Чтение онлайн

Трудно сказать, как бы повел себя другой руководитель республики. Но Нурсултан Назарбаев быстро принял решение: он приехал в Усть-Каменогорск, чтобы лично выслушать все претензии его жителей и разъяснить сложившуюся ситуацию. Его речь была яркой, а вопросы, которые он ставил перед собравшейся аудиторией, остры. Жители города поняли Назарбаева. К слову сказать, народ Восточного Казахстана всегда развивался в сложных условиях конкуренции, был политизирован, так как складывался на протяжении сотен веков из многих диссидентов, политических ссыльных, а потому прежде всего ценил в других людях ум и ораторские данные. Не каждый политический лидер смог бы переломить уже сложившееся настроение. Но Назарбаеву это удалось всего за один час встречи с ними.

В сентябре 1989 года парламент принял Закон «О языках в Казахской ССР». Казахский язык стал государственным, а русский – языком межнационального общения. Некоторые положения закона о языках были смягчены, в частности, руководителям предписывалось теперь «обеспечить прием граждан и беседу с ними на языке общения», а по мере создания соответствующих условий овладеть казахским и русским языками. Известно, что казахи глубоко освоили русскую культуру, она многое дала им для развития личности, но и казахская культура не должна была быть сокрытой для других народов. Приобщение к ней – это не только обогащение собственной культуры, но и знак уважения к народу, давшему на своей земле приют всем, кто пожелает.

Придя к власти, Назарбаев поступил как настоящий хозяин: прежде чем выйти за пределы республики, он сначала навел порядок в своем полиэтническом «доме» – Казахстане. Он уловил и сам начал формировать моральный дух страны, оказывая глубинное воздействие на идущие в республике социально-экономические процессы. Свою политику проводил достаточно жестко и непреклонно. Он умел скрывать свои истинные чувства, и многим в сложных ситуациях, в которые он попадал, по его лицу ничего не удавалось прочесть, как бы они ни пытались. Сдержанная скрытая сила воли и глубина интеллекта, сконцентрированные в его облике, придавали его лицу особую одухотворенность.

Нурсултан Назарбаев сомневался в пути, который Горбачев наметил как движение к «социализму с человеческим лицом». По его мнению, он так и остался декларативным, лозунговым. Народ растерялся, обнаружив, что не знает, куда и какой дорогой идти. Косметический ремонт социализма обернулся вдруг капитальным. Встал вопрос: строим социализм или нет. Реформы споткнулись об этот краеугольный камень.

Чем больше Горбачев говорил о гласности и перестройке, тем больше Назарбаев понимал, что при таком положении вещей выступать в роли просителей, иждивенцев становится все труднее и труднее. Раздражало то, что все слезно молили Москву о выделении им денег, продовольствия, товаров, и, разумеется, кому-то доставалось меньше, кому-то больше: все зависело от того, насколько те или иные умели кланяться и просить, какие у них были отношения с руководством ЦК КПСС. Поэтому не случайно руководителей республик прежде всего волновал вопрос о перестройке бюджетной системы.

Вырисовывались и другие проблемы: всем ли республикам будет полезен и выгоден региональный хозрасчет, не приведет ли это к тому, что одним, у которых есть и высокоразвитая промышленность, и хорошая инфраструктура, будет гораздо легче и проще, чем тем, кто поставляет в основном сырье? Не ударит ли это по социальной сфере? Преследовались, казалось, благие намерения: в идеале предполагалось поднять жизненный уровень, насытить рынок качественными товарами, улучшить условия труда и быта. Но неизменно рядом вставал вопрос о физических границах республик и о своих деньгах. А эти барьеры неизменно должны были породить и следующий шаг: полную политическую самостоятельность. Республики, ревниво глядя друг на друга, начали процесс национального обособления. Разумеется, это не могло не привести к противопоставлению одних наций другим.

4 августа 1989 года в ЦК КП Казахстана Нурсултан Назарбаев собрал совещание с участием руководителей министерств и ведомств, специалистов и ученых-экономистов, на котором были рассмотрены вопросы предстоящего перехода республики на новые принципы территориального хозяйствования. Проект концепции предусматривал исключительную собственность республики на ее землю, недра, леса, воды и другие природные ресурсы, а также отражал необходимость коренной перестройки организационных структур управления путем упразднения и изменения функций отраслевых министерств.

В сентябре собрался очередной, XVI Пленум ЦК КП Казахстана для обсуждения проекта перевода республики на принципы самофинансирования. В «Казахстанской правде» от 14 сентября Назарбаев говорит о том, что нынешние взаимоотношения союзных министерств с республикой иначе как анахронизмом не назовешь. Доходило до того, что центр утверждал республикам даже рецепты приготовления национальных видов хлебобулочных изделий! Не говоря уже о том, что Госплан страны планировал все и вся, нередко не принимая во внимание возражения республик. Вследствие этого Казахстан превратился в дотационную республику, не способную за счет собственных средств решать многие вопросы.

5 января 1990 года был созван XVIII Пленум ЦК КП Казахстана. Нурсултан Назарбаев, выступая на нем, дал политическую оценку самому процессу формирования нового состава парламента. Он с удовольствием констатировал, что впервые в своей истории партийная организация Казахстана в соответствии с новым избирательным законодательством проводит в жизнь право выдвижения и непосредственного выбора народных депутатов в высший законодательный государственный орган. При этом он особо подчеркнул, что партия сама отказывается от некоторых присущих ей ранее функций и, потеснившись, уступает место общественным организациям.

Но чем больше Назарбаев входил в курс дела, тем сильнее ощущал слабость и нерешительность Генерального секретаря ЦК КПСС. Все больше понимал, что Горбачев не имел четкого плана проведения реформ, системы преобразований экономики и политической структуры, последовательной замены механизма «партия – государство». Кроме того, суетливость, поспешность в принятии решений и непоследовательность их исполнения всегда раздражают, а если таким человеком выступает Генеральный секретарь КПСС, то раздражение может быстро перерасти в неуважение со стороны тех, кто ожидает от него мудрой политики. Как бы Назарбаев ни относился к прежнему руководству Советского Союза, он всегда был уверен в том, что все проблемы любого характера многократно обсуждаются, рассматриваются со всех сторон и лишь затем принимается решение.

Сам он всегда тщательно готовился к каждому своему выступлению. Не то было у Горбачева. Скоропалительность решений, непродуманность, легкомыслие поражали серьезного, вдумчивого и рассудительного Назарбаева. «На одном заседании съезда народных депутатов в июле 1990 года от него требовали выступить с планом выхода из кризиса. Он очень часто выступал и, видимо, уже выдохся. Окончательно запутавшись и не определившись с выбором, М. Горбачев уже не знал, что говорить. Я тоже готовился к выступлению на этом съезде. Набросал краткие рабочие тезисы. Во время перерыва М. Горбачев пригласил нас в комнату президиума и стал советоваться: о чем же говорить. Никто не мог сказать ничего вразумительного. Я изложил свои тезисы. Они понравились, и М. Горбачев забрал мою рукопись». На другой день утром на заседании съезда он услышал из его уст изложение своих тезисов. Повторилась когда-то поразившая Нурсултана Назарбаева ситуация с Акулинцевым. Только тогда, о чем бы ни говорили люди такого ранга, ситуация принципиально не менялась: она была задана генеральной линией партии. Теперь же от того, что скажет Горбачев, зависело многое в стране. Странным было для Назарбаева то, что над его рукописью никто даже толком не поработал, не развил наброски, не углубил и не осмыслил содержания.