Венислав, безуспешно пытаясь подняться.

Рядом уже был Микула, кузнец одним ударом отсёк корень, прижимавший парня и, протянул ему меч.

— Руби, как никогда в жизни! — закричал он, бросаясь вперёд.

Они вместе набросились на лешего, но сил явно не хватало. Ветки оплели их, мешая дышать, а корни вдавили в землю. Внезапно хватка лешего ослабла, он как-то неестественно задёргался и заревел. По его коре прошла дрожь, а в некоторых местах из неё стали пробиваться рыжие волосы.

— Девана! Я иду, — закричал Венислав и, резким рывком, вскочил на лешего.

Его топор заработал как бешеный. Во все стороны полетели куски коры, и вот уже парень оказался перед лицом нечисти. На Венислава посмотрели огромные глаза, а через секунду между них вонзился топор. Леший моргнул раз, другой, его ветки поникли, и он рухнул на землю.

— Молодец! — закричал Микула. — Только нечего стоять столбом, времени почти нет!

Они вместе стали разрывать кору и, вскоре, извлекли кокон из рыжих волос. Он тут же раскрылся, а вывалившиеся наружу Девана со Златой сделали по судорожному вдоху.

— Живая! — поднял на руки дочь кузнец.

— Ага, — ответила, вставая Девана. — Только давайте больше так не делать и все быстро в воду. Нужно сок смыть, иначе сильные ожоги будут.

— Да и пусть, — обнял её парень. — Я так за тебя испугался, думал уже всё, а ты его изнутри.

— Хватит сопли распускать, — улыбнулась девушка. — Всем купаться.

Вадим с Нюсей шли по вновь открытому коридору и заглядывали во все двери подряд. За ними оказались мастерские по сборке роботов, только не совершенных андроидов, а болванок с тонкими руками и круглыми головами.

— Наверное, это те, которыми ты должна управлять на планете, — предположил Вадим. — Похоже, тут решили сэкономить, они из дешёвого пластика и сплавов. Такие никакой нагрузки не выдержат.

— Зато их очень много, — парировала Нюся. — Простота — залог успеха. Сборка автоматическая, а судя по записям в компьютере, деталей хватит на десятки тысяч. В долговечности нет смысла, после восстановления памяти пассажиров они все станут не нужны.

— Наверное, ты права, — согласился лейтенант, он открыл следующую дверь и обомлел.

В комнате всё было выжжено плазмой, валялись остатки полицейского робота, а лицом к двери, на коленях стоял андроид НУС с дырой в груди.

— Что?! — удивилась Нюся. — Ещё одна я.

— Да, ещё остатки последнего робота, — ответил Вадим и указал вглубь комнаты. — Похоже, сбежавший из биологического модуля.

Там на кресле сидел человек в оплавленном скафандре и сжимал в руках плазменный резак. Лейтенант осторожно подошёл к телу, а когда снял с него шлем, то удивлённо выдохнул.

— Это Екатерина Ренко — главный биолог.

— Она умерла от повреждений внутренних органов и кровопотери, — осмотрев труп, сказала Нюся. — Похоже, оказалась здесь во время взрыва, а когда произошла разгерметизация, уже не смогла выйти. Тут явно был бой и ей повредили скафандр, виден сильный плазменный ожог. Попыталась сама обработать рану, но не смогла.

— Блин, — выругался Вадим. — Выходит, если бы я вскрыл эту дверь в первый же день, то смог бы её спасти.

— Скорее всего, нет, не хватило бы времени. Такая большая рана, а здесь нет оборудования. Нужно нести в медицинский модуль, но он слишком далеко — она бы не выдержала, — возразила Нюся, склоняясь над компьютером. — Тут есть запись за то число.

Девушка нажала пуск и пошло видео.

В кресле сидела Екатерина, а её лицо искажала гримаса боли. Она чуть прокашлялась и заговорила.

— Я Ренко Екатерина Григорьевна главный биолог корабля-колонии Заря, записываю это видео, на случай если кто-нибудь всё же выжил. То, что здесь произошло, это череда жестоких и глупых событий приведшая к чудовищным последствиям. Возможно, захотите обвинить во всём меня, это ваше право, но я просто хотела быть с семьёй. Как вы, наверное, знаете при отборе, потенциальные колонисты, подвергались серьёзнейшей проверке. Любое наследственное заболевание ставило крест на полёте, и комиссия забраковала моего мужа и восемнадцатилетнего сына. Мне предложили лететь одной — билет в один конец без возможности отказаться. Специалистов моего уровня слишком мало и фактически я стала единственным кандидатом, подходящим по возрасту и здоровью. К тому же этот полёт являлся делом всей моей жизни, а отказ от него ставил крест не только на моей карьере, но и сына. Выбор предстоял очень тяжёлый, но за год до полёта ко мне обратился один из будущих пассажиров. Он знал о моей проблеме и предложил выход. Как оказалось, в подобной ситуации находилось очень много людей. В основном семейные пары, у которых забраковали одного из супругов и они отказались лететь в одиночку, или люди, которые просто не видели себя на Земле. Они не преступники, но определённые проблемы с правительством у них были. Мне, как главному биологу, предложили невероятную сумму за помощь в проникновении на корабль. Я согласилась, но отказалась от денег, а попросила забрать моих мужа и сына. Мне пришлось нарушить множество правил, подкупать людей и даже угрожать. Были внесены незаметные изменения в конструкцию биологического модуля, а так же погружены дополнительные контейнеры со всем необходимым для будущего поселения. Мы провели сложнейшую операцию, но, в конце концов, на борт Зари поднялись сто восемьдесят нелегальных переселенцев. У них не было большого количества крио-капсул, но нам удалось достать анабиозных препаратов, которые использовались раньше вместо сна. Я сделала расчёты, согласно которым, поселенцам пришлось бы бодрствовать около пятидесяти лет и это их вполне устраивало. Они не столько хотели долететь сами, сколько доставить до Эды своих детей.

Такой расклад не устраивал меня и, согласно условиям сделки, моему мужу и сыну выделили отдельные крио-капсулы. Они просыпались только тогда, когда бодрствовала я. Мне было трудно уходить с мостика, не вызывая подозрений, но нам всё же удавалось видеться. Так начались самые лучшие дни в моей жизни. А после своего третьего криосна, мой сын Егор отказался ложиться в капсулу. Он нашёл среди поселенцев девушку, и она ждала от него ребёнка. Это стало для меня шоком, но я одобрила его решение, а когда возвращалась, столкнулась в грузовом отсеке с андроидом НУС.

На корабле, не только у меня были тайны. Капитан нарушил протокол и активировал модуль своей внучки Анны. Она умерла перед началом полёта, удалось спасти только её мозг, который поместили в специальный контейнер, где он мог жить практически вечно. Я не знаю всей сути того эксперимента, она была первой в своём роде, но в итоге получился робот с самой настоящей душой.

Как оказалась, она так же спала, но для сохранения памяти ей разрешали ненадолго просыпаться, вот только заблокировали подключение к телу андроида. Её создатели боялись сбоев и не хотели, чтобы она могла свободно перемещаться во время полёта.