Чтение онлайн

— В двух вещах. В том, что я должен что-то придумать для того, чтобы видится с Ленкой и в том, что гравиполя можно использовать для строительства аналога самолёту. Мы сделаем свой собственный скоростной самолёт и я смогу летать в Екатеринбург в любой момент.

Я совершенно не мог припомнить когда я говорил что-нибудь подобное, но решил не развивать эту тему. Меня больше смутило другое.

— Ты сказал «мы», но чем я-то могу помочь? Я вообще не шарю ни в физике, ни в твоих железяках.

— Ты можешь мне помочь очень многим, — Жора умоляюще посмотрел на меня, — один я не смогу сделать такое большое устройство, даже вдвоём нам будет очень сложно его сконструировать. Я ведь не могу больше никому рассказать об этом, и так придётся работать в режиме жесткой секретности.

Я уже начал чувствовать себя как минимум Джеймсом Бондом и решил, что это неплохая альтернатива телевизору и компьютеру. Поэтому я, конечно, с радостью согласился помогать Жоре, правда в чём будет заключаться помощь всё ещё понимал с трудом.

После уроков мы отправились к нему домой, чтобы обсудить концептуально свой самолёт. Впрочем, ещё в дороге мы решили, что слово самолёт тут неуместно, поскольку для него нужна взлётная полоса, а наше устройство могло взлетать и садиться где угодно. Сойдясь на рабочем названии НЛО, поскольку от него веяло таинственностью и загадочностью, мы перешли к обсуждению вопроса где же нам его мастерить. Вариант с квартирой отпадал сразу, так как мы сошлись на том, что размером аппарат должен быть никак не меньше автомобиля.

Я предложил найти заброшенный дом или завод неподалёку, собирать аппарат прямо в помещении и сделать в крыше дыру, чтобы НЛО мог вылетать через неё, а потом сам же забраковал эту идею, решив, что вылетающий через крышу аппарат сразу же заметит весь город и к моменту возвращения нас будет ждать усиленный наряд ОМОНа.

Сам я никогда с ОМОНом дела не имел, но мой дядька как-то рассказывал отцу, что с этими ребятами шутки плохи и я их немного побаивался… хотя конечно не так сильно, как нашу химичку.

Впрочем, Георгий за эту идею ухватился. На мои возражения, он мигом сделал расчёты и сказал, что сможет сделать так, что к тому моменту, как НЛО поднимется до уровня крыши, его скорость будет составлять несколько тысяч километров в час, а уже в нескольких метрах над домом — двадцать тысяч. Больше, мол лететь нельзя, металл не выдержит.

Я сказал ему, что я тоже не выдержу, если меня за секунду разогнать до двадцати тысяч километров в час. Скорее всего, я растекусь по полу всего НЛО в этакий вонючий джем, и меня смогут соскрести с него для бутерброда какие-нибудь каннибалы.

На это Жора посоветовал мне не переживать и сказал, что эту проблему он решит. На мой скептический вопрос как он решит проблему, которую ещё никто не решил, Жора сообщил, что очень просто:

— Ведь мы будем строить сам аппарат на принципе формирования полей притяжения. А именно притяжение, точнее формируемое им ускорение и размажет тебя по стенам. Никто ведь не мешает нам создать внутри НЛО совершенно отличный от наружного гравитационный контур, и автоматически подстраивать его в зависимости от скорости самого аппарата.

— Это довольно элементарная схемка, — добавил он таким голосом, что я сразу ему поверил.

Дома мы сделали несколько набросков НЛО. Жоре больше всего понравился вариант, похожий на консервную банку, только с более покатыми краями. Он сказал, что у такой модели будет хорошая аэродинамика.

— Кстати об аэродинамике, — хлопнул я себя по лбу, — ты ведь слышал с каким звуком летают самолёты. А представляешь, если эта тарелка летающая пройдёт звуковой барьер в каком-нибудь метре над домом. Это будет не только громковато, это просто развалит строение.

— Ну развалить-то не должно, но проблема есть, — признал он и задумался.

Через несколько минут он так и сидел с задумчивым видом и смотрел в одну точку, так что я позволил себе немного потормошить его.

— Ладно, — сказал он, словно очнувшись, — будем решать проблемы по мере их возникновения, пара намёток как убрать шум у меня есть, но до этого нам ещё довольно далеко.

Около недели мы не возвращались к теме НЛО. Я уже решил, что Жора перегорел, оценив вся сумасбродность и сложность своей затеи.

Я, впрочем, не сильно расстраивался. У меня была Татьяна и больше мне особо ничего и не надо было. Во вторник мы сходили в кино, в четверг погуляли в парке и, похоже теперь я уже имел полные основания называть её своей девушкой. Правда, до поцелуев у нас пока ещё не дошло, но это, как говорится, дело наживное.

Георгий оказался не из тех, которые могут легко загореться какой-нибудь идеей и так же легко остыть. Иначе он бы просто не имел в багаже всех тех знаний, которые у него были. Мозг это конечно хорошо, но и от работоспособности зависит очень многое. Тем не менее, когда он через неделю буквально силком оттащил меня от Татьяны и сообщил, что он сделал прототип, то я сразу даже не въехал о чём идёт речь. А когда въехал, то очень удивился. Одно дело трепаться и мечтать об изобретениях, переворачивающих с ног на голову все представления о науке, а другое дело когда тебе сообщают, что готов прототип такого изобретения.

Именно в этот день, испытывая вместе с Жорой на пустыре маленькое НЛО на дистанционном управлении, я наконец-то реально прочувствовал, во что я ввязался. Прототип действительно со свистом рассекал воздух и в мгновение ока скрывался в облаках. Никакого хлопка, извещающего о том, что аппарат прошел звуковой барьер не раздавалось.

— Я победил это, поставив компенсаторы звука, — довольно сообщил Жора на мой вопрос, — проходя звуковой барьер, НЛО генерирует волны, противоположные тем, что раздаются в воздухе и гасит хлопок.