Чтение онлайн

Кажется, заявление Сой повергло всех в еще большую прострацию, хотя еще минуту назад казалось, что дальше уже было некуда. Единственными, кто продемонстрировал полную готовность к такому развитию беседы, были невысокий блондин, стоявший рядом с капитаном второго отряда, и шинигами, сидевший за массивным столом.

— Подобное признание лишь усугубляет вашу вину, — напомнил Ямамото, одарив Сой Фон тяжелым взглядом.

— Ну, нет, тут вы как раз совсем не правы, — снова влез Нацу. — Во-первых, добровольное признание всегда смягчает вину! А во-вторых, Сой-тян совершенно ни в чем не виновата. Может быть, только лишь в том, что является милой наивной девушкой, у которой не было ни единого шанса, чтобы противостоять неотразимому обаянию такого славного и обольстительного проходимца как я!

— Знаешь, пожалуй, я все-таки успею тебя убить, — донеслось до арранкара слева.

— Конечно, радость моя, — Нацу преданно улыбнулся своей законной жене. — Это право я сохраню только лишь за тобой. А пока помолчи, пожалуйста, и позволь мне заняться разрешением того маленького недоразумения, что возникло у нас с твоим руководством.

— Признаться, мне казалось, что некоторые донесения слегка преувеличивают отдельные ярко выраженные черты вашего характера, Шайтано-сан, — довольная улыбка Ямамото стала еще одним совершенно неожиданно «ударом» для всех бессловесных зрителей, наблюдающих за творящимся перед ними безумием. Даже Камамура и Сасакибе явно не ожидали подобной реакции со стороны своего командира. — Но что вы ответите на другие обвинения в свой адрес?

— Излагайте, Ямамото-сама, — Нацу выступил вперед, театрально вскинув руку. — Готов оправдать себя и всех по всем статьям!

— Ну, что ж, хорошо, — опершись локтями на стол, Генрюсай сложил пальцы «домиком» и посмотрел поверх них на улыбающегося арранкара. — Не вы ли это под именем аудитора Косигана учинили разгром в лабораториях двенадцатого отряда, остановив их работу почти на месяц?

— В тот раз я всего лишь проявил свою активную гражданскую позицию, помогая разоблачить коррупционную схему внутри Исследовательского Института, организатором которой был капитан Куротсучи, — не задумываясь, ответил блондин. — И данные моего расследования были переданы, как вы знаете, Совету Сорока Шести, что и послужило началом соответствующего разбирательства.

— А пять духов-плюс, похищенных вами? Или все-таки правильно будет сказать — добытые путем злостного вымогательства у коррупционера, упомянутого здесь только что? — еще больше прищурился Шикекуни.

— Это была не кража и не вымогательство, — насупился Нацу.

— А что же?

— Освобождение свободных дееспособных личностей из рабства! Моя тонкая душевная организация не позволила мне пройти мимо акта подобного варварства, достойного Темных веков истории, но никак не обители науки столь высокоразвитого духовного сообщества, которым, без сомнений, является Сейретей! — поведал пустой со всем искренним чувством и страстью бывшего гладиатора Спартака, взобравшегося на курган из перебитых римских легионеров.

Шунсуй покосился на Кучики и понял, что не ослышался. Бьякуя, наблюдавший за Нацу и Ямамото, и вправду уже едва сдерживался от рвущегося наружу смеха.

— Допустим, — все-таки принял озвученный довод командующий. — Тогда, какова же будет ваша версия событий того инцидента, когда некий пустой на территории одиннадцатого отряда атаковал капитана Зараки?

— Думаю, она мало чем будет отличаться от версии самого Кен-чана, — пожал плечами Нацу. — И что-то я не помню, чтобы он писал заявление по этому поводу. Но если жаждете подробностей, то, пожалуйста. Мы хорошо посидели, выпили лишку, а потом нелегкая дернула меня за ногу, и я попытался вправить Кен-чану остатки спинного мозга на предназначенное анатомией место. По-моему у меня даже что-то там получилось. Я ведь прав, Унохана-сама? — обернулся нумерос к капитану отряда номер четыре.

