Ну как, испугался?
Шрифт:
— Эй, Крэг, постой!
Я обернулся и увидел Эйми. Она бежала по тротуару. Ранец у нее на спине подпрыгивал и бил ее по спине.
— На помощь, Крэг!
— Что стряслось? — спросил я как можно небрежнее.
— Бежим скорей туда! — Она схватила меня за руку и потащила за угол. — Скорей!
— Да что стряслось? — снова спросил я, чувствуя, как внутри все похолодело. С чего это вид у Эйми такой встревоженный? Что там за дела?
На другой стороне улицы я заметил девчонку лет шести-семи. Она стояла под деревом и смотрела вверх. На земле около нее валялась коробка для ленча и красная куртка. Задрав го-лову вверх, она показывала на вершину и отчаянно качала головой.
— Скорее, — снова крикнула Эйми, и мы перебежали улицу.
Мы подбежали к девчонке, и тут до меня дошло, что та ревет.
— В…в…в чем дело? — запинаясь, спрашиваю я.
Девчонка все ревет, не унимаясь, и тычет пальцем вверх.
— Мой братишка, — с трудом выговаривает она сквозь рыдания.
— Он залез на дерево, — объясняет Эйми.
— Ну и что? — с недоумением спрашиваю я и начинаю пятиться назад. Но не тут-то было. Эйми перегораживает мне путь.
— Ее маленький брат залез на дерево, а теперь не может спуститься, — говорит Эйми.
— Да-а-а, — мычу я и вглядываюсь в нижние ветки. Наконец сквозь листву мне удается рассмотреть ноги и кроссовки. Довольно высоко.
— Что нам делать? — хнычет девчонка.
— Спустите меня, — раздается сверху плачущий голосок.
Эйми кладет на плечо распустившей нюни девчонки руку, успокаивая ее.
— Не бойся, — говорит она. — У нас здесь супергерой.
Это кто? Я?
Теперь уже у меня не на шутку засосало под ложечкой и все внутри оборвалось. Я чуть в обморок не упал.
— Говорю тебе, не бойся, — уверяет Эйми девчонку. — Сейчас Крэг залезет на дерево и снимет твоего братика. Крэг же у нас храбрец. Да ему это пара пустяков.
Я что-то пробормотал, тупо уставившись на покачивающиеся кроссовки. Как это малыш умудрился так высоко залезть?
Мне чуть дурно не стало. Я же больше смерти боюсь высоты.
Чего прикидываться, меня на эскалаторе тошнит!
А Эйми подталкивает меня к самому дереву.
— Вперед, Крэг, поторопись! Спусти несчастного младенца.
Чувствую, как по лицу струится холодный пот. Я провел рукой по лбу и вытер ее о штаны.
— Да не реви ты, — все успокаивает Эйми девчонку. — Крэг обо всем позаботится. Так ведь, Крэг? Скажи ей сам.
— Конечно, — еле выдавил я, не спуская глаз с кроссовок, болтающихся среди листвы. У меня язык к гортани присох.
А малыш скулит:
— Снимите меня! Снимите меня!
А Эйми и девчонка так и пожирают меня глазами.
Я еще раз провел ладонью по вспотевшему лбу. И, снова задрав голову, посмотрел наверх.
Нет, мне это никогда в жизни не сделать, говорю я себе. Слабо!
Да я в жизни на деревья не лазил.
Только куда тут деваться. Надо лезть. Хотя даже залезь я туда чудом, малыша мне все равно не спустить.
Да я свалюсь оттуда, как мешок, и все косточки переломаю. Куда мне, трусу, еще кого-то спасать?
Но что делать?
Что делать?
5
Я оглянулся по сторонам и вижу: со всех сторон к нам несется ребятня. Вокруг нас уже целая толпа зевак.
— Как там с мальчишкой?
— Как его угораздило туда забраться?
Со всех сторон встревоженные голоса: бу-бу, бу-бу.
— Да не беспокойтесь. Все будет в порядке, — слышу я голос Эйми. — Крэг сейчас спустит его.
У меня ком к горлу подступил. Я слова вымолвить не в состоянии, а все глаза уставились на меня. Куда тут денешься?
«Крэг, — говорю я себе, — теперь ты влип и ходу назад нет. Хоть лопни, а надо лезть спасать этого мелкого. А не полезешь, быть тебе Заикой Крэгом в средней школе Миддл-Вол-лей на всю жизнь».
Я еще раз прокашлялся. А ноги трясутся так, что я испугался, как бы в довершение всех бед еще и джинсы не свалились.
«Хоть бы Эйми не видела выражения моего лица», — взмолился я про себя.
Обхватываю я руками ствол дерева. Грубая кора как рашпилем обожгла ладони.
— Уф!
«Да никогда в жизни, — стучит у меня в голове. — Куда тебе!»
— Помогите! Я бо-бо-юсь! — взывает сверху тоненький голосок. — Ради бога, помогите! Ветка трещит! Ой, она вот-вот сломается подо мной!
Чувствую, все у меня за спиной затаили дыхание от ужаса. Кто-то вскрикнул.
И вдруг отчетливо: крэээк! Громко-громко. Я так весь и содрогнулся.
— Скорее! — кричит Эйми.
И снова: крэээк! Все затаили дыхание, а кто-то вскрикнул.
Я снова обтер потные ладони о штаны.
— Держись, приятель! — выдавил я из себя, пытаясь придать своему голосу бодрость. — Я поднимаюсь.
И снова: крэээк! Будто кто шутиху запустил.
Я снова обхватил обеими руками ствол. Оторвал одну ногу от земли. Медленно-премедленно ставлю ногу на нижний сучок — не выше полуметра от земли.
— Уф!
Неплохо для начала! А сам думаю: чтоб этой мелюзге тут и остановиться!
Раскачавшись, я пытаюсь схватить сук повыше, но ладони такие влажные, что соскальзывают. Хвать я за ветку — и у меня полон рот листьев.
Тьфу.
— На помощь! — все ноет малыш где-то высоко над головой. — Помогите! Я сейчас свалюсь! Она сломается!
— Да иду… иду, — с трудом выговариваю я. Кое-как перебираюсь на следующую ветку,
неимоверным усилием воли заставляю ноги не дрожать, а твердо стоять на ветке.