Шрифт:
Та самая звезда
– Так куда мы идем? – спросил зайчонок у своих новых друзей.
– Наряжать новогоднюю ёлку, – ответил ему сын барсука. – Чем ты слушал?
– Прости, я засмотрелся на снег.
И правда, снега в этом году выпало так много, что весь лес полыхал белым светом. Иногда сквозь густые заснеженные кроны сверкала молодая луна, обдавая лес еще большим волшебством.
– Это ерунда, – заговорил бельчонок, идущий вместе со всеми. – Вот когда Хеджи засмотрелся на солнце, то действительно было событие.
– О, расскажи, расскажи! – загалдели дети вокруг бельчонка.
– Да вы и так знаете, – замахал он лапой.
– Я не знаю, – сказал зайчонок.
– Да, он же в первый раз в нашем лесу, – подтвердили остальные малыши. – Расскажи ему, мы тоже послушаем.
– Тогда Хеджи носил имя Грампи, – заговорил бельчонок под радостные взгляды и взаимные ужимки. – Это был ёж с самым отвратительным характером, какой только можно встретить.
– Все так, – закивали остальные, и другой зайчик, постарше, добавил: – Я помню тот день, когда он ворвался к нам во двор и все переломал. Младший брат тогда чуть не потерял глаз из-за иголок этого Грампи.
– Хорошо, что он изменился, – добавил сын барсука. – Моему папаше тоже от него досталось за просто так.
– Так что же было? – спросил зайчонок.
– А получил он по морде от медведя нашего, Михал Потапыча, – продолжил рассказ бельчонок. – И так получил, что полетел через лес что твоя перепелка. Да в полете и заметил его, закатное солнце…
На этом месте все вздохнули, будто вспомнили что-то очень приятное. Стало тихо, и только белый снег слетал с пушистых веток, гонимый дуновением ветра. Зверята прошли еще немного и вышли на широкую поляну.
– А что потом? – спросил зайчонок, но никто не ответил.
Перед ними стояла невероятно высокая ёлка. Ее зеленая макушка тянулась к самому небу. Там, на черном полотне сияли мелкие звезды и горела молодая луна, одетая в золотистое платье.
Широкие разлапистые ветви тянулись к земле под шапкой тяжелого снега. Поляна была усеяна разноцветными шарами, игрушками, мятными пряниками, имбирным печеньем и потревоженной хвоей. Из-под снега послышались голоса.
– Пи-пи-пи, пусти!
– Нет, я пи-пи-первая!
– Хеджи назначил меня главной мышью, пи-пи-пи.
Зайчонок и его новые друзья увидели, как из-под снега показалась вереница мышей. Белые, словно снег, мышки выскочили ловким ужом и скорее побежали к ёлке, а за ними…
– Гирля-я-янда, – протянул бельчонок.
Длинная гирлянда тянулась за ними хвостом. Зайчонок пригляделся. Гирлянда оказалась веревкой, но к веревке привязали множество баночек, и в каждой банке порхала дюжина светлячков.
Мышки быстро взобрались на ствол высоченной ёлки и по спирали устремились вверх, опутывая дерево гирляндой, словно праздничный торт на день рожденья.
Зайчонок не мог оторвать глаз. Это было самое красивое, что он когда-либо видел. Мышки стремились все выше, гирлянда не кончалась, а тяжелый снег осыпался под мышиными коготками, открывая зеленые ветви, и на эти еловые лапы ложилась гирлянда. Казалось, светлячки за стеклом тоже радовались предстоящему новому году и оттого только ярче светили.
– Ну, что застыли, как вкопанные? – проворчал недовольный голос. – Пришли помогать, так помогайте!
– Хеджи, милый, ты ведь обещал не ругаться, – догнал его второй голос. Теплый, как вечер возле печки.
Зайчонок оторвался от бегущей к небу гирлянды и увидел, как на поляну вышел ёж. Поначалу он даже не понял, что перед ним ёжик, потому что поверх иголок он был весь облеплен разноцветными шариками.
Следом вышла молодая ежиха, увешанная шарами, а за ней прошмыгнули несколько крохотных ежат. Каждый ежонок нес на спине по одной новогодней игрушке.
– Пойдем, – махнул сын барсука, и малыши поспешили к Хеджи.
– Дядя Хеджи, мы пришли наряжать елку, – сказал бельчонок. – Что нам делать?
Нарядный ёж фыркнул, отчего снег под его носом взметнулся фонтанчиком.
– Мы все принесли, не хватает только звезды на макушку, – сказал он, пытаясь быть вежливым. Было видно, что ёжик устал.
– Ни дятел, ни белка не смогли ее достать, – добавила ежиха, складывая шарики на снег. – Нам бы кого половчее да попрыгучее.
Детвора зашевелилась. Барсучонок, зайчонок, бельчонок, и молчавшие до сих пор волчонок и лисенок наперебой стали обсуждать, кто же из них наиболее ловкий. Суматоха разразилась такая, что еж по имени Хеджи невольно почесал за ушами.
– Так вы ничего не добьетесь, – покачала головой ежиха. – Ступайте на наш двор, там стоит батут. Кто допрыгнет до звездочки да принесет на поляну, тот и есть самый ловкий.
– Хорошо, тетя Эриза!
Зверята устремились в лес и вскоре вышли на полянку, где стоял невысокий опрятный домик, круглая беседка и прыгучий батут. Было видно, что снег во дворе убирали совсем недавно, и батут успело едва присыпать, как свежий хлеб присыпают мукой.
– Этот батут Грампи сделал сам, чтобы все могли увидеть закатное солнце, – сказал бельчонок, продолжая рассказ. – Тогда-то его и прозвали Хеджи, заодно простив все обиды.
– Да, – протянул волчонок. – Он устроил такой праздник, что сбежались всем лесом. Даже мою стаю не стали прогонять.
– А на новый год тоже все соберутся? – спросил зайчонок.
– Обязательно, – кивнул барсучонок и первым взобрался на батут. – Ну, удачи мне!
Он подпрыгнул. Потом еще раз. Потом снова взлетел в воздух, приземлился на батут и оттолкнулся ввысь, но едва ли перемахнул через высокие кроны.
– Дай-ка мне, – поспешил лисенок. Он подпрыгнул, сделал в воздухе кувырок и поймал на лету заблудившуюся снежинку. Достать до звезды не удалось и ему.