Чтение онлайн

– Он на первом этаже! – показал Зиро.

– Так, – сказал Казимир, протирая очки. – Я их отвлеку. Я спущусь на лифте и оттяну на себя. А вы прорываетесь. Найдите и убейте эту мразь, – Казимир смотрел на Зиро. Зиро взглянул ему в глаза и увидел в них что-то такое, чего до этого момента не замечал.

Он кивнул.

Казимир побежал к лифту. Лифт находился рядом с центральным входом, эскалаторы дальше. Двери звякнули, Казимир вошел внутрь, нажал на кнопку. Зиро успел заметить выражение лица Крамольника, прежде чем створки дверей стерли его из поля зрения: Казимир улыбался.

– Эй, выродки! Все сюда! Сейчас я вас отоварю по полной! – услышали они его голос снизу. Серия выстрелов.

Зомби медленно двинули в сторону Казимира. Но некоторые уже были на эскалаторе.

Пип вскинул пистолет.

– Не надо, – остановил его Зиро, положив руку на плечо. – Не шуми, – тихо сказал он.

Он поднял Меч. Линия стали перечеркнула правое плечо под углом 90 градусов.

Зомби медленно поднимались, развалисто раскачиваясь и шаркая по резиновым ступеням. В них все меньше и меньше оставалось человеческого: серые, землистые лица, волосы торчат, грязные, в рваной одежде. Их благостная полуулыбка теперь больше походила на гримасу, мертвую судорогу, которой свело рот. Зиро поморщился. От них воняло – они ходили под себя.

Зиро резко, как разжавшаяся пружина, ринулся вниз по эскалатору, расшвыривая Мечом этих псевдолюдей в разные стороны. Зомби падали, не издавая ни единого звука, тела скатывались вниз, омывая ступени кровью.

Зиро, рукоять Меча у паха, стоял в холле.

Зомби теснили Казимира. Казимир, стреляя и ругаясь на чем свет стоит, отступал к открытому лифту.

– Чего ждешь? Беги! – крикнул он.

Внезапно двери лифта захлопнулись, он поехал вверх.

Казимир выругался и забарабанил кулаком по кнопке. Зомби давили, приближаясь к Крамольнику полукругом. Все новые и новые лезли с улицы. Казимир, прижавшись спиной к дверям лифта, бил очередями. Но их было слишком много. В мгновение ока он высадил три обоймы, но они уже размахивали руками почти возле его лица.

– Казимир, держись! Я сейчас! – крикнул Зиро.

Ближние зомби повернули головы в его сторону.

– Да иди ты, черт тебя дери! Я справлюсь! – рычал Казимир. Он пытался перезарядиться, одновременно отмахиваясь от множества рук.

Один из них схватил Казимира за руку и начал медленно заваливаться, увлекая за собой. Казимир упал. Через мгновение на месте Крамольника вспух бурлящий пузырь из человеческих тел, он некоторое время содрогался от толчков изнутри. Потом они прекратились. Зиро смотрел туда не веря. Лунатики вставали. Они поворачивали окровавленные лица в его сторону.

– Суки! – заорал Пипетка и начал беспорядочно стрелять.

Зиро развернулся и побежал к дверям служебных помещений.

Коридор, двери, двери… Лестница вниз. На ступеньке лежало еще одно сердечко – маньяк потащил Инфинити в подвал. Дверь котельной распахнута. По серым стенам бегут трубы, синее пламя струится в топках шумящих газовых котлов. Дыра в стене. Решетка выломана, открывая квадратный лаз в полчеловеческого роста высотой. Зиро вложил Меч в ножны и полез туда.

Они проползли метров пятьдесят на карачках и очутились в узком и сыром туннеле. Паук потащил ее под землю – в газетах тогда писали, что ублюдок прятался в заброшенном метро. Следов крови не было, и это слегка обнадеживало. Пип стоял рядом с ним, сжимая обеими руками рукоять пистолета. Никогда прежде Зиро не видел такого лица у своего друга.

