Чтение онлайн

Тем не менее он часто требовал, чтобы я находился рядом с ним. Это время он занимал тренировками, массажем или разговорами. Шли месяцы и постепенно я почти перестал его боятся. Больше он не разу не наказывал меня т'тагой, поэтому я уже не трясся в его присутствии и часто позволял себе расспрашивать его об интересующих меня вещах.

– Скажи, а почему ты просил аудиенции у Безликого, а не у Императора?

Дирит прищурил глаза и взглянул куда-то вдаль.

– Я уже говорил тебе, что Второй равен по силе Первому, а, может, даже превосходит его. Его слово стоит не меньше слова Императора. А с Императором заключить договор не представлялось возможным. Он никогда не пошел бы на это.

Разве что если бы мориоградцы были гораздо слабее нас. Поэтому все переговоры и проводятся с Безликим.

– Но если Второй сильнее… Почему тогда он не уничтожил Первого и не занял его место? Ведь, насколько я понял, получение новых званий у мориоградцев происходит именно так.

– Не совсем. На низших стадиях развития да, лишь убийство позволяет продвинуться на следующую ступень. Но самая верхушка… Она живет по несколько иным законам.

Сейчас их семнадцать.

– Законов? – не понял я.

– Нет, союзников. Первые семнадцать из сильнейшей шестисотки… Они, если можно так говорить о мориоградцах, дружат. Они понимают, что если они будут сражаться друг с другом, то просто не смогут контролировать остальных. Конечно, среди них тоже происходят убийства… Но гораздо реже. Иногда даже случается так, что нижний просто меняется с верхним местами. Так, например, было у Беломора с бывшим пятым.

– А почему тогда Второй не сместит Императора?

– Мне кажется, он просто не хочет той власти, которая есть у Первого. Ему достаточно быть Вторым. Несмотря на свою силу.

Некоторое время я обдумывал слова Дирита.

– А что случается чаще: увеличение верхушки или ее уменьшение?

– Примерно поровну. Но ты учитывай, что мориоградцы всегда готовы убить… И других судят по себе. Поэтому между верхушкой и остальными очень большая разница в силе. Они часто просто уничтожают тех, кто превысил поставленную ими границу.

– Но как тогда верхушка может увеличиваться?

– Если член этой верхушки сможет и захочет защищать своего ученика, пока тот не достигнет достаточной силы, то она пополниться, – объяснил дроу.

– Значит все-таки и у мориоградцев такое случается… Дирит, а сейчас кто-нибудь защищает своих учеников?

– Да. Насколько мне известно, Безликий оберегает Мора. Беломор также увлекается тренировками своих… – дроу задумался и жестом велел мне принести вино.

– Кого защищает Беломор? – спросил я, выполнив приказ.

– Соляриса.

– А Акваса? – у меня екнуло сердце.

– Его – нет. По крайней мере я не замечал. Вот Соляриса он часто тренирует в последнее время… Ты и сам видел, когда мы были у него в гостях.

– Так это была тренировка?! – я с ужасом вспомнил о представшей тогда передо мной картине.

– У мориоградцев не слишком мягкие методы обучения. Я и не спорю с этим. Да, это была тренировка.

– Почему Беломор защищает Соляриса? Он его отец?

– Нет, он отец Акваса. Я сам с трудом понимаю их обычаи… Но они часто выбирают в союзники тех, кто никогда не сможет превзойти их по силе… А тех, кто сможет – уничтожают. Даже если это их дети.

– А у вас в Дартоморте, можно подумать, не так? – к Дириту я уже привык, но вот с остальными дроу смиряться был не намерен.

– Мы любим своих детей. И для нас главное – сила Дома. Если бы мы уничтожали тех, кто может стать сильнейшим, мы бы только ослабили сами себя. Например, меня бы уже не было.

– Ты хочешь сказать, что превзошел по силе своих родителей? – я подозрительно посмотрел на Дирита.

– Не совсем, – слегка пожал он плечами. – Отца своего я перегнал давно… А сейчас по силе почти равен матроне, моей матери, – дроу, как всегда при упоминании матроны сложил пальцы в уважительный знак. – Если же смотреть не только на мой Дом, то я превосхожу всех мужчин Дартоморта. И лишь она матрона, Первая Жрица, намного сильнее меня.

Я долго обдумывал этот разговор.

Когда Дирит был занят, он приказывал мне тренироваться с каким-нибудь из его эльфов. За это время я стал гораздо искуснее, как в фехтовании, так и в магии.

Кроме того, в свободное время я занимался музицированием… И вырезанием статуэток из полудрагоценных и драгоценных камней.

Вместе с другими эльфами теперь по вечерам я часто посещал общую залу и наслаждался их обществом. Несмотря на мои опасения, они оказались высокообразованные и были прекрасными противниками в спорах.

Я еще несколько раз присутствовал при танцах Ирлорина. Тогда, в саду, он не преувеличивал – каждый его танец имел собственную душу. Каждый был целым миром.

Миром, который невозможно повторить… Который можно увидеть лишь раз в жизни.

На этих широтах зима была очень холодная и пасмурная, поэтому я нечасто покидал пещеры. Но в остальные времена года я был готов проводить в саду целые дни. Хотя из-за моих обязанностей мне нечасто удавалось пробыть там так долго. Однако я гулял практически ежедневно, наслаждаясь ласками свежего ветра под солнечными лучами… Или далеким светом звезд и трех лун.

Моя жизнь у Дирита не шла ни в какое сравнение с тем, что я испытывал у Лоска.

Если бы не отсутствие свободы и не дроу, порой заходящие в наши помещения, я был бы полностью счастлив.

Однажды, после того, как я размассировал плечи Дириту, он вместо того, чтобы отпустить меня, велел сесть в кресло, стоящее рядом с его диваном.

– Завтра мы с тобой покинем Дартоморт.

– Куда? – я мечтал, чтобы мы отправились куда угодно, только не в Мориоград.

– В Мироград. Мне надо переговорить с одним знакомым магом… Который осел там, после того, как его чуть не убила моя матрона.