Чтение онлайн

Смотрю в угол. На стене неровными линиями нацарапана буква W. Я знаю, он никогда бы не смог написать это, его здесь даже никогда не было. Это может означать любое имя. Может, даже женское. А может, вообще и не имя. Но эта чёртова буква W вершит расправу надо мной. Я сползаю на пол по стене лифта, закрываю голову руками и даю волю слезам. Больно. Очень больно. Так больно, что терпеть больше нельзя. Сквозь рыдания повторяю только одно слово. Его имя, навеки начертанное у меня в сердце.

Уилл. Уилл. Уилл.

***

По пути наверх успеваю и наплакаться, и успокоиться, благо лифт едет долго, и со мной в кабине никого нет. Я не плакала уже давно, и хотя моя жизнь далеко не сахар, я держалась всё это время. И теперь слёзы, накопленные за несколько лет, вырвались наружу, как рассвирепевший дикий зверь.

Искренние заботливо выделили нам жильё. Когда лифт привозит меня на один из последних этажей «Супермаркета Безжалостности», я вскакиваю и вытираю слёзы рукой. Только бы не встретить никого.

Нахожу дверь нашей комнаты. Нас поселили вместе с Линн, Марлен и Шоной. Девчонок ещё нет, ну и к лучшему. Не хочу никого видеть.

Я захожу внутрь. Комната маленькая, но довольно уютная: четыре удобные кровати, шкаф, собственная душевая, огромное окно от пола до потолка, из которого открывается вид на город, от высоты аж дух захватывает.

Я забираюсь на свою кровать у окна. В прозрачном стекле можно разглядеть моё отражение. Глаза огромные от слёз, тушь чёрными дорожками стекает по лицу. Жалкое зрелище. Но мне всё равно.

Устремляю взгляд на городской пейзаж. Отсюда Чикаго кажется таким маленьким. Вот разрушенные кварталы Отречения. Даже не могу поверить, что несколько дней назад я расстреливала ни в чём не повинных людей. Этому, конечно, есть оправдание — мной, как и остальными Бесстрашными, управляла Джанин и её приспешники, вроде Эрика и Макса. Когда я очнулась, мне было так мерзко. Да, мы были «запрограммированы» на убийства, это не наша вина. Но всё равно. Скольких человек я убила? Это ужасно. Просто ужасно.

За кварталами Отречения возвышается огромное здание — главный корпус Эрудитов. Я смотрю на него с отвращением. Я бы никогда в своей жизни не пошла бы в эту фракцию. Да, я не дура. Напротив, я умна — по крайней мере, училась хорошо. Как мне рассказывал Уилл, раньше Эрудиты были другими. Они были нацелены на получение знаний во благо общества. Не было той жажды власти и зашкаливающего эгоизма.

По моей щеке снова катится слеза. Почему именно я? Почему именно я оказалась в этой ужасной и идиотской ситуации? Мой бойфренд убит, а его убийцей стала моя лучшая подруга. При том что он был одним из её друзей. Хотя теперь я вообще сомневаюсь, считала ли она кого-нибудь другом в этой жизни.

«Он целился в меня, и я выстрелила первой…» Что за бред, Трис?! Ты что, настолько испугалась, что решилась на это? Трис, как ты могла? О чём ты только думала? Или ты вообще ни о чём не думала?

Тори сказала, что Трис ранила Эрика в ногу. Я просто поражаюсь. Эрика, своего злейшего врага, человека, который столько боли причинил и Трис, и нам всем, который угрожал убить и её, и её парня, просто ранить, а Уилла, её друга, моего бойфренда, который никогда её не предавал, убить наповал выстрелом в голову.

Тоска сжимает моё сердце свинцовыми тисками. Да, я знаю, от этого будет только боль-нее, но я не могу не прокручивать в голове снова и снова те воспоминания, которые будут преследовать меня до конца жизни.

Первый день в Бесстрашии. Мы с Трис пошли в столовую и сели на первые попавшиеся места. И тут моё внимание привлёк парень напротив меня. Он обратил своё внимание сначала на Трис. Точнее на то, что она не ест мясо.

— Ты никогда котлету не видела? — спрашиваю я Трис.

Она отрицательно качает головой и недоверчиво рассматривает кусок у себя на вилке. Вот чудная.

— Честно говоря, я думала, Убогие вообще ничего не едят, — не выдерживаю я и подпихиваю свою новую подругу локтём в бок, — это ведь эгоизм, да?

— В Отречении еда попроще, — смеётся парень из Эрудиции, сидящий напротив нас, — растительная пища и никакого мяса.

— А ты учебниками питался? — я не могу удержаться, чтобы не подколоть эрудита.

— Будем знакомы, — парень отпивает чай из кружки и представляется, — я Уилл, Эрудиция.

— Кто бы сомневался, — фыркаю я.

Мы тогда с ним здорово посмеялись над этим. А потом Уилл посмотрел на меня своими зелёными глазами, так тепло и нежно, и тогда что-то у меня там, внутри, оборвалось.

Наш поединок. Уилл всё-таки свалил меня, но я успела здорово дать ему в челюсть. Потом всей компанией потешались над аккуратным синяком. «Вот девушки, ударят — и то красиво, » — так сказал Уилл тогда.

Мы уже были друзьями. Но мне казалось, что мы не друзья, а две пары — я и Уилл, Трис и Ал. Знала бы я, как всё закончится, никогда бы так не подумала.

Когда Ал покончил с собой, Уилл помог мне справиться с этой потерей. Да, Альберт был не идеален, далеко не идеален, но он был моим другом, и я очень тяжело переживала его смерть. Тогда Уилл вытащил меня погулять. На самом деле (позже он мне признался) это было свидание. Наше первое свидание. Мы долго бродили по железнодорожным путям, а потом он наклонился и поцеловал меня.

— И что это было? — ошарашенно спрашиваю я, когда губы Уилла отрываются от моих.

Наши взгляды встречаются. Какие необычные у него глаза. Не просто зелёные, а такие светлые, как будто варёный сельдерей.

— Это был поцелуй, — уверенно говорит парень.

И тут чувства накрывают меня с головой, и я стискиваю его стройное мускулистое тело в объятиях.

— Крис, — говорит Уилл тихо и нежно, обняв меня в ответ одной рукой, а другой поглаживая меня по голове, — Моя маленькая Крис. Я люблю тебя. Я всегда буду рядом. И мы будем вместе не смотря ни на что.