— В целом, — на пару секунд замялась Рецу, явно не ожидавшая, что пустой обратиться с вопросом к ней. — В целом, некоторые позитивные изменения в характере Зараки явно прослеживаются после того эпизода.

— Вот видите, — довольно осклабился Нацу и, прежде чем повернуться назад к Ямамото, весело подмигнул Унохане. — Если что, то можете меня, потом, за все поблагодарить. Но вообще я не гордый, мне и так достаточно просто радоваться за вас…

Сложно было представить, что еще могло бы оказаться неожиданным для участников этой сцены, но вид внезапно краснеющей Рецу стал последним гвоздем в крышку гроба всякой серьезности. Не сдерживая себя больше, Шунсуй и Джуширо тихо заржали, пряча глаза и вторя тем самым Бьякуе и Рэнджи, уже давно «хрюкавшим» себе под нос. Невольные улыбки появились на лицах у Сой, Нанао и Сасакибе. Исане и Камамура выглядели так, будто бы их огрели пыльным мешком по загривку, и даже командующий скрыл свой смешок за очередным «приступом» якобы стариковского кашля.

— Хорошо, но как быть с нападениями на людей и шинигами? — Ямамото еще попытался использовать свой последний аргумент.

— Исключительно самозащита! Во всех случаях, даже вам неизвестных! — отрезал Нацу. — Могу предоставить свидетельские показания, в том числе и со стороны тех лиц, что совершенно не заинтересованы в моем оправдательном приговоре! К тому же, если вы сочтете необходимым, мне не трудно будет предъявить вам доказательства того, что как минимум за последние пару столетий мною не было съедено ни одной «живой» человеческой души, еще даже до становления арранкаром! И, кроме того, не забывайте о моих неоценимых связях в Лас Ночес. В случае чего, как информатор и агент влияния я буду просто незаменим!

— Интересное предложение, — окончательно вернул себе деловой вид Ямамото. — Однако оно уже никак не влияет на поставленный мною вопрос. Что же мне делать с вами сейчас, Шайтано-сан?

— Следуя логике событий, — поджал губы блондин, сместившийся в ходе своей адвокатской речи в центр «круга» из шинигами, — меня следует наградить, а потом расстрелять. Но прежде, чем вы именно так и поступите, Ямамото-сама, еще два аргумента за то, чтобы остановиться на первой части этого действа.

— Интересно будет послушать, — нахмурился Шикекуни, озвучивая мысль, крутившуюся в головах у всех остальных наблюдателей.

Нацу быстро оглянулся на Сой, вновь замершую сейчас с безучастно-«омертвелым» видом, и поддерживающее ей улыбнулся.

— Первое и основное, Ямамото-сама! Отыскать нового, настолько же идеального мужа для капитана второго отряда у вас не поучится и за следующую тысячу лет!

— Весомо, — вырвалось у Бьякуи, и Рэнджи за его спиной снова прыснул от смеха.

— А второе, — арранкар скрестил на груди руки, гордо вскинул подбородок и воззрился на старейшего воина в Сообществе Душ. — Угадайте-ка, из-за кого недавно Айзен лишился Хоугиоку и будет теперь вынужден безвылазно сидеть в Уэко Мундо еще несколько столетий? А? Даю подсказку — он в этой комнате, маленький рост, голубые глаза, легкая небрежность в прическе…

— Не может быть, — пробормотала первой Сой Фон после еще одной минутной паузы.

— Это ты мне говоришь, несравненная моя? — как всегда не замедлил с ответом Нацу. — Уж придется тебе поверить на этот раз. Хотя бы сегодня твой муженек все-таки сгодился на что-то большее, чем вкусный обед! А тем, кто по-прежнему не верит — могу предложить спросить у Урахары. Мне почему-то кажется, что Киске-кун сумеет подтвердить вам мои слова очень быстро, — на последней фразе в глазах у 78-ого сверкнули странные задорные огоньки. — Что скажете на это, Ямамото-сама?