– Казимир, бедняга… – сказал Пип. – Я идиот. Как можно доверять человеку, который не знает про «Радиохэд»?!

Зиро мысленно кромсал себя на мелкие ломти тупым ножом. Если бы он тогда не повел себя, как мальчишка… Если бы держал себя в руках… Если бы не бросил ее… Если бы присмотрелся к Паукову повнимательнее… Если бы… Черт.

– Это все из-за меня, – медленно сказал он.

– Брось, чувак, – вздохнул Пипетка. – Кто же знал, что он все еще жив? Да кто вообще, мать-перемать, мог все это безумие предвидеть?! – они шагали по этой бетонной норе, Пип светил под ноги экраном мобильника – все, на что он был способен после заражения Сигнатурой Пакмана. Впереди, разгоняя толчками света окружающий полумрак, лежало еще одно электронное сердечко с пояса Инфинити. Зиро поднял его – пульсирующие внутри светодиоды окрасили красным его ладонь. Почему они светятся? – думал Зиро, держа сердце Инфинити на ладони. – Они мигают, только если кто-то звонит на номер сердечка. Как это? Кто это? Чертов город! – думал он. Все эти тайны. Все эти секреты. Он опутал их всех своим темным прошлым. Он не отпустит их, никогда не отпустит, он убьет их, но не отпустит. Они все принадлежат ему, только ему. Он может сделать с ними все, что хочет. Да будь он проклят!

Если бы не маячки любви, они бы заблудились в этом лабиринте – туннели почти ничем друг от друга не отличались. Серые стены, ржавые знаки, тусклые лампочки в грубых жестяных абажурах, кабели и трубы. По колодцам они спускались все глубже и глубже, крысы недовольно пищали под ногами. Чем дальше они углублялись в глубь лабиринта подземных коммуникаций города, тем сильнее становилась вонь. В конце концов сердечки привели их к крупному канализационному коллектору. Дерьмо хлестало из труб, отсюда брала начало целая река помоев, она медленно стекала в болото. На поверхности коричневой жижи с влажными хлопками лопались пузыри зловонного газа, в сточных водах копошились какие-то кошмарные лягушки с заросшими глазами.

– Вот теперь мы в полной жопе, – сказал Пип, зажав нос. Он все еще пытался шутить. Но Зиро видел, как ему на самом деле невесело.

Они шли против течения этой дерьмореки, касаясь плечами слизких стен…

Инфинити очнулась от боли. Руки и ноги связаны, она висела, едва касаясь ступнями пола, от этого ныла каждая мышца тела. В голове гудело, нос и глотка обожжены какой-то химической дрянью. Инфинити очень хотелось сплюнуть, но никак – рот заклеен пластырем. Она где-то под землей, в просторной пещере, Инфинити прямо чувствовала, как на нее давит тяжелая масса грунта над головой.

К зрению медленно возвращалась четкость, зыбкие тени постепенно обрели очертания реальных предметов. В центре пещеры она увидела старое кресло с высокой спинкой, старое, продавленное, из обшивки выпирали пружины. У стены по левую руку стояло два больших что ли шкафа, а между ними свалена, как показалось Инфинити, большая куча старинных радиоламп. Еще она разглядела стол, на нем всякие непонятные штуки, из них Инфинити угадала только настольную лампу и допотопный компьютер. Какое-то тряпье на полу. На стенах… картины? Инфинити напрягла зрение – это фотографии, много, они наслаивались друг на друга, Инфинити не могла разобрать, что на них, пока не наткнулась взглядом на снимок большого размера. У нее похолодело внутри. Это был портрет, можно сказать, красивой женщины, если бы не сначала разорванный, а потом зашитый широкими стежками рот и широкий надрез на лбу, из которого хлестала кровь. Фотография пожелтела от времени, вся в паутине.